Путь проклятого. Глава 22

Странное дело. Проклятый ждал этой встречи, ждал появления волшебника, но все равно начал нервничать.
-Что, он уже ждет? – переспросил Михаил, судорожно стараясь засунуть две ноги в одну штанину, но получалось не очень.
-Да. Тебя же не добудишься.
В конце концов, он справился с одеждой, и последовал за инструктором. За эти несколько дней, Миша часто бродил по башне мага, которая оказалась довольно большой, с множеством комнат, коридорчиков, лестниц, подвальных и подсобных помещений. Кольцо помощника Магреса, везде служило ему универсальным пропуском. Он даже несколько раз даже выходил наружу, один раз во внутренний двор, и несколько раз оказывался на чем-то типа лоджий.
Но вот, что странно, сейчас идя за инструктором, эти коридоры он видел впервые. Видимо башня мага таила множество сюрпризов, но задуматься об этом Миша не успел, и после очередного поворота, они оказались уже в знакомой Михаилу “приемной”. Там где он не так давно избил своего обидчика.
-Магрес ждет тебя, – инструктор, распахнув дверь, посторонился, впуская его внутрь.
Казалось ситуация повторилась, вновь тот же камин и волшебник, задумчиво стоящий у окна. Магрес крутанул стоящую на столе уже знакомую Проклятому штуковину, которая позволяет им общаться и понимать друг друга. Не произнеся ни слова, он вновь повернулся к окну. Миша ждал, пока маг нарушит молчание, и просто не знал, как начать разговор.
-Шаарн скоро падет. Привет, Проклятый.
-Здравствуйте – слегка хрипловато ответил он – почему падет?
-Посмотри. – Магрес посторонился, пропуская Михаила к окну.
Обзор оказался великолепным, возникало ощущение, что смотришь в огромный телескоп. Поначалу он не заметил ничего такого, обычный пейзаж, лес вдали, песчаная насыпь, отделяющая жилую территорию от таинственных болот. Потом ему показалось, что песок шевелиться, и, присмотревшись, Проклятый понял, что это не песок, а множество полупрозрачных тварей ползло по насыпи, оставляя за собой дорожку из слизи. Постепенно силы у твари иссякали, и она замирала, но все новые и новые монстры выползали из болот, и по уже оставленным своими предшественниками следам, ползли к лесу.
-Постепенно, они по собственным трупам доберутся до леса, а там им будет попроще – прокомментировал маг.
-И ничего нельзя сделать? – удивился Проклятый. – Например, уничтожать их, пока не подвезут новый песок?
Не то, чтобы Мише было очень жаль Шаарна, но ему казалось, что как минимум расточительно вот так сдавать свою территорию.
-Экономически это нецелесообразно. – Магрес оставался бесстрастным, – Караван разбит и похоронен под завалом, а новый, даже если его снарядить немедленно, прибудет, когда уже все будет кончено. С другой стороны лускана стали находить здесь мало, рудные жилы в горах истощились. Тут просто не осталось ничего ценного, кроме моей башни. Но она как раз устоит, – он усмехнулся.
-Получается, что Шаарн станет чем-то вроде неизвестной территории? А что будет с местными?
-Шаарн просто опустеет. А людей уведут. Часть лучших специалистов через короткие пути, быстро и безопасно. А остальные будут добираться своим ходом, и они уже начали собирать вещи.
И без всякого перехода Магрес спросил:
-Проклятый, так ты готов работать на меня?
-Да.
Перед ответом Миша выдержал небольшую паузу, хотя все решил заранее.
-Это правильный выбор. Сразу предупреждаю, работать придется много, ты ничего пока не знаешь, и тебе надо очень много учиться.
-А можно хоть немного подробнее о моей работе? Честно говоря, я до сих пор не представляю ни то, что мне надо будет делать, ни того, почему ко мне было, да и остается такое повышенное внимание.
-Хорошо.
Магрес отойдя от окна, уселся в одно из кресел, и жестом предложил Проклятому последовать его примеру.
-Давай, сначала я перечислю причины, из-за которых заинтересовался тобой. Мы говорили о них, но сейчас будет полезным озвучить их еще раз, и закрыть эту тему. Чтобы больше, на нее не отвлекаться.
Михаил ощутил кожей, что его гостеприимного хозяина начинают раздражать повторяющиеся вопросы, и потому обратился вслух. Маг уж точно, еще раз повторять это не станет.
-Итак:
-Твой талант прогноста – это раз.
-Демоническая татуировка, как минимум, защищающая тебя от магического воздействия, а как максимум, обладающая рядом интересных и малоизученных свойств – это два.
-То, что ты живешь в шарообразном мире, а оттуда гости редки в наших краях – это три.
-То, что твоя жена ведьма, которой жизненно необходим наставник – это четыре. Так как, будучи ее наставником, я смогу, точнее думаю, что смогу поизучать ваш мир.
-За тобой есть грешок… похоже какая-то невыполненная клятва, или неоконченная миссия – это пять.
-Это так заметно? – не смог скрыть удивления Михаил.
-Да, заметно, не всем, конечно, но я ощущаю это.
-А разве это плюс? – изумился он еще больше.
– Для кого как. Для представителей некоторых магических школ это фатально. Они никогда не стали – бы иметь с тобой дела. Я вижу, ты уже понимаешь, что с моей точки зрения это только плюс, гораздо меньше желающих переманить. А мне не помешают беспринципные помощники.
Подождав немного, и не дождавшись ответа, Магрес продолжил:
-Это были плюсы, а теперь о паре минусов. Большую часть времени ты лежишь в отключке, и как я понимаю, спать не можешь, а прогносты часто черпают свои откровения во снах. Еще один – из-за твоей магической невосприимчивости, тебя нельзя подпитать энергией или вылечить. Насколько я знаю, иногда работа прогностов требует огромных усилий, их всегда подпитывают маги, вливая им силы, но это как раз не твой вариант.
-Хорошо, я понял, а что мне делать, уже в качестве твоего сотрудника? – Проклятый вновь непроизвольно перешел на ты, но даже не заметил этого.
-Пока тренироваться. Мне снова необходимо отлучиться, на этот раз надолго. Ориентировочно это от десяти до пятнадцати твоих исчезновений.
-Мне тренироваться в языке?
-Не только, – Магрес помолчал, и продолжил, – скажу прямо, я практически не сомневался, что ты согласишься, и подготовился к этому. Со мной пришел инструктор – боец. Его особенность, это владение телом, и тренировки новичков. Делать из тебя бойца никому не нужно, а вот все что касается выносливости, и общей физической формы… – Он помолчал, – короче тебе придется тренироваться. Ну и язык конечно, а кроме того, я оставлю еще несколько заклятий, доступных твоей жене, их также тебе необходимо заучить.
-Да, – невесело усмехнулся Проклятый, – я надеялся, что оставил все обязательные физические нагрузки с институтской физкультурой, а теперь, придется заниматься ими в обоих мирах.
Они оба рассмеялись, и Магрес, поднявшись с кресла, произнес:
-Сейчас познакомишься и общаешься с инструктором, зовут его Колпес.
Двери сразу распахнулись, и на пороге возник мужчина средних лет. Он слегка наклонил голову в сторону Магреса, и оценивающе осмотрел Проклятого. Михаил также осматривал его, средний рост и обычное телосложение. Если мускулы и есть, то из-под одежды не выпирают. Почему то вспомнился рассказ “Дуэль”, а точнее Рудольф Штернблад – капитан королевской стражи. Зашедший Колпес, конечно не был карикатурно худощав и внешне беспомощен, но и опасного впечатления не производил абсолютно.
-Заходи Колпес, и осмотри Михаила, – приказал вошедшему мужчине маг.
Инструктор плавно двинулся в сторону Проклятого, и создалось ощущение, что он перетек от дверей прямо к креслу.
-Встань, пожалуйста, – голос инструктора оказался слегка хрипловатым.
Проклятый подчинился. Боец быстро пробежался пальцами по его шее, плечам, рукам, спине, а затем не обошел вниманием ноги и коленные суставы. Закончив осмотр, произнес:
-Необходимо к тренировкам приступать немедленно. Но нужны будут восстановители.
-Сделаем, – усмехнулся маг.
Миша начал чувствовать себя немного лишним, и с радостью бы оставил эту компанию вместе с их тренировками, так как нажитый уже опыт говорил ему, что скоро “он позавидует мертвым”, но деваться было некуда.
-Пойдем, – и Колпес поманил Проклятого за собой.
-А как же язык? Мы же перестанем понимать друг друга за пределами этой комнаты? – Воскликнул Михаил в отчаянной попытке отсрочить экзекуцию, по недоразумению названную физкультурой.
-Не волнуйся, – Магрес остался невозмутим, – Вайлес переведет все в лучшем виде, а если он вдруг будет занят, то проверишь заодно и свои успехи в Этанийском языке. На время моего отсутствия у вас Колпес за старшего.
Они вышли из приемной чародея, и там, в коридоре, языковой и физкультурный инструктор поздоровались, а затем, они все втроем, отправились куда-то вглубь башни.

Прошло два дня после разборки с бандитами. На улице начало смеркаться. Миша что-то смотрел в своей комнате, а Валик увлеченно складывал из картонных букв слово “вечность”. Получалось у него примерно с тем же успехом что и Кая, но в отличие от любимчика Снежной Королевы, малыш получал истинное удовольствие от этого процесса. Ира бездумно клацала каналами и вскоре выключила телек, не зачем приучать малыша к этой заразе с самого детства. И так из-за того, что папу нельзя показать малышу, нельзя вместе с Валиком прийти в его комнату, приходиться всячески отвлекать сынишку, а мультики, к сожалению, наиболее верное средство. Она вышла на балкон и, облокотившись на перила, принялась смотреть на звезды. Вдруг поймала себя на безумном желании, услышать шаги мужа, не отреагировать на них, ожидая пока он тихонько приблизиться, и “незаметно” обнимет ее за плечи.
Чуда не произошло, и Ира, вздохнув, принялась повторять третье заклинание. Его необходимо было читать на рассвете, оно оберегало помещение от нежелательного внимания. Как объяснил Миша, оно не спасет от направленного интереса, например те же квартирные воры, без объяснимых и рациональных причин, предпочтут другую квартиру. Однако, если они уже заинтересовали кого-то, то в этом случае, не сработает.
Ира вздохнула. Все подарки неведомого чародея были, как бы получше выразиться – с изъянами что ли? Нет, она, конечно, была благодарна, особенно за духа воина, но её не покидало ощущение, что их испытывают, а то и заманивают. При этом ведьма не могла позволить себе, поделиться этими опасениями с мужем. Во-первых, он и сам не был дураком, а во-вторых, у него сейчас была хоть какая-то жизненная цель, и дополнительные сомнения ему не нужны.
Валик улегся на ковер, катая по нему машинку, это верный признак того, что уже хочет спать. В августе светает рано, значит стоит последовать примеру малыша. На рассвете она прочитает очередную абракадабру, пройдя по всем углам, как и сказал муж. Если все сработает, как ожидается от заклинания, то квартирные воры им будут не страшны.
Ира уложила малыша в кроватку, и, гладя его по головке, шепотом рассказала сказку про колобка. Валик заснул на разговоре колобка с медведем, а маме вдруг пришла в голову неуместная мысль, что ее мужу, на язык к лисе, садиться, точно не стоит. “Ну и бред в голову лезет” – пробормотала ведьма, и пошла на кухню. Спать не хотелось, и она решила выпить чаю. Заглянула по пути в комнату мужа, тот сидел около наушников, глядя в монитор. Не став его отвлекать, она прошла на кухню. Пока закипал чайник, Ира вспоминала недавние события. Странное дело, ведьма практически не чувствовала вины за содеянное. Само собой, ублюдки не заслуживали жалости, но дело было не в них. Нормальный человек, не должен так спокойно реагировать на убийства, даже ради спасения своего ребенка. Можно понимать, что ты прав, но все равно терзаться угрызениями совести, во всяком случае, по началу, пока душа не зачерствела. Она же как-то сразу, довольно спокойно отнеслась к этим событиям.
Щелкнул, выключаясь, чайник. Заварив травяной чай, ведьмочка вернулась к мыслям об инциденте. Вспомнился Виктор, и теперь Ира не была уверена, что поступила правильно, оставив его в живых, но перебирая мысленно варианты, не видела идеального решения. Мочить его вместе с остальными, а потом пешком, с ребенком в слинге, бежать по промзоне, так или иначе, привлекая внимание десятков глаз? Это уже не говоря о том, чтобы с ней случилось, после снятия заклятья. Заставить припарковаться где-нибудь в тихом месте, быстро придушить в машине, и уйти? Такой вариант кажется хорошим только на первый взгляд. Случайных свидетелей, а то и каких-нибудь камер внешнего наблюдения намного больше чем кажется. Кто-то бы заметил как из машины, в которой потом обнаруживается труп, выходит женщина с ребенком. Ну ладно, мог заметить, а это все равно риск.
Чаю расхотелось, захотелось мужа, а если точнее, его совета или утешения. Она вздохнула, но сегодня тревожить Мишу не хотелось. В последние дни настроение мужа прыгало во все стороны, словно уходящий от погони заяц. “Может, стоило просто припугнуть его?”. Этот вопрос не давал молодой ведьме покоя. “Или потребовать меньше. Это же аксиома, нельзя отбирать слишком много». Вопросы, вопросы и ни одного ответа. “Надо съезжать, рано или поздно я засвечусь с этими заклинаниями” – пробормотала она под нос, и, оставив ставший ненужным чай, отправилась в комнату спать. По дороге бросила взгляд в настенное зеркало, в котором отразилась слегка уставшая женщина, растрепанная и озабоченная. Ничего магического, мистического или там величественного. Погладила посапывающего сына, и легла в кровать. С грустью мазнула рукой по пустой половине кровати. Получиться ли ей, еще когда-нибудь обнять своего мужа в полный рост? Ответа на этот вопрос ведьма не имела.
Сон не шел. Сквозь неплотно задернутые шторы, в комнату заглядывала луна. Ира покрутилась на кровати, посчитала овец, глянула на часы: 22-01. Будильник она поставила на шесть утра, хотелось выспаться. Снова посмотрев на Луну, подумала: “Интересно, столько сказок связано с луной, вокруг нее крутиться столько легенд. Имеют ли они какое-либо реальное обоснование?”. Луна ничего не ответила, но в какой-то момент ведьме показалось, что ночное светило усмехнулось ей. “Померещиться же” – вздрогнула она, и перевернулась на другой бок.
Уснуть никак не получалось, тогда Ира поднялась и прошла на кухню, по дороге краем глаза отметив какую-то неправильность. В квартире царила тишина, а за окном уже светало. “Значит, все-таки уснула” – пробормотала она, щелкая кнопкой электрического чайника, и пытаясь понять, что же было не так в комнате. Уже кидая в чашку растворимый кофе, Ира наконец-то уразумела, что не давало ей покоя, и стоило этот понять – сон как рукой сняло. Кровать малыша была пуста! Она бросилась в комнату, так и есть, в кровати пусто, более того, она даже застелена. Заглянув на балкон, в туалет с ванной и Мишину комнату, Ира поняла, что сына в квартире нет. Удивительно, но это ее не очень напугало. Застеленная кроватка, как бы намекала на то, что это не грабители. “Может Мишка увеличился и пошел с ним гулять?” Сама по себе идея была бредовая, но с другой стороны, муж мог и не захотеть будить ее, а приятно удивить потом.
Вообще этим утром, Ира была словно заторможенная. Исчезновение сына вызвало у нее весьма мало эмоций, точнее казалось, что испытывает она их словно через вату, так будто смотрит кино, а не участвует. Тихонько заглянула в комнату мужа, там было пусто, исчезла даже коробка, в которой Миша спал в последнее время. Надежда стала сильнее, хотя одновременно с ней, появилась и легкая тревога. Может загадочные похитители выкрали и мужа и сына? Может быть, их уже нашли? Поискав телефон, Ира, как и ожидалось, обнаружила его в своей сумочке. Он подмигнул ей разряженной батареей, и уснул. Ругнувшись, ведьма принялась искать зарядное устройство, ну тут ее поджидал облом. Тогда она начала собираться на улицу. Может, найдет мужа с сыном там? Взгляд на часы: 88-88.
-Отлично, – прошептала она, – теперь и часы не работают.
Кое-как собравшись, Ира вышла за дверь. Подъезд встретил ее неестественной тишиной. Предрассветные сумерки все не заканчивались, казалось, само время остановилось. Выйдя на улицу, Ира не увидела ни одного прохожего, да время раннее, но все равно удивительно. Нет ни дворников, ни спешащих не работу офисных, и не только офисных работников, ни возвращающихся с ночных клубов гуляк.
-Может сегодня выходной? – спросила она саму себя.
Когда сидишь в декрете, дни недели как-то смазываются, перестают иметь значение. Никого, и не у кого спросить, какой сегодня день, или вообще что в мире делается. Вот и детская площадка. Они тут часто играли с Валиком, и другими детками. Сейчас тут пусто, да и сама площадка выглядит как-то не так. Какой-то блеклой, словно выцветшей. Покрутившись, Ира замечает первые признаки жизни. Чуть дальше, там, где сохранились старые качели, она видит какого-то мужчину, ведущего за руку маленького ребенка. На вид он постарше Валика, лет трех. Радуясь тому, что встретила хоть кого-то, ведьма идет к ним.
Заслышав шаги, отец с сыном синхронно поворачиваются в ее сторону. Она не знает их, раньше не видела на детской площадке, да и вообще на районе. На вид мужчине лет тридцать, он худощавый и очень смуглый. Мальчик похож на него, хотя и посветлее. Стоило Ире приблизиться, как отец подхватив сына, усадил того на плечи.
-Здравствуйте, – неуверенно начала она разговор, – вы не видели тут, – она помедлила, – хоть кого-нибудь? И не подскажите, который час? У меня телефон отключился.
-Нет тут никого, – мужчина закашлялся, потом продолжил, – на блеклых территориях вообще очень малолюдно. А который час подсказать не смогу, время тут весьма относительное понятие.
-Где? – растеряно переспросила.
-На блеклых территориях, – любезно повторил незнакомец.
Понятнее не стало, но Ира решила не переспрашивать.
-Понимаете, я проснулась, а сына нет, и муж пропал. Я пошла их искать, они иногда уходили гулять, не ставя меня в известность.
-Не уверен, – произнес ее странный собеседник, подхватив мальчика под мышки, и снимая с плеч. Затем он крутанулся вокруг себя под радостный смех малыша, и снова вернул ребенка на плечи.
-Вы не уверены, что они пошли гулять? – она окончательно растерялась.
-Я не уверен, что ты проснулась.
Он приблизился, и ведьма невольно отшатнулась. Ей показалось, что в глазах незнакомца сверкнули звездочки, и эхом отразились в глазах ребенка. Ира отступила, странная парочка начала ее пугать, причем сразу оба, и отец и сын.
-Я, пожалуй, пойду – пробормотала она, машинально поглаживая перстень Ксаны. – Мне еще малыша искать.
Все это действительно выглядело как дурацкий сон, но выглядело слишком реально, чтобы не поверить в это.
-Ты новичок в этих играх.
Незнакомец не спрашивал, он утверждал. Мальчик тем временем склонился к уху отца, что-то прошептал.
-В каких играх? – в ее голосе проскользнули истерические нотки.
Ире захотелось бежать от странной парочки, и совсем не было желания оставаться одной в этом ставшим вдруг чужим месте.
-Магия, колдовство, сила – он пожал плечами, не знаю, как именно ты это называешь.
Они еще приблизились, и на миг Ирине показалось, что мальчик смотрит на нее взрослыми, серьезными глазами. Но прошла секунда и иллюзия развеялась. Обычный детский, любознательный взгляд.
-Почему вы вообще решили, что я играю в какие-то такие игры?
Несмотря на страх, убегать она не спешила, любопытство становилось все сильнее.
-Сюда случайные люди не ходят – усмехнулся незнакомец, и ссадил ребенка на землю.
-Тетя, пивет! – звонким голосом, и довольно разборчиво, произнес ребенок.
-Здравствуй малыш! – не сдержав улыбку, ответила она, и обращаясь к отцу спросила:
-А вы с сыном, значит тут не случайные гости?
-Мы, скорее незваные гости – сказал он, умудряясь отвечать на все вопросы так, что яснее не становилось.
-А детям тут не опасно?
Господи, что я несу? Подумала она, мне сына нужно искать, а я болтаю тут неизвестно с кем. Но ее эмоциональный фон, по-прежнему оставался крайне занижен. Мысль о пропавшем сыне и муже пугала, заставляла нервничать и действовать, но как-то не по-настоящему. Стоило вновь отвлечься на разговор, и он практически полностью переключал внимание ведьмы. Незнакомец посмотрел на сына, который отбежал к ближайшим качелям – простая доска без спинки, лег на них животом, и принялся раскачиваться, отталкиваясь ногами от земли.
-Сложно сказать, детям ведь везде опасно. Стоит не уследить, как залезет куда-нибудь, или наоборот упадет. А ты интересна, хоть и новичок, – неожиданно сменил он тему без всякого перехода.
-Извините я, пожалуй, пойду, – сделала шаг назад Ира, – с вами чертовски интересно, но я не понимаю вас, да и ребенка надо найти.
-Вернись домой и найдешь ребенка – просто ответил он, – ты действительно меня не понимаешь, а иначе здесь не поговорить. Местная специфика – развел руками незнакомец, и казалось, полностью потеряв к ней интерес, отправился к ребенку.
Ира же поспешила домой. Казалось где-то внутри нее, открыли некую заслонку, до поры сдерживающую ее эмоции, и теперь они рвались наружу. Страх за сына и мужа, а также надежда, что они ждут ее дома, росли с каждым шагом. Ведьма уже не шла, она бежала. Вот подъезд, ее дверь, поворот ключа. Она бежит в свою комнату и видит мирно спящего сынишку. Сразу накрывает волна облегчения, и она медленно приседает около детской кроватки. Взглянув на их с мужем супружеское ложе, она вздрагивает и закусывает губу, чтобы не закричать. Кровать не пуста, на ней спит… она, Ирина Старикова, полуприкрытая одеялом, голова склонена на бок, рот слегка приоткрыт. Почему-то именно эта картинка была наиболее ужасным событием этого утра.
Она вскакивает, сбрасывая одеяло на пол, и некоторое время пытается прийти в себя. За окном светает, на часах: 5-42. Валик мирно спит, в квартире тишина. Успокаивая дыхание, Ира негромко произносит:
-И что это такое, только что произошло?
Отчаянно зевая, она заглянула в комнату мужа, коробка на месте, скорее всего и Миша тоже. Сон был непонятен и оставил неприятное послевкусие. Окончательно придя в себя после чашки кофе, Ира принялась ставить на квартиру заклинание отвлечения внимания. Заняло это минут пятнадцать. Когда Ира проводила его в Мишиной комнате, то видимо разбудила его, и он выбрался на стол.
-Привет, Ириш, ты закончила?
-Кот, две минуты, – Ира дочитала мантру в последний раз, возле окна, – вот теперь все. Правда не представляю, что именно я сделала.
-Кофе приготовишь?
-Угу, и сама еще хлебну, жуть как не выспалась.
Ира вышла на кухню, а Проклятый прошелся по столу разминаясь и делая легкую зарядку. Появилась мысль, спустится на пол, а затем вернуться, но после сегодняшней ночи лишние физические нагрузки казались перебором. Нет, тело не болело, как бывает после интенсивных тренировок, хотя казалось, должны были ныть мышцы.
Магрес не соврал, тренер знал свое дело. Втроем они прошли куда-то на нижние этажи, где располагался огромный зал. Хотя залом Проклятый это назвал лишь по привычке. Больше это походило на полосы препятствий, и Михаил в очередной раз подивился размерам башни мага.
-Магрес приказал поработать с твоей выносливостью, с этого и начнем.
Проклятый молча кивнул. Он уже смирился с мыслью, что его спокойная, роскошная жизнь в Этании не может продолжаться вечно. Тренировки еще не самый худший вариант, и к тому же, некая его подсознательная часть ликовала. Будучи абсолютно не боевым человеком, предпочитающим умственную деятельность, он нет-нет, но периодически представлял себя мастером рукопашного боя и холодного оружия, разбивая рожи и другие части тел обидчикам, начиная еще со школьных хулиганов, и заканчивая дорожными хамами. Само собой данные фрустрации обыгрывались в компьютерных играх, где Михаил мастерски прокачивал всевозможных героев обоих полов. Вот теперь у Проклятого появился шанс освоить кое-что на самом деле.
Все началось с разминки, потом перешло в бег, потом бег с препятствиями, ползание, плавание и т.д. В этом “зале”, казалось, были тренажеры на любой вкус. Через час его уже мутило, через полтора хотелось просто сдохнуть, а через два все закончилось. Ну не все, но первая тренировка точно подошла к концу. Когда прозвучала спасительная команда стоп, Проклятому захотелось упасть там, где он стоял. Миша с ужасом представлял завтрашний день, будет боль в каждой мышце, но оказалось это еще не все. Правда, продолжение было значительно приятнее, чем сама тренировка. Вначале Колпес размял его. Еще никогда, ни на одном массаже, Проклятый не получал такого удовольствия под мужскими руками. Когда мастер-боец оставил его, Мишу, как эстафетную палочку, принял языковой инструктор.
-Как ощущения? – сразу поинтересовался он.
-Буду откровенен, ужасно. Хотя финал моей тренировки очень порадовал.
-Да, Колпес свое дело знает. По всем прикидкам, отрубишся ты часов через четыре-пять.
-Часов? – изумился Проклятый.
-Ты забыл? Я говорю на твоем языке.
-Ах, да. И чем будет занято это время?
-Изучение Этанийского, зубрежка заклинания для защиты помещения от нежелательного внимания, затем восстановительная баня.
-С девками? – пошутил Проклятый.
-Ага, правда, не с теми, кого ты подразумеваешь. Баня планируется для восстановления сил, с массажами, травами, маслами и прочей алхимией. Но если хочешь…
-Пока воздержусь – отказался Михаил.
-Кремень – пошутил инструктор, – ну идем грызть гранит науки.
Вернулась Ира с чашкой и джезвой. Налить кофе в Мишину мензурку было крайне непростой задачей, но она постепенно натренировалась.
-Что там у тебя новенького? – спросила она, усевшись на кровать.
-Тренировки, изучение языка, зубрежка заклинаний, сегодня,кстати, надиктую новое.
-А для чего? – заинтересовалась ведьма.
-Открывание механических замков, – вздохнул Проклятый.
-Опа! – удивилась она, – а мне оно зачем?
-Учи, учи, я так понял, следующим будет распутывание узлов, или там веревок. Так что не связать, ни закрыть тебя после всего этого не выйдет.
Ира только вздохнула. Потом они пили кофе, и ведьма рассказала мужу о своем странном сне.
-Он говорил блеклые территории? – уточнил супруг в конце повествования.
-Да, они самые.
-Хорошо, спрошу там об этом, может быть, что-то и подскажут. – Мелькнула какая-то мысль, вызванная словосочетанием «блеклая территория». Мелькнула и пропала.
Они замолчали, каждый думал о своем. Миша вновь прошелся по столу. Несколько дней в Этании, хоть и стали кошмарными с точки зрения физических и умственных нагрузок, но они были наполнены смыслом. Та жизнь все больше била ключом, а вот эта становилась все тоскливее. Возможно это из-за сравнения, а возможно Михаил просто начал уставать быть придатком жены, и зависеть практически во всем от ее помощи.
Ире же все больше казалось, что она просто не может справиться с навалившимися на нее делами, и забота о семье, и сила, и бандиты, и таинственные преследователи. Это выглядело, как жонглировать большим числом кегель, чем привыкла. Вроде пока получается, но приходится прикладывать нечеловеческие усилия, и в любой момент все может рухнуть по принципу домино.
-Маа, – донеслось из второй комнаты. – Маа! – Ира встала, и, кивнув мужу, пошла к сыну. Проклятый вздохнул, и открыл предпоследнюю серию “Большого взрыва”. Начинался новый день.

Очередной день подходит к концу. Филипп, устало потирая виски, просматривает последние отчеты. Ничего особо интересного, обычная плановая текучка. По расследованию также никаких подвижек. Никто не старался выйти с ними на контакт, никто не проявил себя так, чтобы заинтересовать организацию. Пожалуй, можно уйти пораньше и заглянуть в паб. Стоило ему подумать об отдыхе, как дверь распахнулась, и на пороге возник жизнерадостный Карлос. Сколько Филипп знал этого испанца, он всегда оставался жизнерадостным и веселым, а что при этом творилось у него в голове – оставалось тайной за семью печатями.
-Привет, шеф! – явно не уставным образом поприветствовал он Филиппа, и без всякого приглашения развалился на стуле.
-Вечер добрый, – начальнику удалось сдержать раздражение, хотя это было не просто.
Этого латиноса он не любил, причем сам не понимал почему. Ошибок в работе он не делал, несмотря на внешнее раздолбайство, всегда умел собраться и быть серьезным если того требовала ситуация.
-Я тут проходил мимо, и вдруг вспомнил, что есть новости. Решил лично донести их до тебя.
Вот, пожалуй, из-за этого Карлос и раздражал Филиппа. Новости были крайне важны, а он сообщает об этом, как чем-то второстепенном.
-Так вот, наши аналитики, обратили внимание на одну местную разборку. На первый взгляд в ней ничего особенного. Пять местных братков, что-то с кем-то не поделили и отправились к праотцам. Само по себе это не заслуживает нашего внимания, но двое из них были связаны с разборкой, в которой пристрелили Кюизака.
-В смысле? – удивился Филипп. – Как связаны?
-Они входили в группировку, главарей которой там замочили, – поясни испанец. – Сам понимаешь, это обстоятельство уже заслуживало дополнительного анализа.
Он замолчал, и Филипп в нетерпении подался вперед.
-И? – не выдержал он, когда пауза затянулась.
-В общем, наш гений, посмотрел новости, фотки, и скорее всего астрал своим третьим глазом, а затем с уверенностью заявил, что должен посмотреть на место происшествия. Я именно поэтому и зашел, поедешь с нами?
Филипп мысленно выругался, манера подачи важных новостей, вот что по-настоящему бесило его в этом человеке.
-Да, само собой съезжу. Все готово?
-Готово, автомобиль уже ждет.
Они вышли во двор, Филипп поприветствовал Андреаса, лучшего оператора в из всех кого он знал лично. Тот кивнул в ответ. Он был уже экипирован, темные очки ночью выглядели весьма неуместно, но тут не было никого, кто бы удивился такой форме одежды.
Ехали в тишине. Ночной город радовал отсутствием пробок, поэтому до места добрались минут за сорок. Трупы нашли вчера, и один из осведомителей сообщил им о происшествии. Ворота были закрыты, но предвидя возможные осложнения, люди Филиппа заранее связались со своим человеком в МВС, и их уже ждала машина с водителем и зевающим опером. Филипп сверкнул корочкой, и его с Андреасом пропустили внутрь. От вопросов немец отмахнулся, предоставив своему помощнику поболтать с представителем местных органов правопорядка.
Пока оператор сканировал местность, бродя туда сюда, Филипп быстро еще раз перечитал материалы дела, просто от скуки. Ознакомился с ним он еще в автомобиле. Итак, пятеро убитых. Двое застрелены, причем один из бандитов выстрелом в упор. Одно ножевое в область шеи, так же имеем проломленную височную кость, и перерезанное горло. А еще интересный момент, перед тем как одному из бандитов сделали второй рот, у него был вырван глаз. Версий о том, что тут произошло, пока было немного. Склонялись к тому, что убили их члены какой-нибудь конкурирующей группировки.
Тем временем Андреас закончил свои манипуляции и, молча, направился к автомобилю. Филипп, неплохо зная своего сотрудника, определил по его виду, что на этот раз они сорвали джек-пот. Попрощавшись с полицейским, он заверил его, что визит сюда был для них крайне полезен. Они загрузились в привезший их сюда “Мерседес”, и водитель осторожно вырулили на дорогу. Освещение тут было не очень, впрочем, как и дорога.
-Ну что там?
– Там был использован Кханаранский счет, – просто ответил Андреас. – И использован он успешно. Но вот что именно насчитали, сказать, понятное дело, не могу.
Филипп присвистнул, и это выдало крайнюю степень его изумления.
Кханаранский счет одна из самых загадочных магических практик. Никто не знал, даже истории происхождения ее названия. То ли Кханаран был каким-то чародеем – титаном, то ли, название происходило от того, что когда-то существовал Кханаранский язык. На первый взгляд, в нем не было ничего особенного. Он содержал лишь названия чисел, причем в отличие от большинства земных языков, там не было повторяющихся названий, таких как двадцать пять, или там сто двадцать пять. Каждая цифра имела уникальное название, и было их всего около девятисот. Кроме цифр, в этом языке было несколько так называемых замыкающих слов. Как утверждалось в найденных материалах, для успешного заклинания необходимо было произнести несколько цифр в строго определенном порядке, и сказать замыкающее слово. И все.
Когда нашли эту методику, обрадовались. Это выглядело, как ключ к почти абсолютному могуществу. Примерно девятьсот цифр, и пара десятков замыкающих слов. Какая ерунда, в наш век вычислительных мощностей. Правда первая волна эйфории схлынула очень быстро. Безусловно, компьютер с легкостью выдаст на печать сотни тысяч вариантов, но вот проверить их состоятельность он не в силах. Это вам не старые шифры, с табличками и решетками, тут нужен чародей.
Тогда решили проверять полученные комбинации с использованием таланта операторов. Тех самых, которые, как говорится, нутром чувствуют, если дело пахнет чем-то необычным. Собрали лучших, и работали несколько месяцев не покладая рук. Реальный результат – ноль целых, ноль десятых.
Снова кинулись читать и перечитывать витиеватые тексты с описаниями кханаранского счета. Оказалось, что обычно параллельно с чтением цифр, необходимо делать что-то еще. Это еще могло быть что угодно, пасы руками, подмигивание, корчение рож, или там плевание через левое плечо. Информации оказалось, что кот наплакал, а количество комбинаций начало стремиться к той самой бесконечности.
Филипп понимал, что с его статусом ему не будут раскрывать все карты. Не тот уровень информированности. Возможно, какие-то из серьезных заклинаний загадочного Кханарана, расшифровать удалось, но об этом расскажут, не раньше чем войдешь в мало-мальски серьезное руководство. Тем не менее, чудом эта колдовская техника так и не стала. Еще он знал, что одно из заклинаний входит в курс обучения операторов. Когда-то Филипп собеседовался именно на такую должность, даже прошел несколько серьезных программ обучения, но таланта для того чтобы остаться на такой позиции в одной из нормальных стран, у него не хватило. Он усмехнулся, когда то в Украину он мог бы поехать оператором, но не захотел, а теперь все равно оказался тут.
Из своего прошлого он помнил, как их раз собрали на демонстрацию кханаранского счета. Заклинание было легким, для снятия головной боли самому себе, и, по мнению Филиппа, таблетка “ибупрофена” действовала не хуже. Срабатывало оно после трех цифр и замыкающего слова. После каждой цифры надо было касаться носа любым пальцем. Видимо придумавший счет был веселым парнем. Демонстрировали это заклинание для того, чтобы операторы прочувствовали его “послевкусие”. По убеждению инструкторов все кханаранские заклятия имели одинаковый остаточный фон, и любой из операторов мог понять, что кто-то использовал счет, но не более того. При этом абсолютно невозможно было определить, что именно делал чародей. Это как если в огромной комнате заполненной народом, кто-то бы незаметно испортил воздух. Так или иначе, все бы знали, что произошло, но вот кто виновник выяснить было бы крайне сложно. Все эти мысли пронеслись в голове Филиппа за полминуты.
-Кханаранский счет – задумчиво произнес он. – С учетом того, что там валялось пятеро мертвых головорезов, сомневаюсь, что им лечили головную боль.
-Угу, – Андреас был немногословен, и не собирался менять свою привычку.
-Не сомневайся, – а вот Карлос явно не собирался сохранять излишнее молчание, – я уверен, что чародей избавился от отморозков. Остается только вопрос, от врагов, или ставших ненужными союзников?
-Серьезное обсуждение отложим на завтра, – принял решение Филипп, – но совершенно ясно, расследование провести необходимо. Обычное полицейское расследование, местность там нехорошая, но кто-то мог видеть что-то, например отъезжающую машину, и все в таком духе.
-Думаешь там поработал кто-то, из уничтоживших местную команду?
-Не обязательно, но любой чародей знакомый с кханаранским счетом, стоит того чтобы с ним познакомиться.
-Или с ней – негромко произнес Андреас.
-Ты что-то еще почувствовал? – подобрался Филипп.
-Нет. Просто мне кажется, что мы по умолчанию считаем мага мужчиной, а он вполне может оказаться и женщиной.
-Само собой, – слегка разочарованно ответил шеф, – будем искать вне зависимости от половой принадлежности. Когда там случилась эта бойня?
-Восемь дней назад – сверившись с телефоном, ответил Карлос.

Для Проклятого все дни его пребывания в Этании словно слились. Его жизнь начала подчиняться строгому распорядку: пробуждение, обучение языку, разминка, убойная тренировка, руки профессиональных массажистов, ванна, где в воду добавляли что-то, из-за чего усталость пропадала, еще одна полоса препятствий, обучение языку, баня. Зубрежка заклинаний была не каждый день, видимо Магрес оставил их не много.
Так как при обучении можно было болтать, Проклятый пытался выяснить у инструктора о том, что ждет его в будущем, об оставленных заклинаниях, о происходящем в Шаарне, о времени в Этании. О будущем инструктор говорить отказался, а заклятия обещал выдавать строго по графику, составленному Магресом. Шаарн практически обезлюдел, последние жители паковали вещи.
-Время, – подумав начал говорить Вайлес, – думаю, в будущем тебе расскажут о нем поподробнее. Для меня это вопрос очевидный, а такое очень сложно объяснить. Точно знаю, что у нас и у вас, есть отличия, и это как-то связано с формой вашей планеты.
Проклятому в целом было понятно, о чем говорит инструктор. На Земле время было привязано к вращению планеты вокруг Солнца и собственной оси. Если Этания создана по иному принципу, то и понятие времени тут совершенно иное. Он решил не мучить Вайлеса такими вопросами, в конце концов, это просто не его работа, объяснять такие вещи.
-А можем прогуляться по Шаарну? – спросил он в один из дней, в самом начале языкового урока.
Инструктор замешкался:
-Зачем? Твари уже преодолели полосу размежевания, и находиться там довольно опасно.
-Не знаю, а можно посмотреть на то, что происходит? Я помню в кабинете у Магреса, было такое окно, через которое можно было рассматривать разные участки песчаной полосы.
-Извини, но кабинет Магреса, это закрытое место для всех, естественно кроме него.
-Это я понимаю, но может в этой башне есть похожие комнаты?
-Проклятый, зачем тебе это? – инструктор неожиданно стал серьезным.
-Не знаю, – честно ответил Михаил, – просто хочется.
Инструктор задумался, в отношении Проклятого, Магресом было оставлено указание, выполнять его непонятные хотелки. У прогностов, они периодически были пророческими.
-Ты хочешь посмотреть куда-то конкретно? – начал сдаваться Вайлес.
-Повторюсь, я не знаю.
Михаил и сам не знал, из-за чего прицепился к Шаарну, может просто засиделся в четырех стенах?
-Хорошо, сейчас переговорю с Ванагном, он у нас сейчас за начальника охраны, и организуем выход, – инструктор начал подниматься, но Проклятый остановил его.
-Не стоит, что-то желание пропало. А вот какой-нибудь балкончик с видом на болото, я бы посетил.
-Это как раз можно организовать без особых проблем. Такие выходы сейчас закрываются, но раскрыть его проще, чем организовать экскурсию по Шаарну.
Инструктор переговорил с одним из местных мажордомов, и минут через пятнадцать повел Проклятого куда-то в левое крыло башни. Еще минут через десять, они остановились перед массивной дверью, похоже й на большую картину. Вайлес поколдовал над замком, и дверь бесшумно распахнулась.
-Иди, – сказал он Михаилу, – я подожду тебя тут.
Инструктор уселся в одно из кресел. Стоило Проклятому выйти на балкон, как он сразу понял из-за чего инструктор не пожелал следовать за ним. Запах. В нос ударил тошнотворно-сладковатый запах гнили. Он даже отшатнулся, но затем пересилил себя, и облокотился о перила. Балкон располагался уже над территорией полностью отвоеванной тварями. Вместо песка, землю украшала полупрозрачная слизь. Чуть дальше начинались сами болота, по которым бесконечным потоком, издавая противные, чавкающие звуки ползли практически прозрачные кляксы. Да, твари более всего походили на кляксы, и были довольно мерзкими на вид. С трудом оторвав взгляд от перемещения монстров, Миша принялся смотреть вдаль. Там, как ему показалось, в бесконечной череде болот, виднелись какие-то строения, хотя может это были деревья, или гигантские камни.
От мерзостного запаха, его все больше мутило, и казалось, начинает кружиться голова. Земля качнулась и он, чуть не перевалившись за невысокие перила, присел, стараясь отдышаться. Резко навалилась апатия и тоска, стало казаться, что он уже не сможет покинуть этот балкон, да, в общем-то, и не должен этого делать. Сквозь решетчатую стенку балкона, он продолжал смотреть вглубь болот, и в какой-то момент Михаилу начало казаться, что там, среди неподвижных объектов, периодически мелькают фигуры, сотканные из тумана. Неожиданно татуировка слегка засветилась, и казалось начала нагреваться, что привело Проклятого в чувство. Он, как иногда ранее, посмотрел на эти фигуры, сквозь собственную руку, ничего особенного не увидел, но головокружение и тошнота отпустили. Поднявшись на ноги, вновь глянул на тварей, ползущих из болот, но на этот раз, они не показались ему какими-то шибко отвратительными. Желе – оно и есть желе. Он еще немного повысматривал туманные фигуры, но больше ничего так и не разглядел.
-Увидел что-нибудь стоящее? – спросил инструктор, стоило Проклятому переступить через порог.
-Да так, ничего. Но хоть на тварей посмотрел, и не могу теперь понять, как первые поселенцы их вообще убивали? Там от одного запаха сдохнуть можно.
-Есть способы, – ответил Вайлес, – ну что, идем учить язык дальше?
-Магрес вернулся, ждет тебя.
Очередное пробуждение в Этании началось именно с этих слов, произнесенных веселым Вайлесом.
-И как у него, получается, подгадать про мое пробуждение? – бормотал он, одеваясь.
-Так ты же спишь значительно дольше, чем бодрствуешь. Идем.
Сегодня в башне было значительно многолюднее, чем обычно. Тут и там, они встречали людей с ведрами краски, наносящих на стены, двери, и редкие окна, какие-то странные рисунки. Через некоторое время он понял, что рисуют они практически одно и то же.
-А что они делают? – спросил он Вайлеса.
-Башня готовится к консервации. Шаарн уже под контролем тварей и путь к горам отрезан. Давление серых территорий на башню усилиться. Они рисуют руны “Страж” и “Замок”. Как только в краску вдохнут силу, все части здания станут закрытыми. Никто кроме хозяина и его гостей не смогут сюда прийти.
-Впечатляет, – только и смог ответить Михаил, и дальше, до самой приемной мага, они шли в тишине.
-Сегодня мы уходим – вместо приветствия начал маг.
Он оставил Вайлеса переводить, на длинные беседы Мишиных знаний языка, пока не хватало.
-Этими, короткими тропами?
-Да, как только дорисуют руны, и весь персонал покинет Шаарн, уйдем и мы.
-Мы уходим последними? – со странным волнением уточнил Проклятый.
-Может и не последними, но вдвоем. Остальных поведут Вайлес и Колпес, а нам с тобой надо сделать небольшой крюк. Хочу кое-что проверить из твоих потенциальных способностей.
Миша хотел задать какой-то вопрос, правда не был уверен, что сможет его сформулировать, но не успел. Маг жестом остановил его, и вопрос умер, так и не родившись.
-Мне надо идти, руны почти дорисованы. Жди меня тут, – и за магом и инструктором закрылась дверь.
Проклятый посидел в кресле, постаравшись расслабиться – не получилось. Подошел к окну, через которое можно было смотреть на большие расстояния, но похоже без Магреса этот “телескоп” не работал. Побродил по кабинету, и с трудом справился с диким соблазном полазить по шкафам и тумбочкам. Не надо было быть интуитом, чтобы понять – лазить без спроса в личных вещах мага – затея крайне дурно пахнущая. Он опять уселся в кресло и приготовился скучать, но не пришлось. Почти сразу вернулся маг:
-Идем. Время дорого.
Тут и там сновали люди. Все одеты по дорожному, а некоторые с небольшими сумками. Магу кланялись, и затем возвращались к своим делам. Вскоре они дошли до большого зала, народ тут выстроился в две шеренги, дисциплинированно входя в большие двери. Проклятый заметил Колпеса, стоящего возле одной из дверей, и видимо руководящего процессом. Вторая дверь оставалась закрытой, видимо ждали Вайлеса.
-Нам с тобой дальше – поманил замешкавшегося Михаила маг.
Они прошли через небольшую дверь в круглую крохотную комнатушку, в которой не было ничего кроме двери впустившей их сюда, и небольшой портьеры на противоположной от входа стене.
-Значит так. Ты идешь по такому пути второй раз, поэтому напоминаю. Идешь за мной, сворачивать нельзя, останавливаться нельзя, обгонять меня запрещено. Реальной опасности там нет, если не заблудишься, а вот всяких страхов, хватает. Поддался им и пропал. Все ясно? – Проклятый кивнул, и маг закончил: – тогда нам пора.
Он жестом отпустил переводчика, затем сдернул портьеру, и Проклятый увидел, что за ней клубиться тьма. Все-таки с непривычки вход на эти тайные тропы, выглядел жутковато.
Сам переход запомнился очень плохо. Проклятый тенью следовал за магом, старался не смотреть по сторонам, и не слушать. Все закончилось довольно быстро, Миша опасался, что идти придется долго, но этот страх не оправдался.

Горы. Из туннеля они вышли к горам, хотя точнее сказать не к самим горам, а рядом. Это была открытая площадка, с небольшим балкончиком и лесенкой ведущей вниз на землю. Сразу от лестницы начиналась каменистая тропинка, ведущая к горам. Чародей извлек наружу уже хорошо знакомый Проклятому артефакт. Сегодня он использовал его впервые.
-Это одна из моих резиденций. Она расположена, можно сказать на краю мира, – прокомментировал маг и добавил, – Проклятый тебе надо быстрее освоить наш язык, иногда крайне неудобно использовать “Юлу Аматиса”.
-Я стараюсь – Миша почувствовал себя слегка неловко.
-За это время, я занимался не только своими делами, а еще немного поизучал информацию о твоей татуировке. Вот сейчас, у нас начинается что-то вроде теста.
-Теста? – Проклятый почувствовал легкую нервную дрожь, как перед экзаменом, или собеседованием.
-Да, к сожалению, не могу ничего рассказывать, это нарушит чистоту эксперимента. Идем.
Они спустились по лесенке, Магрес пошел вперед по потрескавшимся камням. Проклятый следовал за ним, осматривая окрестности. Хотя ничего интересного тут не было… нет, было!. Миша не сразу понял, что в отличии от Шаарна тут есть солнце, совсем краешек выглядывал из-за гор, он заметил его краем глаза, со стороны своего левого плеча. С любопытством обернулся, и замер в удивлении, казалось, небесное светило сместилось вместе с поворотом его головы. Это было настолько неожиданно, что он остановился и принялся крутиться. Картинка смещалась вместе с ним, и он видел одно и то же. И только развернувшись на сто восемьдесят градусов, он увидел лестницу, ведущую на балкончик. При этом то, что он мог рассмотреть боковым зрением, вообще не изменилось. Солнце, так и осталось со стороны левого плеча.
-Что за бред?! – пробормотал он.
-Увидел местную особенность? – усмехнулся маг. – Тут очень непростая местность. Спустившись с лестницы, ты можешь двигаться только к горам и обратно. Причем может и не получиться вернуться.
-Это как? – Проклятый почувствовал укол страха.
-Может помешать паника. Так-то ничего сложного. Будешь идти назад, смотри на лестницу и только на нее, зацепись взглядом и не отпускай. Тогда доберешься до нее, а как только встанешь на ступеньку, сразу начнешь передвигаться как обычно.
-И в этом состоит тест? Вернуться? – он отвел взгляд от лестницы, и сразу увидел горы, казалось, что тропинка незаметно повернулась под ногами.
-Нет. Тебе надо дойти до конца тропы, сойти на землю, и подойти к горам. В них может быть что-то интересное, а может и не быть. Когда найдешь это что-то, или твердо решишь, что там пусто, сразу возвращайся. Я буду ждать на балконе.
-А если не смогу вернуться?
-Тогда ты провалишь тест. – И Магрес остановил “Юлу Аматиса”, давая понять, что разговор окончен.
Надо так надо. Миша, подавив сильное желание обернуться сразу, двинулся по тропинке. Она оказалась довольно короткой, дальше надо было идти по голой земле. Почва была слегка влажной, ботинки вязли, и на них сразу налипла грязь. Идти было неприятно, хотелось вернуться, но сдаваться сразу Проклятый не собирался.
Вот и скала. Она выросла перед ним довольно неожиданно, хотя Мише казалось, что до нее еще идти и идти. Камень как камень. Ничего такого он не заметил. Прошелся вдоль подножия горы, потрогал татуированной рукой. Камень оказался теплым, и возникло желание прислониться, погреть спину. Скорее всего, ничего тут нет, подумал он, но полной уверенности не было. Еще раз осмотрел и камень, и землю, надеясь, что-то сверкнет, или сама собой появится умная мысль о том, что он должен найти. Не сверкнуло, да и с мыслями была напряженка. Для приличия Проклятый пару минут поковырял камень, едва не сломал ноготь, и решил, что с него хватит. Надо еще суметь вернуться.
Он нашел глазами лестницу, и в этот момент понял, сзади что-то мигнуло. Развернулся – пусто. Попробовал еще раз: взгляд на лестницу, и опять на самом краю области видимости есть какое-то движение.
-Да, что же это такое?!! – из-за злости, он не заметил как начал кричать.
Стукнул кулаком по камню, боль отрезвила. Стоп, нужно успокоиться, видимо это та самая губительная паника примерно так и начинается. Постояв минутку и успокоив дыхание, Миша принялся смотреть на скалу, сквозь руку, но ничего не изменилось. И тогда он попробовал закрыть глаза.
Вообще, обычно, когда закрываешь глаза, поневоле ожидаешь, что не будешь ничего видеть. Так произошло и на этот раз, но! Но продлилось это лишь пару секунд, а затем, Проклятый начал видеть. Ощущение такое, словно стоишь в темной комнате и видишь лишь очертания предметов. При таком зрении, с закрытыми глазами, камень потемнел. Миша поднял правую руку, его татуировка слегка мерцала, и в этом мерцании, он похоже увидел то, зачем посылал его колдун. Прямо на пустой каменной стене, начал проступать рисунок. Рисунок ворот, украшенных непонятными иероглифами.

  Обсудить на форуме

Путь проклятого. Глава 21

Глава 21. Первое заклинание

Похолодало. Тот ветер, принесший грозу, по всей видимости, притащил за собой и холод. Дневная температура упала до четырнадцати – шестнадцати градусов, на улицах появились прохожие в курточках и свитерах.
Проклятый, не имевший никакой одежды, кроме накидки аля патриций в бане, вынужден был сидеть дома. Выходить на улицу замотанным в носовой платок, или в меховой перчатке жены, он не видел никакого смысла. Поэтому, большую часть суток, Михаил, осознавший всю бесперспективность направленного поиска какой-либо мистики, проводил в попытках описать свое житье-бытье в странной Этании. Эта идея давно сидела в голове проклятого, но окончательно он загорелся после встречи с магом, надеясь достичь сразу несколько целей. Необходимо собрать воедино разбегающиеся мысли, и возможно, опираясь на записи, найти что-то полезное для своей жены. Ну или в крайнем случае, опубликовать свои мемуары, нарубив лайков на каком-нибудь ресурсе. В то, что такой деятельностью можно заработать денег, проклятый не верил. Однако, более-менее связно, ему удалось надиктовать лишь разговор с Магресом, возможно из-за того, что в следующие ночи, с ним не произошло ничего интересного.
На следующий день, рассказывая жене о случившемся, в самом конце разговора, проклятый убедил Иру усыпить его заклинанием, тем, что подарил демон. Мол хватит бояться, никуда тебе женушка не деться. Будешь ты ведьмой, совсем скоро начнешь варить жаб в ступе, освоишь метлу и будешь летать на лысую гору, благо она недалеко, баловаться приворотами, отворотами, и прочими непотребствами около ворот.
-Да, еще отрастишь бородавку на носу, и костяную ногу…
Он бы и далее продолжил свою мысль, но Ира, нежно положив указательный палец на его губы, а заодно и на все лицо, пообещав, что из одной жабы она точно сварит что-нибудь мало аппетитное, если это двуногое земноводное не перестанет нести всякую чушь. Но послушалась, и отнеся Мишу в его комнату, произнесла над крохотным мужем нужные слова.

Уснул проклятый мгновенно. Очнувшись, первым делом осмотрелся вокруг. Роскошные апартаменты – вот первое, приходящее на ум определение. Кровать, на которой при желании, можно было уединиться впятером, и еще хватило бы места на проведение матча по мини футболу. Гобелены на стенах, скрытые светильники, по всей видимости, реагирующие на движение – стоило проклятому встать с кровати, как в комнате стало светло, а источников света, Михаил так и не увидел. Несколько кресел, ковер под ногами. Кувшин с водой, любезно оставленный на прикроватном столике. “Ничего себе хайтек в средние века” – изумленно подумал он, утолив жажду, и отправился на поиски чего-нибудь похожего на туалет типа сортир.
Из комнаты вело несколько дверей. За первой оказался коридор, тянущийся в обе стороны, по всей видимости, выход из его покоев, но это подождет. Вторая дверь, вела в небольшое (по сравнению с первым) помещение. Оно представляло собой комнату, посреди которой, в камне было выдолблено углубление прямоугольной формы. По бокам, вдоль стен были расположены некие конструкции, и проклятому понадобилось несколько секунд, чтобы догадаться что он находится в местной ванной. Стоило сделать такой вывод, как стало понятно назначение большинства загадочных предметов. Вот раковина, правда без кранов. Над ней каменная стена украшена разноцветными камнями. Вот большая ваза на полу, с толстыми стенками – очень похоже на унитаз. А эта прямоугольная яма посреди комнаты – получается ванна.
Если он прав в своих предположениях, осталось лишь разобраться в управлении, и можно наслаждаться благами цивилизации, коих он лишен в своем родном мире, и по правде говоря, даже не надеялся получить тут.

-Кот, – отвлек его от раздумий голос жены, – я в магазин, тебе купить чего-нибудь вкусного?
-Да, маленькая, хочу сыра, прямо как та мышка.
-Твоего любимого?
-Ага.
-Хорошо, я скоро, Валика только одену, а то похолодало.
-Будешь брать коляску?
-Нет, слингом обойдусь.
Ира пошла собираться, а проклятый вернулся к буквам. Они никак не хотели занимать свои места, перемешивались образовывая жуткую абракадабру. Так бывает, вроде и все слова понятны, а прочтешь их вместе, и сразу кровь из глаз мироточит. Бросив очередную попытку увековечить в вордовском формате свои этанские приключения, проклятый снова погрузился в воспоминания.

В какой-то момент, Михаил понял, что он не один. На пороге ванной робко стояла девушка, довольно симпатичная.
-Ты пришла рассказать мне, как пользоваться этим всем? – старательно подбирая слова, спросил он?
Она молча кивнула, а затем склонившись в поклоне, быстренько скользнула внутрь. Михаил наблюдал за ее плавными движениями, и вновь подумал о предложении инструктора. Расслабиться в компании профессионалок было ой как заманчиво, но странное дело, в глубине души он считал это изменой, и никак не мог переступить через себя.
Девушка, дождавшись пока он поднимет взгляд и начнет смотреть на ее лицо, медленно произнесла:
-Покажу, как пользоваться ванной.
Ее руки скользнули по камням над предметом, который проклятый распознал как раковину, и из невидимых до сего момента отверстий в стене, потекла вода. Затем пришел черед туалета. “Ваза” действительно служила для оправления естественных надобностей. После, настал черед бассейна. Это оказалось смесь ванны с джакузи, и немного освоившись с настройками, а камни тут выполняли роль кранов, проклятый, не стесняясь прикомандированной к нему нимфы, с наслаждением сбросил одежду, и погрузился в горячую воду. За последние два месяца, он купался только в чашке, если говорить о Земле, или под импровизированным душем, когда обливаешься водой из подвешенного к потолку ведра в Этании. Принимать дома обычную ванну одновременно с женой, он как-то так и не решился.
-Помочь расслабиться? – спросила служанка, – Массаж? Танец? Наездники?
-Массаж, после, – пробормотал он, – а сейчас, если можно, принеси что-нибудь поесть.
Девушка растворилась за дверями, а Миша, закрыв глаза, погрузился в нирвану. Уснуть он не мог. Находясь в Этании, как бы он не уставал, сон бежал его. Еще, будучи большим, он иногда любил развалиться в ванной у себя дома, включить горячую воду и расслабиться. При этом он практически всегда засыпал, даже если и не хотел, а сейчас так не получалось.

-Кот, мы ушли! – Голос Иры вновь вернул его на землю.
Отвечать Михаил не стал, Валик мог услышать его. Просто принял во внимание, что теперь он один в квартире, и вновь мысленно вернулся в Этанию.

Вернулась служанка, молча поставила на край ванны поднос. Блюдо с чем-то мясным, вторую тарелку с кусочками то ли овощей, то ли еще какой-то экзотики, кувшин и пустой бокал, в который налила вино и замерла в ожидании.
-Спасибо, – Михаилу было немного неловко, он не привык, чтобы вокруг него плясали кто-то кроме официантов в хороших ресторанах, – Ты иди пока, потом позову.
Служанка также безмолвно исчезла за дверями, а проклятый, насытившись, погрузился в горячую воду. Бокал с вином он зажал в руке, и попивая слегка терпкую жидкость, задумался. Обрабатывают его по полной программе. Королевские покои, слуги, готовые на все девчонки, роскошь явно недоступная простым смертным в этом мире.
-Вот я и стал классическим попаданцем, удачливым и обласканным. – Михаил как обычно начал размышлять вслух.
-Не могу сказать, что я совсем против этого, но хотелось бы знать, чем придется расплачиваться? – этот вопрос интересовал проклятого, и интересовал сильно.
В бесплатный сыр, он давно не верил. Магрес захочет использовать его в своих интересах, в этом нет ни малейших сомнений. Михаил в очередной раз пытался представить, чем ему придется заниматься, но воображение ничего путного не подсказывало.
-Не страшно, – постарался он успокоить самого себя, – я в этой Этании ничего и никому не должен. Тут нет моей стороны. А значит, работая на мага, пусть и черного, я не могу никого предать.
То, что инструктор назвал Магреса черным, мало волновало, в его представлении, те, кто громче всех кричал о стороне света, о борьбе со злом, на поверку, зачастую оказывались редкостными мразями.

Громкий звук выдернул проклятого из расслабленного состояния. Он вздрогнул и напрягся, прежде чем успел сообразить, что это лишь трубы в ванной. Видимо кто-то из соседей по стояку включил кран. Миша перечитал только что написанное, и со вздохом стер. Буквы никак не хотели складывать ни во что читабельное. Тогда он переключился на полюбившееся ему в последнее время занятие – просмотр сериалов или приколов на ютубе.
В какой-то момент проклятый решил поискать что-нибудь связанное с лилипутами. Ему было интересно: может быть, он найдет где-то информацию, связанную с его ситуацией? Может завуалированную подсказку, поданную в виде сказки и понятную только тем, кто с этим столкнулся, и таким образом узнает хоть что-то о таких людях, как Ксана? А может о тех, кто стоял за организацией Витольда? Но оказалось это нереально.
Нет, дело было не в отсутствии какой-либо информации. Наоборот, в сети было множество материалов, связанных с лилипутами и великанами, чаще великаншами, но вот к его ситуации это не имело, ни малейшего отношения. Михаил никогда бы не подумал, что определенная часть парней, возбуждается из-за фантазий на тему разницы размеров. Посмотрев несколько роликов, проклятый ощутил нечто вроде энтомологического интереса из серии – а какие еще бывают извращения? Хватило его примерно на час, а потом он выключил ютуб, и вздохнул:
-Да, ребята. Поменяться бы с кем-то из вас, к нашему обоюдному удовольствию.
Мечты, мечты, поменяться не представлялось возможным, и Миша забросил поиски в данном направлении. Ну, может, не забросил, а отложил до лучших времен. Посмотрев на часы, проклятый понял, что Ира вернется довольно скоро, и решил, что посмотреть кино он сможет и попозже, а вот написать что-либо вряд ли, поэтому волевым усилием вернулся к описанию Этанийской жизни.

Вдоволь навалявшись в горячей воде, он вернулся в ту комнату, где недавно пришел в себя. Служанка терпеливо ожидала его, сидя в одном из кресел, но стоило Михаилу войти, как она вскочила, замерев в почтительном поклоне.
-Хорошо вы тут вышколены, даже как-то неловко становиться, – пробормотал проклятый.
И уже обращаясь в девушке, перешел на Этанский:
-Массаж? – Она кивнула в ответ.
Миша развалился на кровати, отдавшись во власть умелых рук. Выходя из ванной, он надел одни лишь трусы, и сейчас, балдея пол женскими руками, вяло размышлял об игре в наездников. Девушка, по всей видимости, почувствовала его настроение, ее движения изменились, и руки стали спускаться все ниже. От нее пахло какими-то травами, такой аромат всегда нравился Мише. Сложно сказать, чем бы все закончилось, но в этот момент дверь распахнулась, и на пороге возник жизнерадостный инструктор:
-Мне зайти попозже? – спросил он, впрочем, не делая попыток выйти обратно за дверь.
-Нет, мы уже закончили – промямлил проклятый, высвобождаясь из-под девушки.
-А, по-моему, еще не начали, – осклабился тот, – но дело хозяйское.
Он проводил взглядом убегающую служанку, и перешел к делу.
-Магреса пока нет. Я так понимаю ты уже позавтракал? Так что идем учить язык.
-А когда он будет? – полюбопытствовал проклятый, натягивая одежду, и мельком отмечая, что она чистая, явно выстиранная этой ночью.
-Вот задавать такие вопросы, потихоньку отучайся. – Инструктор враз стал серьезным. – Время Магреса – это только его время.
-Понял, не дурак, – пожал плечами Михаил, и дальше они шли в тишине.

Осмотрев последнюю запись, проклятый наконец-то остался доволен. В квартире – тишина. Взглянув на часы, Михаил начал переживать по-настоящему. Ирина оставила коляску дома, и понесла Валика в слинге, а значит, планировала только сходить в магазин и обратно. Хотя она могла еще выпить кофе из стаканчика около ларька, но все равно ее не было слишком долго.
Перед выходом на улицу Ирина кинула взгляд за окно, и на всякий случай еще сверилась с погодным сайтом. Да, солнышко уже вышло, но теплее при этом не стало. Наверное, все же стоит расчехлить осеннюю детскую одежду.
-Пойдешь с мамой в магазин, мой холёсенький? – спросила она и склонилась над малышом.
Вместо ответа, сыночек протянул к ней ручки и обнял за шею. Уже оказавшись на улице, Ира поняла, что немного перестраховалась, было довольно тепло, и его курточка немного не вписывалась в текущую погоду. Однако возвращаться было лень, и она решила все-таки быстренько дойти до магазина, все купить, и обратно. Дорога пролегала через небольшой парк, и, пройдя примерно половину пути, ведьма поняла, что снова “попала”. Как и в тот раз, на ее дорожке какие-то подозрительные типы, правда, в этот раз их трое. Один перегородил дорогу, а двое подошли сзади, отрезая пути к отступлению. Внешне выглядели весьма колоритными персонажами. Впереди перед ней прям классический “браток” из девяностых: “златая цепь на дубе том”, но и остальная парочка совсем не внушала оптимизма.
-Старикова? – хрипло поинтересовался “браток”, подошедший спереди.
-А, что? А вы кто? – ее голос задрожал, и даже не надо было изображать страх, Ирина реально была напугана.
Слова заклятия молодая ведьма уже выучила, да и бутылочка с водой лежала в сумочке, но сейчас она, почему то была уверена, что ей никто не даст пить воду и при этом бормотать.
-Не твое дело – донеслось из-за спины, и крепкая рука ухватила ее за локоть.
Ира попробовала выдернуть руку, и получила при этом ощутимый тычок в спину.
-Ты не дергайся сучка, щас поедем, и поговорим. Если начнешь кричать, или брыкаться, мы успеем и тебя, и твоего щенка порезать на лоскуты, – негромко прошипел в самое ухо один из стоящих сзади.
Иру чуть не замутило. От этого козла, подхватившего ее под локоть, ужасно разило чесноком. Валик, видя, что с мамой что-то не так, сразу занервничал, и его детское личико скривилось. Малыш явно приготовился плакать. Увидев это она, погладив сына, прошептала:
-Спокойно, спокойно мой маленький, мама со всем разберется,
-Конечно, разберешься, если будешь послушной и разумной. Тогда никто не пострадает, – бандит говорил спокойно и без мата.
Он видимо был тут главарем, и тем, кто уже успел сменить спортивный на деловой костюм, ну или готовился к этому. Ира же, прижав Валика к себе, гладила его по голове, шептала что-то успокаивающее, и шла следом за похитителями. Все проходило прямо среди белого дня, но на чужую помощь, сейчас, рассчитывать не приходилось. Прохожие либо просто не обращали внимания на троих мужчин и женщину с ребенком, либо стыдливо опускали глаза. Ирина не могла никого винить за это, она и сама бы не решилась вмешаться. Такое сейчас время – своя рубаха ближе к телу.
Выйдя из парка, они подошли к припаркованному недалеко автомобилю, черному “Джипу широкому”. Один из братков сразу отправился на водительское место, а тот который преградил дорогу, решил сыграть в галантного кавалера. Он любезно распахнул заднюю дверцу, но, когда Ира садилась в салон, не удержался и хлопнул ее по заднице, при этом скорее сильно, чем игриво. Молодая ведьма вздрогнула, но не проронила, ни слова. “Кавалер” хмыкнул, и плюхнулся на переднее сиденье, и когда последний из похитителей уселся рядом с ней, автомобиль тронулся с места.
Успокоив наконец сыночка, Ирина странным образом перестала нервничать, но правда не полностью. Она еще не была уверена, что заклятие сработает, и вообще не представляла, как оно может помочь в ее ситуации. Раньше она никогда не дралась, тем более с мужчинами, не ходила на всякие единоборства, и при попытке представить себя «Черной вдовой» из «Мстителей», или «Ларой Крофт» ее воображение отказывало напрочь. Но теперь уже не сомневалась, что, когда придет время, похитители дадут ей попить, а там, будь что будет.
-Тоха, проверь ее сумку – бросил водитель сидящему сзади подельнику.
-Ну. дай сюда! – бандит грубо сдернул сумку с ее плеча, и начал рыться в ней.
Ира молча ждала. В сумочке не было ни документов, да и вообще ничего интересного. Обыскав, он кинул сумочку ей под ноги, и, к счастью, на бутылку с водой не позарился.
-Что же вы, Ирина Старикова, без документов по улице ходите? – спросил с издевкой главарь с переднего сидения, – Разве не знаете, времена нынче опасные?
-Так… я же просто в магазин, за хлебушком….
Ира старалась выглядеть испуганной дурочкой, и при этом не переборщить. Пока что для бандитов она просто испуганная жертва, а вот получится ли переиграть этот сценарий еще большой вопрос.
-Рассказывай, где твой муж?
Вот, теперь все ясно, предварительные ласки окончены, и сейчас начнут обрабатывать по полной.
-В кр… в командировке – пролепетала она, – вроде в Харькове должен быть.
-Позвони ему, и скажи, чтобы возвращался, у него дела в Киеве возникли.
-Но, я часто не могу ему дозвониться. Он там в каком-то месте с плохой связью – выкручивалась ведьма.
Автомобиль тем временем углубился в дебри промзоны. Когда-то тут было очень оживлённое место, но благодаря многочисленным реформам, производство пребывало в разрушенном состоянии, и некоторые здания были переделаны под офисы, мастерские и склады. Большая часть ангаров пустовала, и спрятать тут кого-то, было пара пустяков.
-Я советую тебе дозвониться – холодно бросил сидящий впереди, – чем дольше он не появиться, тем дольше вам с мелким придется задержаться у нас. Совсем не уверен, что это пойдет на пользу ребенку. Ты меня поняла?
Обернувшись, он, посмотрев на Ирину в упор, и она судорожно сглотнув, закивала головой, прижав покрепче сынишку.
-Так, ты, видать, давненько без мужика – донеслось слева.
Бандит, сидящий рядом на сидении, посмотрел на нее с сальной улыбочкой, и опустил ладонь ей на бедро. Ира вздрогнула, и попробовала отстраниться.
-Ну, чего жмешься? – он прихватил ее за волосы.
-Успокойся, не сейчас, она пока, что наша гостья, – сказал главарь.
-Слышь, а может, она согласна? Ты как, не хошь нормального мужчину, вместо своего задрота программиста? Они ж все тока с компами трахаться умеют.
Заржав, он снова схватил ее за ногу, а затем его рука скользнула вверх.
-Малого своего, небось, тоже на стороне нагуляла?
-Не надо, пожалуйста – Ира зажмурилась, но не посмела сбросить руку.
Ненависть, клокотавшая у нее в душе, ожидала своего часа. “Тебя я убью очень жестоко” – пообещала она себе.
-Я же сказал, уймись! Не сейчас!
В голосе главаря скользнул метал, и Тоха нехотя убрал руку.
-Потом еще развлечемся, – голосом не обещающим ничего хорошего посулил он, – Звони, красотка, может твой муженек ответит?
Ира, не без труда подняв свою сумку, честно набрала номер, но, как и ожидалось, успехом попытка не увенчалась. Дальше ехали в полной тишине и вскоре “Джип” подъехал к закрытым воротам. После сигнала они распахнулись, и автомобиль заехал на огороженную территорию.
-Приехали, – кивнул Ире, лапавший ее отморозок, – выгружайся.
Молодая ведьма почувствовала, как нервное напряжение усилилось. Значит пора. Главное, чтобы ей не помешали, и чтобы подействовало заклинание. Она аккуратно, чтобы не ударить сына о крышу автомобиля, выбралась наружу, и вдруг закашлялась.
-Давай быстрее! – кто-то пихнул ее в спину, и приступ кашля буквально скрутил Иру.
-Можно, я попью? – жалобно произнесла она, откашлявшись, и крутя головой.
-Давай, быстро….
Дрожащими руками, главное не переиграть, ведьма вытащила заветную жидкость, и принялась за свое, изученное заклятие.
-Сей, ВарЕн, ТарксЕн, ФокЕн, АйтЕн, Лаосс – после каждого слова, Ира делала маленький глоток.
-Что ты там бормочешь? Эй, змий, у нее, похоже, гуси улетели от страха, – и лапавший ее бандит подошел вплотную.
Стоило ведьме произнести замыкающее слово, как ей показалось, что по затылку разлилась какая-то жидкость. Тело непроизвольно выпрямилось, изменились зрение, слух, и даже обоняние. Она, тяжело дыша, покрутила головой, словно в растерянности, а на самом деле, проанализировала существующий расклад.
Их четверо. Трое что привезли ее, и четвертый стоял около второй машины, темно-синей “Субару”. Бандит, главарь с переднего сиденья, был вооружен. Ира не могла точно объяснить, откуда знает, но была уверена, что у него пистолет. Стоящий сзади Тоха, тот, что лапал ее в машине, скорее всего, прячет нож. Водитель, похоже, пуст, он просто крепкий мужик. И наконец, четвертый, стоящий около второй машины, тоже, скорее всего с ножом, но это уже не имеет особого значения. Еще, на этом, огороженном забором участке, есть два здания. Метрах в двадцати от автомобилей находится одноэтажный домик, с деревянной дверью, и небольшим, забранным решеткой окном. Ира понимает, что там кто-то есть, но на текущую расстановку сил, это не повлияет. Еще чуть дальше расположено огромное кирпичное строение. Это, по всей видимости, бывший цех, или какой-нибудь ангар, но ведьма уверена, что он пустует.
Все эти наблюдения не заняли и две секунды. Анализ обстановки завершен, и сейчас будет драка, но главное, чтобы не пострадал малыш. Ира плавным, точным движением, вынула сына из слинга, и поставив его на асфальт.
-Валичек, мальчик мой, иди, посмотри на машинку, смотри какая красивая, черная машинка.
В следующую секунду развернулась к опешившему от ее наглости бандиту:
-Пожалуйста! – заорала она, – Пожалуйста, не трогайте нас!!!
-Заткнись сука! Пошла вперед! – проорал он, ударив ее по лицу.
Ира закрылась ладонями, и начала всхлипывать, но не двинулась с места. Бандит залепил ей еще одну пощечину, а затем, не выдержав, достал нож. Этого момента она и ждала. Повторяя как заведенная: – Не надо, не надо, не надо! – она схватилась за руку с ножом.
Внешне это выглядело по-женски беспомощно, а вот бандюк, угрожавший ей, вдруг скривился от боли и вскрикнул, хотя этого никто не услышал из-за ее воплей.
-Пусти! – взревел он.
В этот момент Ира, неуловимо быстрым, словно атакующая змея движением, вырвала ублюдку правый глаз. Ее телом владел кто-то другой, все движения были точные, и выверенные. Раненый бандит завертелся волчком и заорал, схватившись за лицо, нож выпал из его руки, и Ира подхватила его за лезвие. Все это произошло так молниеносно, что до оставшихся похитителей не сразу стало доходить, что-то идет не так.
-“Давай же, не тупи” – мысленно просила Ира вооруженного главаря. – “Ты же видишь, что все идет не по плану? Где твои рефлексы?!” Отслеживая обстановку, она также не забывала следить краем глаза за сынишкой, а тот к счастью потопал к автомобилю, в противоположную от бандита сторону.
-Что ты сделала?! – наконец-то заорал он, одновременно потянувшись к внутреннему карману.
Казалось, что заклинание изменило не только рефлексы, но и время для Иры течет по-иному. Она видела все, как при замедленном повторе. Вот рука похитителя тянется к карману, вот выражение лица водителя меняется с безразличного, на злое, и он начинает двигаться в ее сторону. Вот с лица четвертого, уже ожидавшего их тут, исчезает ухмылка, и он кидается к ним, и вот хозяин ножа медленно оседает на землю, держась за лицо.
Ведьма начала действовать, в тот момент, когда главарь вытащил пистолет из кармана. Главное не думать, все придумано до нее и тело само знает, что нужно. Нож в ее руке не предназначен для метания, но расстояние смешное. Бросок точно в шею, а не в туловище. Неизвестно, что он может носить под одеждой, записные книжки или фляжки. От летящего в голову предмета, тоже увернуться не сложно, а у нее нет права на ошибку.
Оружие выскальзывает из враз ослабевшей руки, и бандит хватается за новое украшение, торчащее из его сонной артерии. Кровь не хлещет фонтаном, как это бывает в фильмах, но лишь потому, что отверстие закупорено вошедшим по рукоять ножом.
-“Тебе, дух, нужны смерти?” – шепчет ведьма, – “их у меня будет много ”.
Она бросается к умирающему главарю. Остальные тоже бегут к месту событий, но оба безнадежно опаздывают. В домике, происходит что-то, но в данный конкретный момент, угрозой не является. Валик восхищенно трогает дверь джипа.
Пистолет уже в руках ведьмы, и руки сами снимают его с предохранителя так, словно она делала это сотни раз. Уже сейчас можно все закончить, но молодая ведьма не хочет лишнего шума. Она бросается навстречу водителю, легко уходит от его удара, всаживает пистолет в бок нападающего так, что тот погружается почти по рукоять, и нажимает на курок. Выстрел звучит приглушенно, но Валик все равно вздрагивает, и, схватившись за ушки начинает плакать. При виде этого Ира остается спокойной. Эмоциональной мамы тут нет, тут есть лишь хладнокровный боец, а чувства можно будет выразить потом.
Ведьма бросается к четвертому. Предохранитель возвращен в исходное положение, сейчас не время для беспрерывной стрельбы. Бандит начинает тормозить, он то – ли хочет извлечь оружие, то – ли бежать, но поздно. Ира уже близко. И снова она с легкостью уворачивается от удара, и сильно бьет нападающего, или уже защищающегося? Не важно. Удар нацелен в висок. Рукоять зажатого в руке пистолета пробивают височную кость с противным чмокающим звуком. Ира не ждет, пока тело упадет на землю, а бегом возвращается к рыдающему сыну, и садится на корточки так, чтобы автомобиль располагался между ней и одноэтажным зданием.
-Все! Все, успокойся мой маленький – зашептала она, гладя и обнимая сына, и не забывая посматривать по сторонам.
После краткого боя, и выстрела – тишина казалось оглушающей. Ира открыла дверь “широкого”, вытащила ключи из замка зажигания и посадила сына на водительское кресло.
-Побудь тут, Валичек, посмотри какая интересная штуковина – они показала на приборную панель, – ты можешь все тут потрогать, понажимать и покрутить руль, а мама скоро, очень скоро вернется.
Малыш сразу забыл про слезы, и напугавшие его звуки, и восторженно потянулся к рулю.
Оставшись еще живым одноглазый, елозит руками по асфальту пытаясь встать. Он неразборчиво материться, но ведьма уже бежит к нему, и по дороге, выдергивает нож из шеи говорливого. Из раны сразу хлынул фонтан крови, от которого Ира увернулась без труда, да и вообще за это время практически не запачкалась. Обещания, даже не высказанные вслух, надо выполнять, особенно когда это приносит удовлетворение.
-Я обещала убить тебя жестоко? – проговорила она, – значит так и сделаю!!!
Ведьма всаживает каблук в кисть правой руки Тохи, ломая его пальцы, и в следующую секунду хватает вопящего от боли ублюдка за волосы, и, приподняв его голову, проводит лезвием по горлу. Ей был нужен только труп этого ублюдка, а остальное так, сбросить пар. Все, первая часть окончена, но пора разобраться еще с воробышками, которые спрятались в гнезде. Завершив возмездие, молодая ведьма быстрым шагом направилась туда, где засели оставшиеся бандиты, бывшие свидетелями всего происходящего. Но это уже опаснее, у них было время приготовиться. Хорошо хоть, что единственное окошко расположено с другой стороны от двери, и ей не надо приближаясь к сторожке, проходить мимо него. Все ее чутье, обостренное до предела, слух, да и остальные органы чувств, подсказывают, что там минимум двое. Дверь заперта на замок, значит, они ждут.
-Ты хороший дух, – шепчет она, – надеюсь, смерть этих четырех ублюдков будет тебе по вкусу, а скоро подарю еще.
Проверила обойму, в ней осталось четыре патрона, но этого хватит. Вот она уже рядом со зданием, но стоит чуть сбоку, чтобы не выстрелили через дверь. Быстро оценив местоположение замка двери, Ира поднимает пистолет, и дважды плавно вдавливает спусковой курок, но при этом сразу отскакивает еще дальше от двери. Ее обостренные до предела чувства не подвели, вовремя. У кого-то внутри не выдержали нервы, раздался грохот выстрела, и наружу полетели куски дерева, вывороченные из двери. Понимая, что сейчас риска будет намного больше, Ира, распахнула дверь, и быстрым кувырком залетела в помещение.
Там находилось двое. Седой мужик, скорее всего в таком почтенном возрасте, когда пора уже нянчить внуков, спрятался за одним из шкафов, но при этом был заметен, а в его руках было переломленное пополам ружье. Он уже закинул новый патрон в ствол, и через две – три секунды будет готов стрелять. В планы ведьмы это не входит, и она не колеблясь вдавливает спусковой крючок. Старик сверкнул напоследок, открывшимся третьим глазом, и просветленный, отправился в верхнюю тундру, оставив, наконец, Иру наедине с … Виктором, который судорожно сжимал розочку, и страстно желал оказаться подальше от этого ужасного места.
Увиденное, как спокойно, эта тихоня красотка пристрелила его подельника, произвело на юриста неизгладимое впечатление.
-Ну, привет, сосед – усмехнулась ведьма и, кивнув в сторону розочки произнесла, – брось ее, а то не ровен час еще порежешься.
-Спокойно, давай спокойно, и не надо нервничать, – попробовал заговорить он ее, бросив розочку на пол.
В то, что она просто так пристрелит его, если он не даст для этого повода, Виктор все же не верил. А вот то, что соседка проявила чудеса ловкости, было для него абсолютной неожиданностью. Но одно дело убить кого-то в борьбе и перестрелке, а совсем другое просто хладнокровно застрелить безоружного человека.
-Подойди – коротко приказала она.
-Послушай, – начал говорить он, но тут их глаза встретились.
Когда-то давно, еще на заре своей карьеры, Виктор был обычным рэкетиром. Они ездили по рынкам и крышевали палаточников. Иногда случалось, что несговорчивых кооператоров подвешивали за ноги, и был у них в бригаде один паренек, которого прозвали “Яблочник”. Эту кликуху он получил за то, что почти постоянно ходил с яблоком, ножиком аккуратно счищал шкурку, и казалось, наслаждаясь этим процессом, ел его. Затем, откуда-то он доставал следующее яблоко. Так, вот, прославился он своей нечеловеческой жестокостью. Понятно, что в таких коллективах слюнтяев не держали, но даже там он прослыл полным отморозком. Вот так, как с яблока, он не меняя выражения лица, мог снять кожу и с человека, при этом с легкой, немного навивной улыбкой. Виктор пару раз пил с ним в одной компании, и навсегда запомнил его взгляд, в котором не было ничего человеческого. Ему тогда казалось, что вместо глаз, у Яблочника были вставлены стекла…. И вот сейчас, он увидел нечто схожее в том, как она смотрела на него.
-Подойди, – еще раз негромко повторила она.
На этот раз Виктор, загипнотизированный этим взглядом, послушался беспрекословно.
-Повернись, – он сразу выполнил и эту команду.
Ира резко ударила его по затылку, отправив во временную отключку, и затем побежала к сыну.
Странное дело, но вокруг царила тишина, то ли выстрелов никто не услышал, то ли, что более вероятно, всем вокруг было наплевать. Но терять время не стоит, тем более что Валик снова плакал, может из-за грохота выстрелов, а может, потому что мамы долго не было рядом. Ира, усадив малыша в слинг, и немного посюсюкала с ним.
А затем ведьма все делала на автомате, при этом, не теряя времени. Нож, которым перерезала горло незадачливому Тохе, обтерла о его же одежду, а затем упаковала в сумку. Вернувшись к Виктору, достала носовой платок, разорвала его на две части, и, взяв одной частью пистолет за ствол, другой вытерла отпечатки с рукояти. Затем вложила оружие в руку соседа юриста и, немного поиграв его рукой, получила “пальчики”, и также держа пистолет за ствол, уложила себе в сумочку. Воистину говорят, в женской сумочке может поместиться все! Ну, может почти все, правда иногда кроме ключей от квартиры…. Закончив все эти манипуляции, Ира вылила на незадачливого юриста бутылку минералки.
-Вставай, сосед. Пора нам поработать.
-Что? Что ты хочешь? – ошалело потряс тот головой.
-Отвезешь меня домой. Давай, давай поднимайся, мне еще ребенка кормить.
Виктор, на негнущихся ногах, прошел мимо нее к выходу. Ирина сейчас была безоружна, но он не посмел напасть на нее. То, что юрист увидел во дворе, совсем добило его. Все четверо мертвы. Но ведь у этой сучки не было оружия! Его парни сразу нашли бы его. Получается, она убила голыми руками, как минимум одного, завладела его оружием, и перебила остальных, быстро и бесшумно. Черт возьми, с кем же они связались?
Сев на водительское кресло, появилась мысль рвануть отсюда поскорее, но Виктор не рискнул. Он дождался пока Ира сядет на заднее сиденье и начнет болтать с малышом. Чутье подсказывало ему, что не стоит сейчас шутить. Подъехав к воротам, он произнес:
-Надо открыть. Они массивные.
-А были бы легкие, протаранил их? А дальше поехал в разбитой тачке? – с издевкой спросила ведьма, – Быстро открывай и возвращайся, если будешь хорошим мальчиком отпущу живым и здоровым.
Опять появилось желание убежать, и попробовать затеряться в дебрях промзоны, но он снова решил не рисковать. Да, Виктор был не из робкого десятка, да и общение с определенным контингентом не располагало к проявлению мягкотелости и трусости, но вот сейчас он ничего не мог с собой поделать. Воображение ему услужливо рисовало его лежащего с пулей в спине, и приближающегося Яблочника, с его легкой улыбкой, и безжалостными пустыми глазами, и то, что вместо давно убитого отморозка, на заднем сиденье была баба с ребенком, не меняло ничего в этом раскладе.
Они выехали из ворот. Виктор периодически кидал взгляды в зеркало заднего вида, соседка развлекала малыша, и выглядела совсем не страшно. Но временами, их взгляды пересекались, и каждый раз, ему казалось, что в зеркале он видит Яблочника, и это видение оберегало от глупостей.
Ире при этом было совсем не до соседа. Она пыталась понять, хватит ли этих пяти убийств, чтобы выдержать последствия заклятии? Снимать его пока было нельзя, нужно добраться до квартиры и уложить сынишку, который уже зевает, а только тогда сделать это.
Доехали довольно быстро. Уже при подъезде к дому, Ира вдруг приказала:
-Вези к тому кафе, да, к “Кофе-хауз”. Ведь угостишь даму чашечкой кофе?
-А…? Да, угощу, – он немного напрягся.
По всей видимости, сейчас будет наезд, подумал он, или угрозы. Но в любом случае, в кафе соседка мочить его не станет. Они расположились внутри. Ира оставила малыша в слинге, который уже откровенно зевал, уставший от новых впечатлений, и мама совсем не хотела его тревожить. Виктор же принес по чашке, и уселся, ожидая продолжения.
-У меня в сумке пушка твоего приятеля – Ира решила обойтись без предварительных ласк.
-На пистолете минимум два трупа, хотя, скорее всего, думаю их, будет побольше. Пока ты валялся в отключке, на нем появились твои пальчики, – и, заметив, как дернулся юрист, она усмехнулась и закончила: – так что, если не хочешь, чтобы пушка, через нужных людей, попала заинтересованным лицам, тебе придется раскошелиться.
-А ты не боишься? – хрипло спросил Виктор, – что я тебя за собой потяну?
-Ну, ты рассмешил. Кто-то поверит, что мама с ребенком, могла такое сотворить? И потом, я, если что, разберусь с этим, уж не переживай.
Теперь он понял наверняка, точно попал. За ней кто-то стоял, и этот кто-то летал очень высоко, раз уж он со своими связями не смог ничего выяснить. Откуп в такой ситуации далеко не самое страшное, что могло – бы произойти с ним.
-Сколько? Сколько ты хочешь за ствол?
-Сто тысяч.
-Долларов?!
-Нет, блин, Монгольских тугриков! Конечно долларов.
-Ты что?! С ума сошла? Откуда у меня столько? – от возмущения страх отошел на второй план, но тут он снова натолкнулся на ее взгляд, и опять вспомнив яблочника, сразу притих.
-А мне все – равно. И потом, сколько вы планировали отобрать у нашей семьи?
Не дождавшись ответа, она закончила:
-Сто, и через две недели. Принесешь ко мне домой. Я уверена, что человек промышляющий отжимом недвиги, без проблем найдет такую сумму.
Опять, так и не дождавшись ответа, Ира уточнила:
-Ты меня услышал?
-Услышал – сквозь зубы процедил он, судорожно сжав чашку.
Юристу сильно хотелось не кофе, а водки. И много.
-Тогда жду тебя. Приходи с деньгами и тортик прихвати, я угощу чаем. – сказав это Ира покинула «Кофе-хауз».

Пока Ира добралась до подъезда и поднялась на свой этаж, Валик окончательно уснул. Она переодела сынишку, и уложила в кроватку. Разделась. Заклятие продолжало действовать, тело работало как великолепно отлаженный механизм, движения были точны и быстры. И только зайдя в Мишину комнату, и сев на диван, ведьма произнесла слова заклинания в обратном порядке, и вскрикнула от появившейся боли. Причем боль одновременная: правое колено, костяшки пальцев, бок, левое предплечье.

Плача, Ира принялась снимать ее вторым заклинанием, и это сразу помогло. Все это время, Миша во все глаза смотрел на нее со своего стола. Он измучился, ожидая ее и сына, а теперь даже не знал, что спросить? Было очевидно, что с ними произошла какая-то неприятность, Ире пришлось использовать магию, и теперь остается только ждать: будут последствия, или все обойдется.

-Маленькая… – начал он, но тут, Ира вдруг скривилась, всхлипнула, а затем разрыдалась.

Это случилось настолько неожиданно, что Миша растерялся, и замерев просто смотрел на жену. Она рыдала взахлеб, не сдерживаясь, размазывая по лицу слезы и косметику. Проклятый, справившись со ступором, быстро спустился со стола, и, подбежав к дивану, остановился около ног жены. Откуда-то сверху доносилось невнятное бормотание:

-Зачем? За что это все? Я же убила их, всех! – И снова рыдания.

Миша растеряно стоял около ее левой ступни. Раньше, он бы обнял ее, прижал крепко, и, шепча что-то бессмысленно-успокаивающее, дождался бы окончания истерики. Затем расспросил бы обо всем и успокоил, а сейчас, увы, это было невозможно. Но самое обидное, что даже на диван, он залезть пока не мог. Обычно для этих целей, проклятый пользовался свисающим покрывалом, но как раз вчера, Ира устроила генеральную стирку, и не успела ничего застелить обратно.

-Господи, – опять донеслось сквозь слезы, – не хочу, хочу назад. Мишкааа, не троооогай меняяя… – И снова слезы.

Последняя фраза была вызвана тем, что проклятый, понимая, что наверх ему не попасть, начал гладить ее ногу.

-Успокойся маленькая, – бормотал он, – поплачь. Чтобы ты не сделала, ты поступила правильно.

-Кот, отойди! Я боюсь себя сама.

-Все хорошо, не бойся, поплачь лапочка, а я побуду рядом.

Он продолжил гладить ее, шептать всякую бессмыслицу, а Ира плакала и никак не могла успокоиться. Проклятый оставался внизу, не делая попыток вскарабкаться наверх, смысла в этом все равно не было. Но все проходит, и постепенно всхлипы супруги стали тише. Дикое нервное напряжение, наконец, начало отпускать. Она еще не успокоилась полностью, но, тем не менее, мир уже не казался таким черным.

-Кот, – тихо начала жена, – Кот, сегодня я убила пятерых. Голыми руками.

Видимо ей пока не стоило говорить о событиях сегодняшнего дня, и он еще не успел ничего ответить, как слезы снова подступили. Ира была готова расплакаться по второму разу, но тут на сцене появился третий участник.

-Мама – раздался детский голосок.

Головы родителей синхронно развернулись к дверям. Валик, широко зевая, стоял на пороге, опираясь на дверной косяк. Пока он смотрел на маму, но в любой момент мог опустить глазки, и увидеть того, кого ему видеть было не нужно.Миша, почти как школьники на физкультуре преодолевают “козла”, перепрыгнул через Ирину ступню, спрятавшись за ее ногой, но малыш успел что-то заметить.

-Та, ыка! – Радостно поведал он, и потопал к маме, с явными намерениями рассмотреть “мышку” поближе.

Папа, прекрасно понимая, что в руках годовалого сыночка его не ждет ничего хорошего, забился под диван. Ира, разделяя опасения мужа, вскочила и подхватила малыша на руки. Ее истерику как ветром сдуло, и она даже не обратила внимание на постепенно возвращающуюся боль.

-Мама разбудила тебя? Хочешь кушать, маленький?

Валик радостно улыбался, и трогал маму. Внимание детей в таком возрасте переключается очень быстро, и о “мышке” он сразу позабыл. Ира, выйдя из комнаты понесла сынишку на кухню, а проклятый вдоволь начихавшись, под диваном все-таки было пыльновато, снова полез на свой стол. Вечером им явно предстоял разговор, но раньше, чем Ира уложит Валика, поговорить все-равно не получиться. Перечитав свои “путевые заметки”, Миша вздохнул. Вдохновение совсем покинуло его, и придется вернуться к записям попозже.

***
Филипп лениво наблюдал за быстро одевающейся женщиной. Ночная бабочка собиралась упорхнуть, и он совершенно этому не возражал, уже вернувшись мыслями к текущему состоянию дел. Проституток Филипп снимал или для разрядки, или чтобы потом, после их ухода, хоть немного выспаться. Однако сейчас, даже после секса, заснуть не получалось. Хлопнула входная дверь, он поднялся и, подойдя к окну, отодвинул штору. Немногочисленные фонари вяло разгоняли ночную мглу, крапал мелкий дождик. Уткнувшись лбом в стекло подумал, – надо, обязательно надо выспаться, завтра насыщенный день, – но сна, ни в одном глазу. Хотя иногда, вот так постоять и подумать, тоже помогает отдохнуть.
В целом Филипп был собой доволен. Когда стало ясно, что первая фаза поисков окончена, и нужно ждать ответов от коллег, он отложил эту тему, и принялся выстраивать работу филиала. Шаг за шагом, с немецкой педантичностью, была выстроена новая структура. Набраны специалисты, и часть старых кадров вернулась после обучения. За две недели, Филиппу удалось восстановить работу киевского филиала на том уровне, на котором он работал при Святославе. Нельзя было отрицать того, что сейчас, в его распоряжении было гораздо больше ресурсов и лучшие специалисты, но все-таки была проделана колоссальная работа.
После того, как филиал заработал в штатном режиме, Филипп снова вернулся к расследованию. За это время была окончена расшифровка данных детектора, аналитики давали 99% гарантию того, что в первый раз с его помощью нашли рукоять, во второй раз – ничего. Съездили в злополучный “Гнедын”, разузнали все детали. Сумели также переговорить с двумя оставшимися колдунами, как и ожидалось ничего интересного они не знали. Оставалась еще знахарка. От российских коллег было получено подтверждение того, что она пересекла границу, добралась до Москвы, и села на один из поездов, следующих за Урал. Дальнейшие поиски были затруднены. Из-за огромных территорий, неблагоприятного климата, и малонаселенности, там не было регулярных сотрудников и практически не было осведомителей. Найти там, пожелавшего спрятаться чародея, будет ой как не просто.
Само собой, знахарку постараются найти, ведь такого плевка в лицо, организация просто не может простить. Но Филиппу намекнули, что вряд ли старая ведьма провернула такую операцию сама, и стоит поискать ее соучастников в местах не столь отдаленных. В итоге, во всем, что касалось расследования они так и не сдвинулись ни на миллиметр. Это было недопустимо, ведь любой результат, пусть даже обнаружение могущественного противника с которым придется договариваться, был бы значительно предпочтительней.
Старый офис некоторое время стоял заброшенным. Филипп планировал, после того как подвал зальют бетоном, сделать его своей основной штаб-квартирой. Так бы и было, если бы не трагическая гибель Свена в автокатастрофе. Конечно автомобильные аварии, даже со смертельным исходом, не такая уж и редкая штука, но все переполошились сильно. Филипп вновь связывался с Хельгой, она ответила, что ничего не слышала про дистанционное действие рукояти, и в тоже время, о случаях, когда использованный “Норспеерамонус” оставался бесхозным, она тоже ничего не знает. Никакой информации о том, как работает проклятие в таких случаях, у нее нет, и напоследок порекомендовала не лезть в бутылку. Сдать офис какой-нибудь организации, и проследить за тем: будут несчастные случаи или нет, а заодно, это может оказаться полезным для исследования загадочного артефакта.
Так они и поступили. Закончили косметический ремонт, отремонтировав и покрасив стены, сдали офисы в аренду и поставили пару наблюдателей. Филипп пометил себе еще одну галочку – “ждать”, и переключился на иные задачи.
С трудом оторвавшись от созерцания заоконного пейзажа, он вздохнул, на часах 1:15, а завтра вставать в шесть утра, и проводить совещание, выслушивая доклады. Надо выспаться, но, похоже, без таблеток не сможет уснуть, и как несколько дней назад, он вновь поймал себя на нехорошей мысли, что вся его деятельность может оказаться напрасной. Да, месяц прошел очень интересно. Наладил работу в Киеве, получил некие результаты по расследованию, но что, если все это, игра, в которой он, лишь пешка, и им пожертвуют без всяких сожалений? Именно такие сомнения иногда не давали ему уснуть.
Приняв желтоватую капсулу: “Гарантированное засыпание через пять минут, не вызывает привыкания, побочные эффекты не обнаружены, не помешает будильнику разбудить вас вовремя”, он отправился в кровать. Если он пешка, значит главное соскочить вовремя. Начав работать тут, Филипп принялся откладывать на черный день, видимо что-то такое кружилось в воздухе этой страны, воздействуя на умы и совесть. Хотя, даже не совесть, начальники его уровня такими дефектами не страдали, а скорее на чувство самосохранения. Раньше он бы не рискнул присвоить деньги организации, но тут слишком многое было построено на откатах и оплате наличкой. Деньги возили чемоданами, и грешно было не зачерпнуть немного из этого потока. Игра была рискованна, но Филипп отдавал себе отчет, если его разыгрывают в темную, то рано или поздно подставят, а в этом случае, единственный шанс спастись – это побег. А для побега нужны деньги.
-Забавно, – пробормотал он, засыпая, – а ведь еще месяц назад, я и помыслить не мог о побеге.

***
-Ириш, рассказывай.
Проклятый смотрел на жену, сидевшую с ногами на кровати. Малыш давно уснул, на город опустилась ночь, и темноту в комнате разгоняло лишь пламя одинокой свечи.
-Кот, заклинание сработало. На несколько часов, я исчезла. Это было не просто владение боевыми искусствами и оружием. Я думала иначе, оценивала иначе, не сомневалась, не рефлексировала.
И затем, она просто пересказала Мише события этого сумасшедшего дня.
-Знаешь, маленькая, – он не собирался говорить ей банальности, из серии: все нормально, ты поступила, как и должна была, я всегда тебя поддержу, и все в таком духе.
-С того самого момента, как мы встретили на набережной ведьму, меня не покидает ощущение, что нас снесло течением, и несет с огромной скоростью. Мы можем только рулить, стараясь не разбиться о камни, и если кто-то встретиться на пути, это будут, лишь их проблемы.
-Спасибо, Мишка. Понимаешь, я устала, и боюсь того, что устала, даже не начав. Как же я смогу справляться дальше, со всем, что еще навалится на нас?
-Ирунчик, – проклятый остался спокоен, – я думаю, это как в спортзале.
Заметив ее удивленный взгляд, пояснил:
-Ты сходила на одну, две тренировки, все тело болит, крепатура, и сама мысль, о том, что завтра снова необходимо пройти этот ад страшит. Но ты не бросаешь, и через пару месяцев, даже не можешь вспомнить о такой мелочи, как дискомфорт в самом начале тренировок.
-Да, мал… Кот, ты всегда мог подобрать слова.
Она принялась натирать колено мазью, при этом периодически морщась.
-Сильно болит, маленькая?
-Да, придется пойти в тот самый спортзал, начать делать растяжки, и все-такое. Ну, или спроси там своего мага, о магических способах восстановления сил.
-Думаю, он будет рассказывать только о том, что сам сочтет нужным. Знаешь, Ириш, я пока не понял, чего он в итоге от меня хочет. В моем понимании, так на простую работу не приглашают.
-Может быть в этих, как их, магических мирах? Может там именно так и приглашают на топ позиции?
-Не знаю, маленькая, Но я уже готов согласиться, а это меня и пугает. – И неожиданно сменив тему, проклятый спросил: – А что с соседом? Думаешь принесет деньги?
-Практически уверена. Его что-то очень напугало в том моем облике, я как психолог тебе говорю. Мужик он не трусливый, но в какой-то момент он резко сломался, так что должен принести.
-А что с откатом? Тебе не было плохо?
-Нет. Но давай об этом утром, я немного опасаюсь того, что может случиться ночью.
Они помолчали, каждый думал о своем.
-Кот, – прошептала она, приблизившись и встав на колени перед его столом, – я хочу тебя потискать. Ничего не могу с собой поделать.
-Я не уверен, что у тебя это получится, но попробуй – улыбнулся он, хотя внутренне напрягся.
Ира положила на стол руку ладонью вверх, и Миша уселся в ее центре. Она перенесла мужа на диван, улеглась, положив его на шею и, поглаживая указательным пальцем, произнесла:
-Кот, я боюсь ту, в кого превращаюсь.
В комнате было темно, свеча практически не освещала постель, и Миша порадовался, что Ира в любом случае не сможет увидеть, как на его лице расплывается улыбка. Нехорошая такая, злая улыбка.
-Я уже убила минимум шестерых, а седьмого покалечила. Да, все они не заслуживают жалости, я понимаю, но меня пугает легкость, с которой я все это сделала.
-Иришка, извини, что меняю тему, но как Валик все это воспринял?
-Знаешь, очень хорошо. Мне вообще кажется, что после того, как он выздоровел, он стал очень спокойным, здоровым, и каким-то не в меру серьезным. Мечта матери, а не младенец.
-Видимо это компенсация – пробормотал он, и поцеловал жену в шею.
Сейчас, не видя ее, можно было представлять, что просто лежишь в темноте, обнявшись с любимой. Ира поглаживала мужа, и думала о сегодняшнем дне, о Валике, о себе, о Мише. Она не произнесла этого, но ей реально казалось, что они все получили компенсацию, а заплатили за это тем, что случилось с ним. О как бы она хотела изменить произошедшее! Миша, очень похоже, начал целовать ее шею. Ох, как сложно сказать, что чувствует он, но для нее это лишь незначительная щекотка.
-Маленькая – оторвался он от своего бесперспективного занятия, – а как твои колени, и прочие части тела?
-Побаливают, но постепенно проходят. На мне видимо все будет заживать как на… ведьме.
-Это очень хорошо, Иришка.
Дальше они лежали молча, думая каждый о своем.
-Я засыпаю, маленькая – тихо сказал он. – Если усну, отнеси меня в ту комнату, а коробку поставь на постель, если проснусь, чувствуя, что нужна помощь, то быстрее доберусь до тебя.
-Ну, хорошо, Кот. Пойдем спать.
Ира сняла мужа с шеи, встала, и широко зевая пошла к себе. Проклятый уснул в ее руках, еще в коридоре. Уложив мужа спать, она поправила одеяло в кроватке Валика, и как только легла в постель, моментально уснула.

Стоило проклятому прийти в себя, и встать, как он увидел улыбающегося инструктора, сидящего в одном из кресел.
-Привет, соня! Одевайся. тебя ждет Магрес.

  Обсудить на форуме

Путь проклятого. Глава 20

Глава 20. Разговор с магом

-Кот. Давай поговорим? – Ира присела на корточки перед столом.

-О чем? – Он даже не повернулся.

-О тебе, о нас.

-Ириша у меня, наверное, дежавю? Ты опять хочешь меня успокоить?

-Кот, случилось то, что случилось. Мы смогли справиться много с чем, и ты мне помогал не раз. Пожалуйста, не начинай опять.

-Что не начинай?

Он действительно не хотел говорить с женой именно сейчас, ему необходимо было обдумать события последней ночи. Но Ира не знала ничего о последнем сне мужа, и думала, что его отстраненное состояние, это по-прежнему последствия встречи с сыном Зинаиды.

-Быть таким букой.

Ира подхватила Мишу правой рукой, и, невзирая на некий протест с его стороны, понесла на балкон. Валик уже уснул, и у них было свободное время, чтобы спокойно поговорить. За окном хмурилось, август в этом году оказался крайне переменчив, то окутывал город удушающей жарой, спасение от которой могли дать только кондиционеры, то баловал проливными дождями, несущими некоторое облегчение от палящего солнца. Вот и сейчас, начал подниматься ветер, слегка похолодало, и по всем прогнозам, ближе к ночи должен был начаться дождь, но пока небо оставалось практически безоблачным.

-Я не бука. Если сравнить мое поведение и мое душевное состояние, то я очень белый и крайне пушистый.

Он развалился на ладони Ирины, и смотрел в синее небо.

-Дорогой, кофе будешь?

Она не знала, как бы потактичнее намекнуть, что ей немного не удобно держать руку таким образом.

-Конечно, буду, и кофе, и пиво. Знаешь, маленькая, – он махнул рукой в сторону шкафа, – я буду сидеть на этом шкафу, пить пиво, и смотреть на грозу. Чувствую, что сегодня будет шикарная погода, гром, молния, и ураганный ветер. Хочу насладиться буйством стихии.

-Хорошо кот, подожди меня тут, я сейчас все принесу.

На шкафу было пыльно, и Ира оставив мужа на столе, принялась наводить порядок. Мысли проклятого постоянно возвращались к событиям предыдущей ночи.

-Здравствуй, меченный. Если не ошибаюсь, тебя зовут Михаил?
-Да, Михаил. А вы – Магрес?
-Он самый.
Легкая улыбка тронула губы мага, и проклятый почувствовал себя еще более неуютно. Можно было бы подбирать слова, заикаться, стараться угадать, как себя вести дальше, но при этом он будет выглядеть жалко и заискивающе. Миша достаточно хорошо знал себя и свое красноречие, особенно при разговорах с начальством, и возможно из-за этого он предпочитал работу фрилансера. Наконец он решился:
-Я знаю, что вы тут большой человек, а я гость. Скажу честно, что вообще не знаю, как положено разговаривать, и есть ли какие-то правила этикета?
-Есть и правил много. Но они будут важны в том случаи, если, мы будем общаться при посторонних. Сейчас же, у нас нечто вроде приватной беседы, этакое собеседование, на котором я буду предлагать тебе работу.
Маг, заметив недоверчивое удивление в глазах гостя, подтвердил:
-Да, именно работу, поэтому говори со мной так, как привык. Из возраста, когда мне нужно было чужое преклонение, я уже давно вышел.
-Хорошо. А мы понимаем друг друга, потому что вы маг? Или вот из-за этой штуки?
Миша кивнул в сторону юлы. Она крутилась, и, похоже, не собиралась замедляться.
-Именно так, но ты ведь хотел спросить не об этом?
-Вы умеете читать мысли?
Проклятый никак не решался задать по-настоящему важный вопрос. Из-за страха, что ответ ему не понравится.
-Когда как, – сказал маг, – читаю довольно часто, но не в твоем случае. Но, когда живешь долго, поневоле учишься понимать собеседника.
-Ну ладно, – решился проклятый, – просто мне очень хочется понять, по какой именно причине, мною заинтересовался такой человек как вы? Причем заинтересовался очень сильно, раз тратите время на личную встречу со мной? Это все из-за моей метки?
-У нас есть хорошая традиция, – произнес, поднимаясь с кресла Магрес, – обсуждать важные вопросы, за бокалом вина.
Он отошел к небольшому шкафчику. Открыв створку, извлек наружу бутыль из темного стекла и пару бокалов, отливающих металлом.
-Это серебро, – прокомментировал он, – в наших краях стекло большая редкость, чем этот метал.
-Я не умею пить, очень быстро напиваюсь, – Миша действительно опасался пить, но и отказаться не мог, – боюсь, что это помешает серьезному разговору.
-Не думаю, – отмахнулся маг, – тебе вначале надо просто расслабиться.
Он разлил темно-красное вино по бокалам, и небрежным движением, пододвинул один из них Михаилу.
-Вино хорошее, уверен, что такого ты не пробовал.
На вкус напиток действительно был интересным. Отпив, Михаил понял, что просто не сможет описать его. Горьковато-сладкий привкус, и все. Это было ни на что не похоже.
-Да – посмаковав напиток, согласился он, – у нас такого, скорее всего не производят.
-А теперь я начну отвечать на твой вопрос. Ты интересен мне не только и не столько из-за метки. О да, она крайне любопытна, но к ней мы вернемся немного позже. В первую очередь для меня важен твой талант прогноста.
-Прогноста? – проклятый не смог скрыть своего удивления и глотнув вина, закашлялся. – Что вы имеете ввиду?
-Ты почувствовал, что караван везет какой-то неприятный подарок, и смог обнаружить его. Еще поиски лускана. Ты действуешь иначе, чем наши нюхачи. Так вот, – Магрес вдруг слегка наклонился к нему и посмотрел в упор – ты похож на очень сильного прогноста. А мне нужно, чтобы такой специалист работал на меня.
Миша промолчал. Промолчал не потому, что размышлял над ответом, а просто неосторожно посмотрел магу в глаза. Глаза…. Это, пожалуй, единственная черта во внешности, которая отличала чародея от обычного человека. Радужная оболочка мага – была разноцветной. Она состояла словно из концентрических окружностей, желтоватая, зеленоватая, серая. Чем ближе к зрачку, тем темнее, и поэтому казалось, что смотришь в глубокий колодец, дно которого теряется в темноте.
-Но…, – смог пересилить себя проклятый, и отвести взгляд, – как я понимаю, работать на такого человека как вы, это честь для любого в Шаарне. Я думаю, что у вас хватает и прогностов, и прочих алхимиков, а тут… личная встреча. Зачем…?

-Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста: – голос жены, вернул Михаила к реальности. – Пока не проснулся Валик, посидим рядом?

-Конечно, маленькая. – Ира, как уже сложилось за это время, села на пол, и облокотилась о кресло, так их головы оказались примерно на одном уровне.

-Я вспомнил, – начал проклятый. – Сын этой суки, нашей соседки, был связан с бандитами. Это кстати, одна из причин, из-за чего с ней все предпочитали не связываться.

-А мне ты об этом никогда не рассказывал. Почему?

-Да я особо об этом и не думал. До отъезда отца, его знакомства были посильнее, чем этот криминал. С нами Зина никогда не связывалась, так, иногда бурчала что-то в спину, но не докучала нам.

-А теперь значит, ее сынок решил наехать?

-Это вполне возможно, и тебе лучше быть готовой к таким событиям. Но зато теперь у нас есть шанс, ведь сама понимаешь, рассчитывать можно только на тебя.

-Какой еще шанс? – Удивилась Ира.

-Этой ночью мне сделали предложение, от которого я не могу отказаться. Это не потому, что боюсь, а из-за того, что глупо не воспользоваться шансом.

Он замолчал, стараясь привести мысли в порядок.

-Давай рассказывай, что произошло этой ночью? Не томи меня.

-Сейчас, я соберусь с мыслями, и проклятый вновь погрузился в воспоминания.

-Буду с тобой откровенен, у нас алхимиков и всяких мелких магов, бойцов и рядовых нюхачей, действительно много. А вот тех, кто, сможет подсказать правильный выбор, без сложной аналитики, без огромных затрат, тех, кто почувствует опасность заранее, причем реально заранее, вот таких очень мало.
Миша понимал, что его собеседник много чего не договаривает, но при этом опасности совсем не чувствовал.
-А что тогда с моей татуировкой? Вы знаете, что она означает?
-Конечно знаю, – и снова на его лице легкая улыбка, – она означает, что там, у себя дома, ты убил одного из нас, и при этом таким способом, которым чародеев пугают с детства.
То ли благодаря вину, то ли из-за чего-то еще, но Михаил, наконец, расслабился и постепенно начал забывать, что говорит с очень могущественным человеком. Ну не полностью забыл, но уже перестал на этом концентрироваться.
-Я, почему-то думал, другим чародеям очень не понравится то, что я сделал, – ответил Михаил, – типа как у нас пишут в сказках – профессиональная солидарность.
-Ну, я не буду вдаваться в тонкости, о них мы сможем поговорить и позже. Но претензий к тебе не возникнет.
-Хорошо, а эта моя метка, или татуировка, она что-то означает? В магическом плане? При атаке, эти монстры из повозок, меня не тронули, хотя один был близко, да и тот супер-боец когда увидел ее, сразу замер, вместо того чтобы просто прирезать меня.
-Для любых живых существ, и даже для магических созданий, твоя метка означает – яд. Все, кроме самых тупых созданий, или просто находящихся под внешним управлением, и имеющих приказ атаковать, будут обходить стороной владельца этой метки.
-Интересно, а люди? Я для них тоже отравлен?
-В основном да. Но тут как говориться есть исключения – усмехнулся Магрес, – так, что не стоит тебе чувствовать себя совсем неуязвимым.
-Эх, жаль, а я – то уж размечтался.
Миша отхлебнул еще вина, и вдруг понял, что очень хочет поесть, но просить было как-то неловко. Он решил подождать, пока не проголодается хозяин, и продолжил разговор:
-А я, тем не менее, до сих пор не понимаю…. Ведь говоря со мной лично, ты… ой, Вы, показываете свой интерес. Повышенный. Я ведь тут ничего не знаю, в ваших раскладах не ориентируюсь, и, в общем-то, никуда отсюда не денусь. Ты, э… Вы… могли бы просто, через любого посредника, предложить мне должность, и просто вытащить с этих лесов в комфорт. Сам уверен, не отказался бы.
Видимо вино оказалось крепче, чем показалось изначально, и Михаил слишком уж раздухарился. Но его собеседник выглядел довольным. Маг, помалкивая пил вино, наблюдая за проклятым из-под полуопущенных век. Не дождавшись ответа, гость продолжил.
-Вот Вильямин же не особо колебался, – вспомнил Михаил, – когда предложил мне меньшую оплату?
-Я повторюсь, у нас приватный разговор, так сказать без костюмов, поэтому говори мне ты, если так удобнее, а правилам общения на людях, тебя научат. Теперь, что касается твоей работы на меня. Я не крохобор. Не в моих правилах получить сиюминутную выгоду, с риском потерять большее в будущем. Теперь, прежде чем продолжить, я немного расскажу о месте, где ты оказался, об Этании и других похожих мирах. Только вначале ответь на один вопрос: ты родился в мире, который имеет форму шара?
-Ну да, конечно – с удивлением ответил проклятый, – а разве Этания другой формы?
-Другой….
Магрес поставил на стол бокал, и что-то прошептал. Буквально через секунду дверь распахнулась, и в комнату неслышными тенями скользнули две девушки с небольшими подносами в руках. Быстро расставив тарелки, они, молча, поклонились, и также быстро исчезли. От тарелок шел очень приятный запах, и Михаил с трудом сдержался, чтобы сразу не наброситься на еду.
-Знаю, что ты голодный, да и я тоже давно не ел. Сейчас перекусим и продолжим.
Михаил не стал заставлять себя упрашивать. Из столовых приборов тут были только трезубые вилки, и этот факт очень его порадовал. Еда по вкусу напоминала мясо с овощами, и как говориться просто таяла во рту. Это и не удивительно, было бы странно, если бы могучий чародей предложил гостю сух паек. Покончив с едой, и дождавшись пока молчаливая прислуга уберет посуду, Магрес разлил вино по бокалам, и продолжил:
-Рассказывать можно долго, пока расскажу основное. Между тем миром, где ты родился, и тем где оказался сейчас, довольно много различий. В вашем мире – развиваются технологии, а в нашем победила магия. Это разделение не абсолютное, у вас возможны некие магические действия, как ты сам мог убедиться, а у нас, периодически появляются предметы, которые можно считать изобретениями, абсолютно без магии.
Заметив удивленный взгляд проклятого, Магрес усмехнулся и продолжил:
-Когда-то наши великие чародеи изучали шарообразные миры, планируя вторжение на них. Ну, или может, преследуя исключительно исследовательские цели, сейчас это уже не имеет особого значения. В наших архивах сохранилось много материалов, и перед встречей с тобой, я некоторые освежил в своей памяти.
-Так что, от вторжения решили отказаться? – не утерпел Михаил.
-Да, это в итоге оказалось невозможным. Магия у вас практически не работает. Ощущения чародея, оказавшегося в вашем мире, можно описать так: Представь, что ты практически ослеп, оглох, а большая часть тела парализована, и как вишенка на торте – ты еще практически ничего не соображаешь, магия практически не работает, или работает не так, доступа к источникам нет, и артефакты по большей части бесполезны. Создается впечатление, что сам мир выдавливает гостя, наделенного силой. Так что ваши миры совсем не интересны для нас. Правда и обратная экспансия не сработает, почти все ваши изобретения тут также бесполезны как наша магия у вас.

Вдруг захныкал сынишка. Он принялся потирать глаза, и начал вставать.

-Давай Кот, чуть позже расскажешь, – и Ира, пересадив Мишу на шкаф, исчезла в комнате.

Проклятый задумчиво смотрел за окно, вечером обещали грозу. Любимая любезно оставила ему чашку с пивом, и Миша привычно зачерпнув как из бочки, приготовился наслаждаться буйством стихии. Немного стемнело, и появились порывы ветра. Прихлебывая пиво, он вспоминал детали разговора с волшебником. Все-таки надо было соглашаться, причем на все, но Михаила грыз червячок сомнения. Зачем Магресу было лично обрабатывать его? Что скрывал старый маг?

От размышлений его оторвали, причем в очень грубой форме. Неожиданный порыв ветра, влетевший сквозь открытое балконное окно, оказался настолько сильным, что оторвал проклятого от поверхности и впечатал в стену. Хорошо хоть между шкафом и стеной не было большого зазора, и падение ему не грозило, но удар вышел чувствительным. Странное дело, но в первую очередь проклятый проверил драгоценную чашку, и та к счастью оказалась целой. В целом обошлось без повреждений, только слегка облился пивом. Тихонько ругаясь, он отошел в сторону, так чтобы ситуация с нежданчиком в виде ветра не повторилась. Стоило ему усесться на новом месте, как на балкон вышла Ира. Она улыбнулась мужу, и стала смотреть в окно, облокотившись о перила. Миша невольно засмотрелся на жену. Светлые волосы развеваются на ветру, грудь плавно вздымается под обтягивающей футболкой, на губах играет легкая улыбка, которая всегда заводила его в его прошлой жизни. Он смотрел на супругу, в этот раз без всякого вожделения, просто потягивая пиво, наслаждался прекрасным моментом.

На улице резко потемнело, казалось, наступила ночь, а ветер еще усилился. Небо прорезала молния, и через секунду раздался раскат грома, а в шум ветра добавился звук начинающегося дождя. Буквально за мгновение небо обрушило на землю просто стену воды. Снова сверкнула молния, и в ее свете ему показалось, что вместо Иры на балконе стоит другая женщина, даже не женщина, а статуя, какими изображают античных богинь. Прекрасная, но далекая и неживая. Один миг, и иллюзия развеялась, остался лишь некий неприятный привкус от увиденного.

-Да, – пробормотал он, – я же не сплю, пью, и постоянно рефлексирую. Почему бы не видеть глюки?

-Что ты говоришь, кот? – Обернулась к нему Ира.

-Ничего маленькая, я просто наслаждаюсь погодой.

Неожиданно заинтересованный Валик выполз на балкон, и, используя мамину ногу как опору, поднялся в полный рост. Миша не боялся, что сын его увидит, тот еще был слишком мал ростом для этого.

-Посмотрим на грозу, мой маленький?

Ира, сев в кресло, подняла малыша, так чтобы он видел происходящее за окном, но не мог заметить уменьшенного папу. Валик заворожено смотрел на стену дождя, улыбался прорезающим небо молниям, и что-то восторженно пищал, вторя периодическим громовым раскатам.

Глядя на все это, Миша вдруг вспомнил их поездку на шашлыки. Они еще не были женаты, и их отношения переживали пик конфетно-букетного периода. Стариков снял домик, на небольшой базе отдыха. Воспользовавшись тем, что Ира не работала, а сам он работал по довольно гибкому графику, они приехали на базу вечером в понедельник. К этому времени большинство посетителей уже разъехались по домам. Влюбленные бродили по сосновому лесу, купались в речке, жарили мясо на небольшом костерке.

Вечером во вторник началась гроза, как сегодня, быстро, резко, без предупреждения. Молодые как раз переплыли на небольшой островок, собираясь провести несколько приятных часов в уединении. Ливень застал их на островке, на котором было множество кустов, но при этом, ни одного высокого дерева. Они занимались любовью под проливным дождем на мокром песке, под оглушающие раскаты грома. У них до этого, да и потом, было много романтических встреч, экзотических мест для любви, и экспериментов, но вот тот островок, остался в памяти каким-то особенным.

-Надо будет уговорить Иру съездить туда – усмехнулся он, будет интересно посмотреть на все под совершенно иным углом.

Наконец Валик заскучал, и попросился в комнату, поиграть. Маму он потащил за собой, и проклятый остался в одиночестве, с пивом и воспоминаниями. Правда, теперь, вместо романтического островка, ему вновь вспомнился ночной разговор с магом.

-Вот это любопытно. Я читал о таком, правда в фантастических рассказах о других мирах, что там и порох не горит, ну и скорее всего остальное, тоже, как-то перестает действовать.
-Примерно так и есть. Из-за этих различий, взаимное проникновение друг к другу, не особо интересно ни вам, ни нам. Есть правда одно только исключение, магия у вас хоть немного, но работает, и некоторые заклинания из нашего мира, очень интересуют ваших чародеев. А вот у нас, ваш завод или фабрику в любом случае не построишь.
-Так получается, что у нас, колдунов мало, но они настолько сильны, что могут сделать больше, чем маги вашего мира?
-Нет. На самом деле ваши маги очень слабы. Если ваш колдун вдруг попадет сюда, то он будет на уровне сельского знахаря. Ничего интересного для нас. Они сильны только в ваших мирах. Из-за отсутствия конкуренции. Но это отличие миров не единственное. Например, если ваша Земля это шар, то Этания, можно сказать, вообще не имеет формы.
-Ммм… это как?
Голова Миши начинала пухнуть от всех подробностей. Это было связано и с тем, что он не понимал, к чему ведется весь этот разговор, и как он связан с его будущей работой на мага.
-Если я правильно понял, у вас, можно, грубо говоря, двигаться постоянно прямо и прийти в ту точку, откуда начал движение?
-Ну… это не совсем так, но в принципе возможно.
-Тут все не так. Вот взять, к примеру, Шаарн. Этот поселок полный тупик, отсюда нет пути, ни через скалы, ни через болота.
-Что значит, нет? А если собрать группу опытных следопытов, магов, и взять за цель изучить территорию болот? Просто вам наверно это не нужно?
-Это невозможно, проклятый, – Магрес усмехнулся, – вот в этом и разница, которую ты пока еще не можешь понять. Эти болота – маг выделил слово эти, – нельзя преодолеть, их нельзя изучить, и невозможно пролететь над ними. Любая экспедиция погибнет или исчезнет в них. Любой соглядатай, будь он подчиненный, или магический, ослепнет и не вернется назад. Для нас это просто чужая вотчина. Мы все знаем это, и не лезем туда, просто ограждаемся от порождений серых территорий.
-Например, песком?
-Да, но ограды могут быть и магическими, в общем по-всякому.
-Я правильно понял, – помолчав, стал уточнять проклятый, – получается Шаарн – это тупик. Так?
-Да, – подтвердил маг.
-Значит, отсюда есть только один выход, через ущелье?
-Нет, в магических мирах есть и иные пути. По одному из них, ты шел к башне.
Повисла тишина. Миша думал о своих следующих вопросах, упускать такой шанс узнать, как можно больше, да еще и от собеседника, явно знающего больше чем простые смертные, было нельзя. Но проклятому начало казаться, что они ходят вокруг, да около, говорят о пустяках, а к сути разговора так и не приближаются. Магрес не торопил его.
-А как это все пересекается с моей работой на вас?
-Пока никак, рассказывая про Этанию, ее форму, и всякие недоступные земли, я хочу донести, что тут все устроено совершенно по-другому. А насчет работы ты не спеши, скоро все объясню. Как кстати тебе языковой инструктор?
-В смысле? – от резкой перемены темы, Миша растерялся, – отличный специалист. Я до сих пор не могу понять, как он выучил мой язык.
-У него врожденный талант. В нашем мире, кроме магов, есть еще прослойка людей с врожденными не магическими способностями. Они могут разниться, быть интересными, или не очень. Их можно развивать – если они есть. Так вот, он способен учить язык, на котором говорят в его присутствии, быстро и навсегда. Если бы у него не было такой врожденной способности, он все равно смог бы быть полиглотом, но учил бы язык как все. Или мог, обладая таким талантом, не попасть в хорошие руки, и сейчас бы писал письма под диктовку, в какой-нибудь конторе. Понимаешь меня?
-Думаю да. Важно не только как, но и где работаешь?
-Не только это, на таких как я работает много разных специалистов. У них лучшее обучение, нет никакой нужды, в чем либо, правильный отдых и доступ к такой информации, которую не найдешь просто так.
-Магрес, если я правильно понял, то ты видишь во мне, талант этого, прогноста? И он здесь такой редкий, что ты хочешь, чтобы я работал на тебя и развивал его до каких-то высот?
-Да, именно так. Раз ты оказался способен на многое безо всякого обучения, то под руководством настоящих профессионалов, сможешь достичь небывалых высот. Кроме того, твой талант, еще интересен тем, что он усилен демонической татуировкой, и вдобавок, как я уже говорил, убить тебя любому существу, сопряжено с риском. А значит, если вдруг ты откажешься работать на меня, тебя может подобрать другой чародей. А я – он перегнулся через стол, сверля проклятого взглядом, – не хочу, чтобы так случилось, именно поэтому говорю с тобой лично, и при этом предлагаю очень много.
-Демонической татуировкой? – Миша спросил первое, что пришло в голову.
Обсуждать других чародеев, и тот факт, что Магрес все-таки не отпустит его, не хотелось, даже не смотря на весь елей в голосе колдуна, угощение, и приятность разговора.
-У нас это общепринятое название, причем оно не совсем правильное, но пока будем использовать его. Смотри, есть дары богов, есть демоническое воздействие, и есть магия. Это следует вот в таком порядке.
-А в чем разница?
-Отличий много, я сейчас объясню то, что касается тебя. Твоя метка защищает тебя от любой магии, правда как от вредоносной, так и от целебной. Никакой вменяемый волшебник не будет пробовать воздействовать на тебя, потому что результат будет неожиданным.
-В каком смысле неожиданным?
-А никто не сможет предсказать, что из этого выйдет, такой эффект называется “двойной перекрут”, а вот шанс, что, воздействуя на тебя, и даже пытаясь помочь, чародей убьет самого себя весьма велик.
Миша слушал Магреса, и вдруг вспомнил, первый день после разгрома организации, он напился, жутко, до полусмерти. А утром полное отсутствие похмелья…. Это было дело рук Ирины, выходит она сильно рисковала? Или просто сделала что-то невозможное?
-А… – Начал он, и вдруг понял нельзя, нельзя рассказывать этот случай. Незачем открывать все карты сразу.
-А я уж раскатал губу – начал выкручиваться он,- мол, пью, а жена мне потом похмелье снимает. Получается, что зря надеюсь?
-Зря, – Магрес внимательно смотрел на проклятого, и было неясно понял он, что Михаил сказал не то, что намеревался, или нет, – лучше пусть даже не пытается. Ты для нее табу.
-Понятно ей, видимо сейчас, вообще лучше не пытаться ничего пробовать делать, – Михаил торопился увести разговор в сторону, – она двух ублюдков, напавших на нее, прибила, и потом сама чуть не умерла.
– К этому мы еще вернемся, а пока закончу про метку. Магией на тебя лучше не воздействовать, но есть еще дары богов. Вот они, как раз, будут действовать на тебя, как и на всех остальных.
-А можно какой-то пример?
-Все, что связано с языками. «Сонка», «Юла Аматиса», и прочее, позволяет нам разговаривать, но будь это магией, ты бы не понял, ни слова, да и Балтон отравился бы, попробовав напиток с каплей твоей крови.
-Интересно, и даже очень. А что кроме языков?
-Все связанное с перемещениями, короткие пути, телепортация, это тоже дары богов. Хотя с ними сложнее, но не буду запутывать тебя на нашем первом разговоре.
Михаил молчал. Можно конечно было задать еще миллион вопросов, но он сомневался, что запомнит хотя бы половину ответов на них. Магрес видя это, вдруг сменил тему.
-Меченый, мне скоро надо будет отлучиться, а перед этим я хочу предложить то, что гарантировано, заинтересует тебя. Я могу стать наставником твоей жены, и обучать ее.
-Наставником? – изумленно переспросил проклятый. – Но как? Ее же здесь нет, только я бываю, да и то во сне?
-Есть часть заклинаний, которые ты, будучи здесь, выучишь наизусть и передашь ей. Плюс еще некие общие рекомендации, а об остальном поговорим в процессе обучения.
-Магрес, я ведь понимаю, что просто так ничего не бывает. Все, то, что ты предлагаешь, только из-за моей работы в качестве прогноста?
-Прогност, татуировка, и тот факт, что ты из другого мира, а твоя жена ведьма. Поводов хватает. У нас, в Этании, назревают крупные разборки, – маг пригубил вино, и, усмехнувшись сказал, – каждый потенциально хороший специалист сейчас на счету.
-Не буду врать, я заинтересован, особенно обучением моей жены.
Михаил вдруг понял, сильно затекли ноги. Он встал, прошелся по комнате, при этом в голове слегка зашумело, все-таки это вин, а не сок.
-Очень хорошо, как я сказал, мне скоро придется отлучиться. – Магрес тоже поднялся, и подошел к противоположной стене. Оказалось, там было нечто вроде встроенного шкафа, и колдун что-то извлек из одного из ящиков.
-Меченный, у нас обычно чародеи, ставят на своих помощников и слуг специальные метки, – заметив при этом, как изменилось лицо проклятого он усмехнулся, и продолжил:
-Я понимаю, что для жителя вашего мира, это звучит малопривлекательно, но для местных в этом нет ничего особенного. Многие отдали бы десяток лет, ради возможности получить ее.
-Почему? – Не удержался Михаил от вопроса.
-Это означает, что человек работает на чародея, полезен ему, и в свою очередь, пользуется его защитой. А у нас, как я говорил, могущественные маги, имеют некое влияние. Например, инструктор носит мой знак, если бы он показал его на форпосте, и приказал слушаться тебя, то все, включая и избившего тебя Барака, наперегонки исполняли бы твои распоряжения.
-Наверняка эта метка служит не только для этого? – вопрос о том, почему инструктор не сделал этого, проклятый задавать не стал. Понятно, что была проверка.
Да, она еще оберегает от ошибок, – усмехнулся маг, – если идешь работать на чародея, то по собственной воле уйти от него не получиться.
Михаил молчал. Вот он, долгожданный подводный камень. В обмен на покровительство придется попасть в нечто вроде рабства, а значит надо отказаться, несмотря на всю заманчивость предложения. Однако Магрес неожиданно развеял его сомнения:
-Ты не переживай проклятый, на тебя метку никто ставить не будет.
-Да? – Вновь Миша не смог сдержать удивления.
-Увы и ах, ты уже – колдун показал на его правое предплечье, – помечен, а твоя татуировка, не потерпит конкуренции.
-Не буду врать, я этому очень рад, – с облегчением проговорил Михаил.
-И я буду откровенен с тобой – маг приблизился, – мне немного жаль. Мой знак решил бы множество твоих проблем, и никто типа Барака, не посмел бы тронуть тебя, да и мне было бы спокойней. Но что есть, то есть, держи.
На протянутой ладони волшебника лежало серебристое кольцо с видневшейся на нем гравировкой.
-Что это?
-Это знак того, что ты мой помощник, находишься под моей личной защитой, и наделен особыми полномочиями. Раз нельзя поставить отметку, придется действовать по старинке. Надевай его на мизинец.
Миша послушался, а колечко подошло, словно на него делалось под заказ.

-К сожалению, мне уже пора, увидимся вероятнее всего уже после твоего пробуждения. Остальное расскажет инструктор.

Когда проклятый был уже в дверях, он добавил,
-А кольцо можешь показать Бараку, сразу увидишь, что случиться, и далее поступай по своему разумению.
Колечко сидело на мизинце, как влитое, опять магия? Вряд ли, это бы противоречило тому, о чем только что говорил чародей. Проклятый вышел в приемную, и посмотрел на начальника гарнизона. Тот сидел на табурете, и сразу показалось, что он стал меньше в размере. Михаил буквально чувствовал его страх и неуверенность. Он неторопливо подошел, встал напротив недавнего тюремщика, затем не спеша, театральным жестом, вытащил руку из-за спины, и продемонстрировав тому кольцо Магреса. Крепыш побледнел так, словно ускоренно стал вампиром, и поднял на проклятого затравленный взгляд. Наверное, герой какого-нибудь романа, испытал бы на этом месте, чувство глубокого морального удовлетворения, и гордо бы удалился, оставив бывшего истязателя, страдать от чужого благородства и неопределенности будущего бытия.
Миша не был героем. Сейчас, глядя в испуганные и просящие глаза, он вдруг испытал ярость, бешенную и неконтролируемую. Его поврежденные пальцы вдруг нашли лучший момент, чтобы напомнить болью о себе, и проклятый понял, что хочет крови, а главное, он может ее пролить. Взгляд упал на кочергу.
Тяжелая, она удобно легла в руку. Взглянул на крепыша, а тот сидит и не думает шевелиться. Почему то вспомнился Алик, здоровый и туповатый одноклассник, который постоянно попортил Мише кровь в старших классах. Вспомнился случай, когда после очередного избиения, Стариков наплевал на все пацанские понятия, пожаловался отцу. Батя отвез его в травмпункт, и оказалось, что у Михаила трещина в ребре и гематома. Тогда сняли побои, отец задействовал все свои связи, и невидимые шестеренки закрутились. Через два дня, все встретились в кабинете директора, сам хозяин кабинета, Миша с отцом, Алик, и двое незнакомых мужчин. Один из них оказался участковым, а второй не представился. Оказалось, что побои, нанесенные пострадавшему, при желании можно квалифицировать как средней тяжести, а с учетом того, что Алик уже имел привод, то при неком содействии со стороны органов, и наличии связей, его можно отправить в колонию, на годик-полтора.
Когда все это было озвучено, то до грозы школы, здоровяка и любимца большинства одноклассниц дошло, что шутки кончились, и он, вполне реально может поменять место жительства, вот тут Миша увидел, как резко может измениться человек. Как буквально на глазах, презрительно-снисходительная ухмылка начинает превращаться в неуверенную и заискивающую улыбочку, как меняется выражение глаз. В них вместо презрительного выражения хозяина жизни, начинает плескаться страх. При этом его спина сгорбливается, а руки начинают подрагивать. О да…, это было очень наглядная демонстрация такой расхожей фразы “молодец среди овец”.
И сейчас он видел вот такое же преображение. Стариков редко дрался, и ни разу не избивал беспомощного. У него не было опыта пинания бесчувственного тела, или нанесения ударов связанному человеку. Вот и сейчас, стоя над не связанным, и не бесчувственным, но все равно, каким-то беспомощным мужиком, он колебался, в нем боролись ненависть и привитые в детстве установки, мешающие бить тех, кто слабее его на данный момент.
В итоге установки начали побеждать, и Михаил хотел было уже уйти, но тут он как-то неудачно повернулся, и его ребра отозвались болью. Ненависть вновь вспыхнула, словно бензиновая лужа от неосторожного окурка. Ведь этот ублюдок избивал его бесчувственного, а он еще колеблется?? И Михаил, неожиданно даже для себя, нанес удар. Просто удар кочергой, сверху, метя в голову. Крепыш не вскочил, и не постарался увернуться, а единственное что он смог, это прикрыться рукой. Раздался хруст и вскрик, лицо охранника искривилось от боли…. И тут проклятый слетел с катушек, он начал наносить удары, хаотично, даже не глядя куда. Он бил, выплескивая всю ярость, всю накопившуюся ненависть последних дней, и мстил за свою теперешнюю физическую беспомощность. Бил и кричал:
-Защищайся! Защищайся, гад! Ответь, ну ответь же!
Крепыш дергался под ударами, стараясь прикрыть голову. Он уже сполз со стула, и лежа на полу, просто вздрагивал, когда кочерга соприкасалась с его телом. Михаил успокоился только тогда, когда избиваемый перестал даже дергаться под ударами. Отброшенная кочерга со звоном откатилась в угол, и проклятый, обернувшись, увидел инструктора.
-Выпустил пар? – Как обычно, без каких либо эмоций поинтересовался он.
-Даже не знаю, мне кажется, я уже его никогда не выпущу.
Он посмотрел на крепыша, и понял, что никакого чувства вины перед ним не испытывает, а скорее всего хочет добавить еще.
-Что делаем дальше? Какие планы? И что будет с этой тушкой?
-Что ты скажешь, то с ним и будет.
-В смысле?
-Он теперь полностью твой, хочешь суп из него свари, а хочешь, просто прикажи вылечить.
-Не слабо, – проклятый был не то, что изумлен, он скорее испытывал от такого поворота событий шок. – Ну, у вас и порядки.
-Хозяин ценит тебя, так что с ним сделать то?
– Да пусть идет на все четыре стороны, – махнул рукой проклятый, – мне он больше не интересен.
-Любопытное решение. – Сказал инструктор.
Затем он подозвал молчаливого человека, который находился в помещении все это время, но был настолько тихим и незаметным, что Миша увидел его, только когда тот начал двигаться. Инструктор что-то сказал ему, а тот, кивнув в ответ, подошел к Бараку.
-Идем? – спросил инструктор у проклятого, – Хочешь отдохнуть? А может женщину? Или парочку?
-Пока, пожалуй, откажусь.
-Смотри, тут есть кошечки с соответствующими талантами. Как у меня есть склонность к изучению языков, так у них к ублажению мужчин. Помощники Магреса получают их за особые заслуги, и они такое вытворяют…
-О…! Нет…, пока, нет.
Сложно сказать из-за чего он отказывался. Измена во сне, вроде, как и не измена. Но проклятый пока не мог переступить через себя.
-Тогда перейдем к делу, Магрес кое-что оставил для тебя. Попросил написать на твоем языке. Тебе все это надо будет выучить все наизусть. Взять ведь ты отсюда ничего не сможешь?
-И много там?
Миша начал ощущать лихорадочное возбуждение, то о чем он столько думал, то на что так надеялся, но даже не представлял, как это получить, вдруг оказалось так близко. Вот только протяни руку и возьми. Наставник для Иры! И этот наставник такого уровня, о котором можно только мечтать.
-Не очень много, – инструктор открыл одну из боковых дверей, и поманил проклятого за собой.
-Не очень много, – повторил он, но лучше не теряй времени.

Миша, закончил рассказывать сон и замолчал, глядя за окно. Дождь уже закончился, ветер разогнал все тучи и наступил вечер. Из комнаты доносился звук телевизора, там герои «Свинки Пеппы», обсуждали свои мультяшные проблемы. Ира задумчиво постукивала по столику ногтями, с красивым маникюром.
-Как ты думаешь, насколько можно доверять этому магу?
-Честно говоря, Иришка, думаю ровно настолько, насколько любому нашему олигарху. Он будет играть в свою игру, но при этом мы с тобой ему не конкуренты, а скорее всего инструменты. А такие люди, как я думаю, склонны заботиться о своем оборудовании, пока оно им нужно.
-Умеешь ты подобрать приятные сравнения. Хорошо, он тебе продиктовал заклинания, ты их записал на русском, и их можно использовать тут. Давай, диктуй, я их запишу, и буду учить.
-Да я их уже напечатал, Ириш – усмехнулся проклятый. – Не знаю почему, но не хотелось произносить их вслух, да и размяться надо было. Вот и побродил по кнопкам.
-Тогда расскажи о них, какие и для чего используются?
-Сейчас маленькая.

Инструктор завел Михаила в небольшую, роскошно обставленную комнату. Вокруг ковры, мягкая мебель и несколько кресел, в одно из которых тут же уселся его провожатый.
-А что, за заклинания то? И сколько их? – его азарт все усиливался, и появилось ощущение, что наконец-то они смогли «ухватить бога за бороду».
-Пока два, из самых простых. – Инструктор положил перед Михаилом два листка сиреневатой бумаги. – Писать на твоем языке я не умею, это не входит в мои таланты, поэтому записывай под диктовку.
Опасения проклятого, что придется писать пером и чернилами не оправдались. Внешне предмет был похож на карандаш, и оставлял после себя на бумаге, тонкие черные линии.
-Сей, ВарЕн, ТарксЕн, ФокЕн, АйтЕн, Лаосс.
Побуквенно и выделяя ударения, продиктовал инструктор.
-Твоя жена сказала слова, и сделала глоток воды. Простой воды. Заклинание начнет действовать после слова Лаосс. Сразу же.
-А что оно делает?
-Это что-то вроде вызова духа воина. После него твоя жена будет драться, как бог войны пока действует заклятие.
-А какое время оно действует?
-Пока она не произнесет его в обратном порядке. Только начинать надо со слова АйтЕн, а завершать тем же Лаосс.
-А в чем подвох? Выглядит это как очень сильное колдовство.
-Подвохов несколько. Во-первых, если в бою, она будет вытворять всякие штуки из серии пробить рукой дубовую дверь, или удар ногой голову, а на самом деле растяжки у нее нет, то сразу после отмены действия ее тело получит соответствующие переломы и разрывы связок. Во-вторых, действие заклинания сильно истощает организм, и если она слишком долго не будет отменять его, то может умереть от обезвоживания, или отказа каких-либо жизненно важных органов. Ну и действует оно только на нее, из другого человека временного бойца не сделаешь. Естественно, что не каждый раз в экстремальной ситуации тебе дадут пить воду. А самый последний минус, это то, что использовать его можно не чаще чем раз в десять ваших дней.
-Тогда еще второй вопрос, а какая от него вообще польза? При таких побочных эффектах?
-Она может действовать очень аккуратно: – короткие удары в горло, в пах. Может завладеть чужим оружием и использовать его. Да и находиться под воздействием заклинания можно недолго. Или…, – тут инструктор немного помолчал, словно размышляя: говорить или нет, – она просто может убить нападающих. Дело в том, что с этим духом, можно расплатиться чужими жизнями. Тогда воздействие на вызвавшего его будет значительно более слабое.
-Это жестоко, хотя и оправдано во многих случаях.
-Так Магрес, по вашей, земной терминологии черный маг. Так что и заклятиям он будет учить соответствующим. Без всяких соплей.
-Хорошо, я сейчас заучу.
Миша сразу вспомнил парк. Прирезать наркошу его же ножом, всего за пол минуты. Наверное, это было бы более безопасно для его жены.
-А какое второе заклинание?
-Оно для снятия боли, ведьма должна держать руку над больным местом и произнести слова. Как раз после первого заклинания, если она вдруг переусердствует, можно использовать второе. Но при этом учти, снимает оно только боль, а не причину.
Остаток времени проклятый использовал, чтобы заучить их, и многократно повторяя подаренные заклятия.

-Вот так, моя маленькая, – закончил Миша свое повествование.
-Даже не знаю, сказать шесть слов, делая при этом по глотку воды…, не думаю, что кто – то позволит мне это сделать.
-Так ты же женщина, ну изобразишь панику, или дикий страх, и при этом жалобно поморгаешь глазками. Это по любому лучше, чем ничего. Ну, или как худший вариант, если вдруг будут выбивать дверь в квартиру.
-Ладно, дорогой я, конечно же, выучу их.
Ирина повернулась в сторону комнаты, и сказала:
-Наш малыш хочет уже спать, наконец – то насмотрелся мультиков. Я пойду, уложу его и вернусь к тебе, посидим еще немного, хороший вечер.

-Ты точно уверен, что они лохи?
-Зуб даю. – Виктор мерзко ухмыльнулся.
В разговорах с братками, он чувствовал себя как рыба в воде.
-Она вообще никто, простая сельская баба, а он сынок богатеньких родителей. Но они были в силе пару лет назад, а сейчас свалили, так что семейка без крыши.
-Ну, хорошо, – бандит сплюнул, и добавил, – значит, свозим эту телку покататься. Проведем эту, экскурсию по промышленной зоне. – Добавил он и заржал.

  Обсудить на форуме

Путь проклятого. Глава 19

Глава 19 Боевое крещение

В этот день проклятому снова стало неспокойно. Должно было произойти что-то нехорошее. Нечто, связанное с торговым караваном. Привыкший доверять своим ощущениям, Михаил поделился возникшими сомнениями с переводчиком. Тот не стал отмахиваться, детально расспросил проклятого, и предложил съездить на форпост, охраняющий вход в Шаарн.
Михаил уже давно заметил, что инструктор отнюдь не прост, и стоит в местной иерархической лестнице довольно высоко. Вот и сейчас, стоило ему принять решение, и колесики невидимого механизма пришли в движение.
До ущелья было недалеко, видимо, когда осваивали эти места, поселок начали строить на ближайшей удобной территории. К ним быстро присоединились пяток вооруженных мужчин и двое носильщиков, которые теперь сопровождали проклятого практически при любых перемещениях вне поселка. По дороге они с инструктором разговорились. Тот уже абсолютно свободно говорил на русском при обсуждении общих тем.
-Чего именно ты опасаешься?
-Не знаю пока, а что везет этот караван?
Про то, что в Шаарн периодически заходят торговые караваны, Миша знал, но вот что они возят, выскочило у него из головы напрочь.
-В основном песок, для линии отмежевания. Он сыреет в этом климате, и болотные твари могут по нему ползать, а если они доберутся до леса, то будет беда. Вот и обновляют насыпь.
-Тогда караван большой получается?
-Да.
-А кроме песка есть еще что?
-Еда, крепкий алкоголь, тетива для луков, хозяйственные мелочи, которые нельзя произвести тут.
-Они везут какой-то сюрприз, – уверенно заявил Миша, – какой не знаю, и даже не догадываюсь. Но стоит мне подумать о караване, как холодок по спине пробегает.
-Не пустить их, только на основании твоих предчувствий не получится. Дорога сюда долгая, а песок жизненно необходим. Если ты прав, придется тебе, меченный, как-то доказать свою правоту.
-Попробую, но знаешь, пока не представляю как.
Добравшись до блокпоста, инструктор о чем-то переговорил с парой мужчин, один из них махнул рукой, указывая вверх. Проклятый с интересом осматривался. Вот он – вход в ущелье. Чуть дальше, видимо в самой узкой его части, находятся массивные ворота, они были закрыты, но присмотревшись, Михаил заметил, что здоровенный засов открыт, и при необходимости с той стороны ворота распахнут на раз. Вот это плохо, надо как-то убедить охрану исправить ситуацию с воротами, но вряд ли охрана послушает чужака.
Вокруг много вооруженных людей, практически у всех луки или арбалеты. Тоже понятно, в таком месте совсем не обязательно подпускать врага на расстояние удара. Недалеко стоят какие-то домики, наверное, казармы? Но развить эту мысль проклятый не успел, подошел инструктор:
-Полезли наверх.
Он указал на свисающие вдоль отвесной стены, веревочные лестницы. Миша поежился, на вид, стена была высотой метров двадцать, а веревочные лестницы он не любил с детства. Хотя, пожалуй, с учетом его последнего опыта, в области лазанья по канатам, с этим он должен справиться легко.
Забрались наверх, и если снизу, проклятый увидел лишь несколько домов, то здесь, по обеим сторонам ущелья, раскинулся целый поселок. Тут было довольно многолюдно, и практически все встречные были вооружены стрелковым оружием. Еще он заметил огромное множество камней, видимо в случае реальной опасности, ущелье планировалось завалить каменными глыбами, похоронив агрессора. Пока Михаил осматривался, инструктор о чем-то разговаривал с парой мужчин. В какой-то момент, разговор перешел на повышенный тон, и тогда проклятый обратил на них внимание. Инструктор, странное дело, только сейчас Миша понял, что так и не спросил как того зовут, видимо просто не пришло в голову. Так вот, инструктор о чем-то спорил с двумя мужчинами, один из них – широкоплечий крепыш, был явно чем-то недоволен, а второй, высокий, худощавый и лысый как бильярдный шар, сохранял спокойствие.
В этот момент, раздался шум, и проклятый с любопытством принялся смотреть вниз. В ущелье медленно вползал караван. Обычные повозки. Первые две – крытые, а начиная с третьей – открытые, засыпанные песком. Караван полз медленно, каждую повозку тянули по два животных, толи лошади, толи ишаки, ну или какие-либо представители местной фауны. Возглавляли его трое, почему-то в закрытых шлемах. Один из них чем-то привлек внимание проклятого, но стоило Мише начать рассматривать его, как мужчина (а, может, и нет), вдруг повернулся, смотря вверх, и ему показалось, что их взгляды встретились, от чего по спине пробежал неприятный холодок. Хотя на таком расстоянии что-либо рассмотреть было практически невозможно, и Миша был прикрыт конструкцией возведенной на краю обрыва, но под этим взглядом, он не чувствовал себя в безопасности.
Кроме этих троих, на каждой повозке сидел возница, а пара вооруженных мужчин, шли пешком посреди каравана. Вот первая повозка приблизилась к закрытым воротам, и один из идущих впереди, что-то крикнул охраннику.
От дальнейших наблюдений, Михаила отвлекли. Подошел инструктор, в сопровождении тех двоих. Крепыш что-то спросил, точнее проорал, и сплюнул в сторону.
-Они интересуются, зачем мы здесь – перевел инструктор.
-Что-то не так с этим караваном, какая-то опасность, нельзя его пускать в Шаарн.
-Миша, – инструктор внимательно посмотрел на проклятого, – что именно ты чувствуешь?
-Не знаю, но при мысли о том, что они окажутся внутри, мне становится не по себе.
Инструктор вновь начал говорить спутникам, но крепыш даже не стал дослушивать. Он что-то прорычал, а затем, придвинувшись вплотную к проклятому, начал что-то шипеть прямо ему в лицо. Миша не понял и половины и брезгливо отодвинулся:
-Что он от меня хочет?
-Если отбросить ругань – усмехнулся инструктор, – то он говорит, что останавливать караван, на основании твоих предчувствий никто не будет, а также то, что ты тут вообще быть не должен.
Похоже крепыш, заметивший отвращение на Мишином лице, вообще готов был лезть в драку, но тут вмешался второй мужчина. Положив руку на плечо товарища, он что-то произнес ему примиряющее.
-Он говорит, что они досмотрят наших гостей, но все равно, все подводы не проверить, и совсем уж долго никто работать не будет. Извини, но ты нюхач, и для солдат ты не авторитет – добавил инструктор уже от себя.
Оставшись в одиночестве проклятый продолжил смотреть в ущелье. Вереница повозок остановилась, вышедший из небольшой калитки боец, о чем-то разговаривал с караванщиком. Затем к нему присоединилась еще парочка, и кто-то полез в переднюю повозку. Один из пришлых снял шлем, а остальные бродили между повозками. Ощущение приближающейся беды крепло с каждой минутой, ясно же, ничего эти простофили не найдут, караван зайдет в Шаарн, а потом будет…. Вот что будет он не знал, но очень не хотел чтобы оно случилось, даже несмотря на то, что сам он был тут не полностью, а во сне. Проверять что случиться с ним на Земле, если его убьют тут, проклятый не испытывал ни малейшего желания.
От нечего делать, он принялся считать повозки. В видимую часть ущелья, заползли 23 штуки, и скорее всего, еще сколько-то находились за поворотом. Миша прошелся вдоль ограждения, тут и там валялись камни, от мелких, размером с кирпич, до крупных, которые без крана и не поднимешь. Михаил точно не знал, как тут все организовано, но предполагал, что при необходимости, подрубаются какие-либо подпорки, и камни летят вниз, образовывая завал, погребая под собой часть врага, а также преграждая вход в долину для остальных.
Очередной взгляд вниз, подтвердил его опасения. Проверяющие вернулись за ворота, и тяжелые створки начали поворачиваться. Ладно, подумал он, я тут все равно гость, не хотите слушать, и не надо. Тут его внимание привлекла пятая повозка. Стоило кинуть на нее взор, как Миша дернулся, очень уж неприятное ощущение, словно он раскусил таракана. И откуда интересно берутся такие аналогии? Ведь проклятый никогда не пробовал ни тараканов, ни какую-либо восточную экзотику. Там что-то было, под слоем песка, но как об этом сказать? Проклятый обернулся, но инструктора поблизости не оказалось, а никто другой его явно не станет слушать. Он вертел головой, в попытке придумать хоть что-нибудь, и вдруг обратил внимание на один из камней, валяющихся тут. Это был хороший, здоровый булыжник, причем, весьма странной формы. Он чем – то напоминал моргенштерн, проклятый вспомнил мудреное словечко, из какой-то онлайн игры, то ли “Диабло”, то ли “Моровинд”. Главное было не это, а то, что камень лежал практически на краю, между четвертой и пятой повозками. Помня, что главное в его предчувствиях – это не сомневаться, Миша потащил камень к краю. Казалось, он весил центнер, и если бы не последние тренировки, его затея не увенчалась бы успехом. В какой-то момент, он вновь почувствовал на себе взгляд, но отвлекаться было некогда, поэтому он не увидел, как тот – же караванщик, внимательно рассматривает его, положив руку на рукоять клинка.
Обливаясь потом, Миша дотащил камень до края, и перевалил его вниз. Тот, ударяясь о стену и кувыркаясь, полетел вниз, и через секунду воткнулся в ровную песчаную поверхность повозки. Раздался дикий, невыносимый вой, и песок словно взорвался. Наружу полезли какие-то твари, плоские как камбала, они прыгали с повозки прямо на стену, и начинали карабкаться вверх. Караванщик, который бодался взглядов с проклятым, пронзительно закричал, вытаскивая меч. Видимо его крик послужил сигналом, и еще минимум из трех повозок, начали вылезать такие же монстры. Тут уже тревогу протрубили и защитники. Ближайшие лучники с арбалетчиками принялись опустошать колчаны, возле ворот закипело сражение. Вот тут выяснилось, что защитники очень и очень уступают в мастерстве гостям.
Над головами возниц, как по волшебству появились щиты, не дающие стелам и арбалетным болтам вгрызаться в людскую плоть. Пока стрелы защитников, смогли нанести урон, только несчастным животным, тянущим повозки. Тут и там, раненые лошади (или все-таки ишаки), пронзительно верещали, дергались, но им некуда было деться в узком ущелье. Нечисть, которую до поры, до времени скрывал песок, неумолимо взбирались по стенам, правда, когда ближе к верху, начался отрицательный уклон, их движение замедлилось, и некоторые начали срываться, падая с противным писком.
Из троих караванщиком, оказавшихся во время замеса впереди, один остался лежать там, где его застала тревога, утыканный стрелами как еж, еще один успел добраться до ворот, и даже пустить кровь кому-то из охраны, а вот третий… Третий дрался как демон. Успев врубиться в толпу охраны, он обезопасил себя от стрел, и непревзойденно орудуя мечом и коротким кинжалом, положил восемь человек, менее чем за минуту. Затем длинным, нечеловеческим прыжком добрался до стены, со свисающими лестницами, попав таким образом в мертвую зону, для стрелков, расположенных вверху.

Часть возниц, под прикрытием щитов, также добрались до ворот, и из небольших арбалетов перестреляли уцелевших и раненых защитников. Часть насекомых, также сумела преодолеть стену. Выползая на ровную поверхность, они с противным писком, бросались на людей. Внешне эти твари напоминали плоский блин, со множеством ножек. Стрелы рикошетили от их панцирей, не причиняя никакого вреда. Тем временем, оставшийся в живых караванщик, и добравшиеся до ворот возницы, воспользовавшись общей неразберихой, и полезли вверх. Защитники сверху были слишком заняты обрушившимися на них насекомыми, и не могли должным образом отреагировать на эту опасность.
Тем временем по ущелью, в сторону ворот, также под прикрытием щитов, двигались еще два десятка бойцов. До инструктора и худощавого охранника, одного из тех, кого пытался предупредить проклятый, наконец-то дошло, что дело пахнет керосином. Сам Михаил в это время лежал на краю обрыва, скидывая ту каменную глыбу, он похоже сильно потянул предплечье и спину. К тому же, оказавшись, первый раз в реальном бою, он сильно растерялся, и ему казалось, что стоит подняться, и в тебя моментально попадет стрела.
А когда из-за обрыва появились первые плоские сороконожки, Михаил натурально впал в ступор. Примерно, как на Земле, встретившись с котом. И точно также, как и в той ситуации, монстр лишь дернулся в сторону проклятого, затем замер, и потопал в другую сторону. Не успел Михаил перевести дух, как к нему подскочил инструктор, и рывком заставил подняться, хотя он и сам понимал, пора уходить от края, и если его не хотят съесть, то вполне могут затоптать. Пока инструктор тащил Михаила, долговязый боец, перерубил сдерживающую опору, и огромная куча камней, пришла в движение. Они сметали попавшихся по пути сороконожек, и сбивали их со стен. Каменная лавина накрыла остаток нападающих, пробирающихся по ущелью. От тяжелых глыб не могли спасти никакие щиты.
Как раз в этот момент, наверху появился этот быстрый и умелый караванщик. Он моментально бросился на ближайших лучников, и в это время до верха добрались и остальные оставшиеся в живых нападавшие. Бой закипел с новой силой. Проклятый все это видел лишь краем глаза, участвовать в бою он не мог, да и не хотел. Однако у некоторых участников сражения были иные планы. Мастер-боец, казалось, целенаправленно пробивается к нему. Непонятно как он его вычислил среди всех защитников, да и как выжил в этой бешеной рубке, но факт есть факт, Миша не успел укрыться за домами, или в одном из них, как неистовый караванщик оказался прямо перед ним. Долговязый боец, тот самый который обрушил камни, бросился на нападавшего сбоку. Силы оказались не равны, и он в следующий миг свалиться замертво на землю. Инструктор куда-то пропал, и проклятый с караванщиком оказались один на один, на расстоянии примерно трех метров.
Вот и все, подумал Михаил, отрешенно смотря на человека в шлеме. Даже глаз не увижу, почему то пришла совсем уж дурацкая мысль. Боец пошел в атаку, а точнее убить человека раскрывшего их, и единственное, на что оказался способен проклятый – это прикрыться рукой, а точнее, просто вскинуть руку в защитном и абсолютно беспомощном жесте. Рука проклятого светилась. Можно было бы подумать, что татуировка, или метка, как ее тут называют, блеснула на солнце, хотя солнца в Шаарне не было. Однако факт, остается фактом, его «украшение» было видно так, словно внутрь встроили подсветку. Караванщик при этом замер, буквально на секунду, но этого хватило, чтобы из его шеи, выросло оперение арбалетного болта. Каким бы супер бойцом он не был, но бессмертным при этом все-таки не являлся. Стоило телу караванщика упасть на землю, как оцепенение Михаила прошло, и обернувшись посмотреть кто его спас, он увидел инструктора с небольшим арбалетом в руках.

Тот подошел к агонизирующему телу и, подождав пока караванщик замрет, сдернул с мертвеца шлем. Увидев лицо бойца, инструктор некоторое время постоял, а затем выругался. Слов проклятый не понял, но интонацию уловил сразу. Ему стало любопытно и, приблизившись, Михаил увидел, что уши мертвеца не такие, как у человека, а чем-то похожи на кошачьи. Они начинались там, где и положено ушам, тянулись вверх вдоль черепа, и вверху имели треугольную форму как у мурчащих, почему-то столь любимых женщинами, животных.
От созерцания, проклятого отвлекли очень грубо. Он чуть не упал от сильного толчка в плечо, и резко развернувшись, Михаил увидел разъяренного крепыша, именно того мужика, которому он сразу не понравился.
-Ты подстроил? – заорал он в лицо проклятому, – ты?
Словарный запас землянина, был весьма мал, чтобы ответить именно то, что очень хотелось, а русского этот дятел явно бы не понял.
-Я их почувствовал, и я предупреждал, что нельзя пускать караван. – Медленно, подбирая слова, ответил он.
-Ты…! Ты отвлекал нас, – проорал мужик, и добавил длинную фразу, которую проклятый хоть и не понял дословно, но в том, что это были отнюдь не комплименты, сомневаться не приходилось. Миша начал выходить из себя, в начале его никто не слушал, теперь еще и обвиняют.
-Идиот! – Бросил он в перекошенное злобой лицо.
Фраза, сказанная на русском, хоть и не была понята, но крепыш тоже уловил интонацию, и в ярости схватив Михаила за грудки, приблизился вплотную.
-Убью! – Проорал он, – столько народу погибло! – понятные слова, он перемежал ругательствами, – плевал я на вас, ищеек! – и он ударил проклятого тыльной стороной ладони.
Почувствовав на лице кровь, Миша просто озверел. Последний раз его били в старших классах, и он отвык от такого обращения. Соперник был здоровее, и явно опытнее в драках, а вдобавок являлся каким-то начальником. По-хорошему, проклятому стоило бы утереться, сделав вид, что ничего не произошло, и разбираться чуть позже, через свое начальство. Однако он слишком устал испытывать физическую беспомощность, и на Земле, и тут во сне. После всех его лазаний на кухонный стол и раковину, после случая с сыном Зинаиды, ему просто хотелось подраться. Он испытывал острую необходимость, наплевав на любые последствия, доказать самому себе, что остался мужчиной. Видимо, что-то такое отразилось на его лице, потому что крепыш вдруг оскалился, и положил руку на рукоять кинжала, а инструктор, видевший все это, и после удара шедший в их сторону – ускорил шаг.
Михаил остался стоять, посмотрел на инструктора, и кивнув тому, улыбнулся. Крепыш непроизвольно повернулся, проследить направление взгляда проклятого, и в этот момент, Миша, что есть силы, ударил его в колено, надеясь на то, что противник не носит какие-нибудь кольчужные штаны. Оказалось, не носил. Крепыш вскрикнул, и отскочил, не дав ему приблизиться для еще одного удара. Он морщился от боли, но, похоже, ни перелома, ни выбитого мениска там не вышло.
Прорычав что-то непереводимое, крепыш вытащил кинжал, и с весьма недвусмысленными намерениями, двинулся на Мишу. Проклятый попятился, против ножа он сражаться не умел от слова совсем, но тут между ними встал инструктор. Он что-то сказал разъяренному охраннику, тот скривился и опустил оружие. Тем временем к ним подошли еще четверо бойцов. Крепыш что-то приказал им, указав жестом в сторону проклятого.
-Тебе придется провести некоторое время взаперти. – Сказал инструктор, с сожалением покачав головой.
-Я уже понял. Ты расскажешь об инциденте Вильямину?
-Нет, кое-кому повыше, но до него надо еще добраться. А пока иди за ними.
Проклятого сопроводили в один из домов, и провели в подвал. Крепыш, не удержавшись от соблазна, хорошенько пнул его в спину, так что он буквально влетел в маленькую комнатушку. Лязгнул замок, и Михаил остался в одиночестве.
-Да уж, – с кривой усмешкой произнес он, – а в каком-нибудь приключенческом рассказе, меня бы хвалили, поили, и спать уложили бы, как минимум с дочерью старосты.
Он осмотрелся. Свет сюда проникал сквозь узкое окошко под потолком, из мебели: стол, грубый табурет и топчан, а в углу умывальник. Видимо помещение не планировалось как тюрьма, уж слишком много роскоши, для средневековой темницы.
Развалившись на топчане, проклятый размышлял о том, что хорошо бы сейчас проснуться на Земле, а уснуть тогда, когда придет инструктор с помощью. Затем постарался угадать, к кому он обратится. Скорее всего, к какому-то боссу повыше, чем бригадир, тому, кто может отдавать приказы бойцам. Да видимо так. Мысли прыгали непослушными зайчиками, разбегались по углам, и Михаил никак не мог сконцентрироваться на чем-то одном. Например, стоило ему вспомнить про Вильямина, как он испытал нечто вроде обиды.
Бригадир воспользовался тем, что Миша был новичком и не знал местных реалий. Уже немного позже, разобравшись в механизме поиска серебра, кстати, назывался этот металл – лускан, но проклятый по привычке думал о нем как о серебре, так вот, разобравшись в некоторых нюансах, он понял, что ему, вполне, могли дать не 80% от ставки, а 180, а может и все 300. Потому что те твари, которых они обнаружили, около найденной проклятым жилы, являлись некими паразитами. Они иногда обитали около месторождений лускана, питаясь какими-то энергиями, излучаемыми этим металлом (тут Миша так и не смог понять какими именно), и при этом, “создавали помехи”, не давая нюхачам почувствовать серебро. Обнаружить такую жилу можно было только с помощью какого-то высококлассного оборудования, которое никто не привезет в такую дыру. Или с помощью профессионалов, которые сюда тем более не поедут. Так что Миша был находкой для Шаарна, и бригадир явно неплохо нагрел на нем руки. С другой стороны, проклятому все равно не было куда податься.
Никто за ним ни шел, и теперь мысли проклятого перескочили на местное время. Тут оно отличалось от земного. Точнее не так, проклятый думал, что оно отличается от земного, потому что никак не мог понять, как его тут считают. Такого понятие как часы в Шаарне просто не существовало, но местные во времени ориентировались. Самого меченного, начиная с момента приема на работу, грубо говоря, водили за ручку. Тренировки, сопровождающие, прием пищи по расписанию, постоянно поблизости языковой инструктор, а так же постоянно одна погода и отсутствие привычных смен дня и ночи, все это создавало впечатление, что времени тут просто нет.
И вот сейчас, когда абсолютно нечем было заняться, только лежать и ждать, кто придет за тобой, это было особенно мучительно. Неприятных ощущений добавляло также отсутствие чего-либо, что можно было бы использовать как туалет, а сходить за шкаф, назло неведомым тюремщикам не хотелось, ибо неизвестно, сколько ему еще тут торчать. Скорее всего, через пару часов, эти вопросы перестали бы его интересовать, ибо физиологию и сон никто не отменял, но в этот момент лязгнул замок, и дверь распахнулась.
К сожалению, это был не инструктор с помощью, а ненавистный местный начальник с парочкой мордоворотов, и, судя по выражению его лица, Мишу не ждало ничего хорошего. Они поднялись по лестнице, но на улицу выходить не стали, и проклятого втолкнули в еще одну комнатушку, похожую на первую, но побольше. Вместо топчана тут было пара стульев, на которых и расселись его сопровождающие.
-Откуда ты? Имя? – Видимо его решили допросить по всей форме. Крепыш видать уже успокоился, понял, что орать и материть пришлого бесполезно – не поймет, а бить рано, мало ли, вдруг за него вступятся?
-Михаил Стариков, с Земли.
-Как оказался в Шаарне?
Этот вопрос пришлось повторять несколько раз, проклятый не сразу понял, о чем его спрашивают, и допрашивающий, судя по всему начал злиться. Правду говорить не хотелось, причем без особых причин, просто крепыш Мише не нравился, особенно за рукоприкладство.
-Заснул дома и оказался тут. – Ответил он на русском, и крепыш нахмурился.
-Говори, понятно – потребовал он, и Миша, усмехнувшись, снова ответил на родном языке:
-А не пошел бы ты в жопу?
Сложно сказать, что им двигало. До этого он старался никогда и никого не провоцировать, но сейчас просто не мог остановиться. Видимо его визави уловил оскорбительную интонацию, а может просто возмутился из-за использования чужого языка, он вскочил, опрокидывая стул, и в этот момент проклятый наконец-то проснулся. Этания вместе с ее проблемами исчезла до следующей ночи.

***

Проснувшись, Миша не торопился вставать. Все последние дни его накрыло, какой – то апатией. А толчком послужил случай с сыном Зинаиды, когда какой-то мудак хватал его жену, а он мог только сидеть в кармане коляски и сжимать кулаки. Это стало некой последней каплей. И в голове прочно засела мысль: “все бесполезно”. Никакими тренировками, никакими усилиями он не сможет даже приблизительно уменьшить эту пропасть между ним и любым обычным человеком.

В тот вечер, Ира была под впечатлением от этой встречи. Она много говорила, и с одной стороны была довольна собой, а с другой подозревала, что это еще не конец…. Миша, молча, слушал ее, не пытаясь вставить ни слова. Ире надо было выговориться, и она иногда размышляла вслух, а он ей старался при этом не мешать. Проклятый думал о своем, о том, что в последнее время он стал абсолютно бесполезным для своей семьи. Та ночь, когда он помог своей любимой справиться с откатами, казалась ему просто случайностью, и это ни как не могло улучшить его настроения.

Вдруг, неожиданно, болтовня Иры начала его раздражать. Раньше, еще до майских событий перевернувших его жизнь, такое пару раз случалось, и тогда он мог под разными предлогами оставить ее, уйти, сославшись на занятость. Сейчас же, это было значительно сложнее. Во-первых, потому что он не был ничем занят, а во-вторых, слишком долго пришлось бы уходить…. Михаил уже тупо подумывал, а не попросить ли супругу замолчать? Но сдерживался, понимая, что она, то, ни в чем не виновата, и тем более в его апатии. Вскоре Валик позвал маму, и она убежала к нему. Проклятый вздохнул с облегчением, вот теперь никто и ничто, ну кроме отсутствия доступной выпивки, не мешало ему предаться черной меланхолии.

Странное дело, все это время, он хоть и страдал от своей неполноценности, но при этом ни разу не злился на супругу из-за того что она может что либо сделать, а он нет. Хотя возможно это происходит по причине его минимального общения с окружающим миром? Михаилу даже начало казаться… нет, не то, что все в порядке, до этого было далеко, просто появилось ощущение некой изоляции от внешнего мира. И вот сегодня, после нападения сына соседки на его Иришку эта иллюзия разлетелась вдребезги.

Да, его любимая обладает какими-то способностями. Тот случай в парке показал, что становиться кому – либо на ее пути опасно. Однако она чуть не умерла после происшедшего, подсознательно использовав свою силу ведьмы, и совсем не факт, что второй раз им опять повезет. Ведь кроме наркоманов, хулиганов и бандюков, могут появиться и другие, причем намного более опасные типы, те, кто стоит за организацией Витольда. Хотя могут еще быть и квартирные воры, или мошенники, а может даже ухажеры…. Например, тот же участковый, вот наведается пару раз в гости, поможет разобраться с заявлением этого отморозка. Затем он встретит ее во дворе, и при этом обратит внимание на то, что муж все никак не возвращается, ну и конечно поможет с коляской. Ирина, конечно, отошьет его, но вот эту общую проблему, как отсутствие мужчины в ее жизни это, ни как не решит.

Михаил не был большим ревнивцем. Он никогда не просматривал в телефоне жены СМС или контакты, и не устраивал сцен, если она разговаривала с каким, либо не знакомым ему человеком по мобильнику. Ну, или, например, ездила на встречи выпускников. Когда он разговаривал с ведьмой, еще до попадания в Этанию, и говорил о том, что отдает себе отчет в том, что его Ира рано или поздно встретит кого-нибудь, хотя бы “для здоровья”, он не лукавил. Но в тот момент, проклятый еще не до конца осознавал всю глубину своего попадания. На тот момент, Михаил еще ни разу не вышел из квартиры, и все его проблемы были завязаны на невозможности заняться хоть какой-либо привычной деятельностью, а самое главное на том, что он не мог поиграть с сыном или поблаженствовать с женой.

Случай на улице со вторым реальным столкновением, просто очень жестко указал проклятому на его место в жизни… его реальное место, и как защитник он полный ноль. Это оказалось намного больнее, чем он мог себе представить. Наркоманы при этом были не так показательны, и, к сожалению, справиться с этой парочкой вооруженных отморозков, он не смог бы и раньше, пребывая абсолютно здоровым. Так что та встреча, в любом случае закончилась бы плачевно, ну или отморозки не стали бы цепляться к ним, мало ли, выбрали бы более доступную жертву, и тогда инцидента бы просто не было. Но вот встреча с сынком соседки, стала той самой каплей, которая, как известно, может переполнить чашу. Или сломать спину верблюду. Это уже кому как нравится.

-Ну ладно, хорошо, – проклятый вновь принялся рассуждать вслух. – Раз уж теперь нашу семью может защитить лишь только моя Иришка, значит нам просто необходимо, чтобы она превратилась в самую настоящую ведьму. И мне плевать на то, каким именно образом это произойдет.

Михаил принялся вспоминать все случаи, когда его супруга хоть как-то пыталась задействовать свои сверхъестественные силы. Итак:

-Разговор с демоном – Ира смогла добраться до этого существа, но возможно, после того как ей пригрозили.

-Случай в парке – опасность для жизни ее, сына и мужа.

-Приход участкового – в общем-то, тоже попадает под категорию опасности. Пусть и не такая жуткая история, как в остальных случаях, и Ира там по большому счету использовала не колдовство, а нечто иное.

-Ну и то, как любимая сняла с него похмелье – тут, пожалуй, больше сработала нежность, хотя, может быть, и страх за своего мужа.

-Что в итоге мы имеем? – продолжил проклятый свой монолог, – в трех случаях из четырех, или в двух из трех, если не считать участкового, Ира раскрывала приобретенные способности в моменты опасности. Это риск для жизни, и страх за своих близких.

Он постучал рукой по столу в раздумье, переваривая свою информацию.

-И что мне дает эта информация? – вновь спросил он у воображаемого собеседника, и ответил себе же.

-Ира должна стать волчицей. Пусть она даже загрызет меня, если ей будет надо, но ради Валика я даже возражать не стану.

В тот вечер разговору них так и не заладился. Миша попросил у Иры чашку пива, и весь оставшийся вечер до сна, смотрел в монитор, наблюдая там за жизнью персонажей из “Теории большого взрыва”. При этом он черпал своей новой кофейной кружкой хмельной напиток, затем закусывал тонкими полосками сырокопчёной колбасы, и думал. Думал о том, что он может сделать, дабы подтолкнуть жену в правильном направлении. При этом на все попытки Иры заговорить, он отмалчивался, а то и отмахивался. Она немножко растерялась, и даже сначала слегка обиделась, ведь ее муж последний раз так вел себя, еще до того, как ему начали сниться сны, но затем решила не лезть к нему в душу.

На следующий день, она съездила в участок, с заявлением на сына Зинаиды. Ей повезло еще и в том, что среди зрителей инцидента на набережной, была их общая соседка, которая согласилась при необходимости подтвердить факт нападения на маму с коляской. Участковый предупредил ее, что лучшим решением будет взаимно забрать заявления, и был практически уверен, что вторая сторона согласиться с этим, несмотря на связи Виктора Олеговича. Вот странное дело, только сейчас Ира узнала имя этого козла с претензиями, просто раньше ее совершенно это волновало.

Немного позже позвонил Олег Афанасьевич, и посоветовал еще раз подъехать в участок, чтобы решить все вопросы. В итоге, как Миша и предполагал, участковый явно положил глаз на его жену, потому что ничем иным нельзя было объяснить его рьяное желание помочь, по столь, вобщем-то, пустяковому делу. Думая об этом, он вдруг поймал себя на мысли, что какая-то его часть, уже практически не возражает против связи Иры и полицейского. О, конечно, случись вдруг это, и Миша сожрет подушку от ревности, и даже наверно надает жене подзатыльников прямо по ее пятке, но, кто знает, возможно, именно секса не хватает начинающей ведьме?

Слишком много мифов, теорий, и легенд крутится вокруг практик связанных с сексом. Проклятый много времени потратил на изучение различных доступных материалов на эту тему. Ничего полезного пока не почерпнул, ибо теории разнились от полного воздержания и девственности, до совершенно противоположной точки зрения, которая гласила: чем больше и разнообразней, тем лучше. Девственницей его Ира, конечно, не была, да уже и не станет, а вот воздержания в ее текущей ситуации – вполне хватало. Соответственно, если следовать логике, можно было бы поэкспериментировать именно на этой почве. Однако, несмотря на весь наносной цинизм и сарказм, проклятый не мог предложить такого своей жене, у него банально не повернулся бы язык высказать такое вслух.

Был еще вариант – попробовать это самому. К тому же Ира, судя по сцене с соблазнением, видимо уже не возражала против чего-нибудь этакого с крошечным мужем. Михаил же обладая уймой свободного временем, среди прочего занимался изучением женского тела, благо уж таких материалов в сети было через край. Он прикидывал, как можно обеспечить свою безопасность, ежели ему вдруг удастся сделать хоть что-нибудь приятное своей любимой. Изучая эти возможности, Михаил пришел к неутешительному выводу, что если Ира не усилит свою чувствительность какими-то ведьмовскими штуками, то он не сможет сделать ничего. Ему просто не хватит ни сил, ни выносливости.

Но, тем не менее, мысль о сексуальной энергии, и ее пользе для ведьмовской силы прочно засела в голове у проклятого, и не собиралась уходить.

***

Филипп в раздражении прошелся по кабинету. Потер усталые глаза. За последний месяц он спал максимум по четыре часа в сутки. Работы было много. И интересной. Он погрузился в нее с головой.

На следующий день после отлета Карла, он встретился с Левицким. Результатом стал переезд немецкой команды в другой офис. Близость «Норспеерамонуса» сильно нервировала, поэтому параллельно в старом здании начались работы. Официальная причина – плановый ремонт. Подогнали технику, залили бетоном подвальные помещения. И на этом ремонт как таковой закончился. Все ценное перевезли во второй офис и сюда же перебрались гости из Германии. Часть сотрудников, работавших тут ранее, была уволена по собственному желанию, часть отправлена на стажировку в Польшу. Из предыдущего состава, на прежнем месте остались только четыре человека, включая самого Левицкого.

Приняв все материалы, гости принялись за дело с истинно немецкой педантичностью. Их целью было перепроверить способности всех, кто по мнению сотрудников филиала, обладал хотя бы минимальными способностями. Так же установили наблюдение за двумя девочками, которые считались потенциальными преемницами Ксаны, но тут людей Филиппа ожидал облом. Повторная проверка не выявила никаких следов колдовства. Получалось, что либо люди Левицкого ошиблись, и эти тинэйджеры никогда не интересовали ведьму, либо…. Либо ритуал все-таки был совершен абсолютно правильно, и ведьма была уничтожена. Тогда ее чары развеялись бесследно, и такое развитие событий Филиппу не нравилось. Вопрос, кто тогда уничтожил группу Святослава, в этом случае представал в совершенно новом свете.

Филипп еще раз связался с Хельгой. Гонять ее в Киев он не имел ни возможности, ни особого желания, поэтому связь была по закрытому каналу. Нового начальника интересовали последствия правильно проведенного ритуала, и потенциальные способности убийцы, или проклятого. По словам Хельги выходило следующее. В этом случае, Ксана полностью исчезала с Земли, и все ее маяки действительно бесследно разрушатся. Назад она не вернется ни в каком виде, ни в качестве сна, ни как знамение, ни как голос совести. Проклятый же, не будет обладать никакими способностями, абсолютно никакими, кроме одной. Он станет источником потенциальных проблем. Любой, кто станет причиной его смерти, причем неважно прямой или косвенной – разделит участь Кристофера.

Сейчас, прокручивая в голове свой разговор с Хельгой, Филипп с раздражением отмечал, что вопросов по-прежнему было больше чем ответов.

-Значит, он не мог послужить причиной уничтожения команды Святослава? – Уточнил Филипп.

-Разве что в том случае, если все поголовно скинулись на киллера, который его и пришил. Тогда да, их накрыло бы проклятием «Норспеерамонуса», но сам понимаешь – это маловероятно.

-А силу Ксаны он не мог забрать?

-Нет, проклятый наоборот станет абсолютной пустышкой в плане магии. Даже если у него наблюдались какие-то способности до ритуала, то после, они заблокируются.

-Как думаешь, стоит его искать? Если он конечно еще жив.

-Филипп, – Хельга помедлила с ответом, – искать проклятого очень опасно. Дело в том, что язык, на котором есть хоть какие-то описания «Норспеерамонуса», крайне беден. Там одно слово, используется иногда для обозначения сотен понятий.

-Ты это к чему?

-Я не уверена, что перевод верен. Может так статься, что проклятого не только убить, а даже прикоснуться к нему будет фатально. Так что личный совет – ищи его только в том случае, если уверен, что он знает, кто убил Святослава и остальных.

-Тогда еще вопрос, а откуда они вообще моли достать такой артефакт? – И уже спросив, Филипп с удивлением подумал о том, что этот, в общем-то, совершенно очевидный вопрос, не всплыл ранее.

Хельга молчала, и он даже проверил, а не прервалась ли связь? Нет, все нормально, просто эксперт не спешила отвечать.

-Эта информация как-то может помочь в твоем расследовании? – После затянувшейся паузы, наконец-то нарушила молчание Хельга

-Еще не знаю. Возможно. А что, с этим какие-то проблемы?

-Я не уверена в твоем допуске. Еще есть вопросы?

По тому, как изменился ее голос, Филипп понял, что влез куда-то не туда.

-Да. Раз с девушек, которые считались маяками Ксаны, исчезли ее метки, означает ли это, правильное проведение ритуала?

-Не уверена. Я не знаю, что происходит после того, как ведьма сменит тело. Возможно, что ее не сработавшие метки – разрушаются, но это уже вопрос не ко мне, а к другим экспертам.

-Спасибо, Хельга, тогда вопросов больше нет.

-Удачи в расследовании, – и эксперт отключилась.

После разговора с Хельгой, остался неприятный осадок. Не хватает допуска. Не то, чтобы ему так уж важно было знать, как можно заполучить этот проклятый артефакт. Смущало другое. Как такой человек как Святослав, стоящий на две ступени ниже на иерархической лестнице, смог о нем узнать?

Помешивая ложечкой остывшую кофейную жижу, Филипп, наверное в тысячный раз, принялся суммировать полученные результаты. Хотя разговор с Хельгой не дал однозначного ответа на вопрос, о правильности проведения ритуала, то сильно к этому ответу приблизил. Осталось дать запрос, об исчезновении, или не исчезновении меток, после перерождения ведьмы, и они поймут, могла воскресшая Ксана отомстить, или нет. Также, размышлял он, специалистам удалось вытащить информацию из обгоревшего детектора. За последние несколько лет его использовали два раза и при этом, не использовали никаких специальных фильтров. Более простым языком – искали хоть что-то, имеющее мистическую природу, а если еще проще сказать, то банально не знали, что именно ищут. Или, поправил он себя, они не знали, как настроить детектор, потому что искали нечто очень редкое. К примеру, рукоять «Норспеерамонуса». Но тогда оставался вопрос, а что тогда искали во второй раз? Тут тоже можно было с некой уверенностью предположить что, не обнаружив искомого в рукояти, они начали искать хоть что-нибудь. Вот как раз в этом пункте у Филиппа практически не осталось сомнений. Точно искали силу Ксаны. Но беда в том, что об этом комиссия догадывалась и без информации из умершего устройства.

Еще за этот месяц, им удалось проверить, практически всех ведьм, колдунов и прочих примазавшихся, всех тех, кто был на карандаше у Левицкого. Проверяли последовательно, одного за другим. В группе ездил специалист, способный определить потенциальный уровень, стоящего перед ним человека. Обычно встречали их не особо любезно, но без открытой вражды, примерно как бизнесмен может встретить налоговика, зашедшего поговорить по душам. В общем, без приязни, но и на конфликт просто так никто идти не будет, чтобы потом не задолбали проверками. Все проверенные оказались мелкой рыбешкой, неспособной и близко провернуть такую операцию. Интерес вызвали трое пока не найденных медиумов. Филипп досконально изучил их досье, и ему не надо было заглядывать в них, чтобы вспомнить детали.

Коваленко Игорь Сергеевич. Для клиентов – Целитель Святослав. Он из тех, кто снимает порчу и сглаз, а также привлекает удачу в бизнесе чисткой кармы. Этот, скорее всего, был настоящим шарлатаном, но все-таки в поле зрения Левицкого попал как обладающий минимальными способностями. По информации, полученной от бывшей секретарши, он якобы ушел в астрал, для восстановления ментальных сил. Судя по тому, как она отзывалась о своем бывшем шефе, в астрал тот ушел, вместе с ее зарплатой за последний месяц, а скорее всего, просто сбежал от разгневанных клиентов, но найти его все равно придется.

Томенко Владислав Яковлевич. Для клиентов – медиум Влад. Общение с духами умерших людей, снятие порчи, и все в таком духе. Посильнее первого, но тоже ничего особенного. Уехал в отпуск и вернется из Анталии через два дня. Если вернется – проверим, если нет, то будет повод обратиться к турецким коллегам.

Кузнецова Галина Афанасьевна. Или баба Галя. Деревенская знахарка. К ней ездили с неспокойными детьми, заговаривать зубы, чтобы не болели, и все в таком духе. У нее скорее были природные способности, а не ведьмовские. Однако именно она заинтересовала Филиппа, а точнее ее исчезновение. Когда они приехали в гости, оказалось что там живет ее внук, со своей молодой женой. Его разговорили с помощью совсем небольшой суммы, и он поведал гостям, что бабушка уехала в Россию, к своей сестре. Там она родилась, и по ее словам, хочет умереть на родине. Сама по себе ситуация не стоила бы выеденного яйца, но оператор, сканирующий помещение, вдруг отозвал Филиппа.

-Расспроси его подробнее, тут было что-то очень мощное.

Говорил он на немецком языке, и навостривший уши хозяин с удивлением спросил:

-А это он по каковски говорит?

-Одну минуточку – улыбнулся Филипп, – мы договорим с коллегой.

-Что тут было? – тут же спросил он оператора.

-До конца не могу понять. Остались только легкие эманации, чего-то смертельно опасного и очень сильного. Хотя даже не так. Такое впечатление, что тут было нечто, чего уже нет, но с этой бабкой я бы все-таки поговорил.

-Мы с другом – обратился Филипп к внуку знахарки, – приехали их Германии, слава о вашей бабушке, зашла довольно далеко. Вы не могли бы рассказать нам, куда она уехала, и не было ли чего-нибудь странного перед ее отъездом.

-Да село какое-то, я названия не помню. Далеко, вроде даж за Уралом – со скукой в голосе ответил хозяин, – а странного ничего не помню, да и дел у меня много, честно говоря.

В этот момент, он заметил в руках гостя купюру в сто евро, и глаза паренька загорелись.

-Мы ваше время компенсируем, расскажите все, что происходило перед ее отъездом. Из-за чего, по-вашему, она уехала? И вспомните куда?

-Я действительно не знаю названия села, – вздохнул парень, – а перед отъездом к ней приходил мужчина. В неурочное время. Они о чем-то поговорили, и после бабка была сама не своя. Несколько раз ходила в церковь, и перестала принимать клиентов.

Он помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил:

-Потом бабуля сказала что: «Раз уж такое началось, значит, пора мне старой, на покой». Как то так.

-Держите – Филипп протянул воспрянувшему парню деньги, – мы займем еще немного вашего времени, не возражаете?

За такие деньги, хозяин не возражал и даже вспомнил о гостеприимстве.

-Чаю? Или может вы голодные с дороги?

-Чай выпьем с удовольствием – улыбнулся Филипп.

Хозяин ушел на кухню, а шеф обратился к оператору:

-Сможешь вытянуть из него максимум информации?

-Смогу, конечно, сейчас только схожу, возьму кое-что из машины.

Хозяин с чашками и оператор, вернулись практически одновременно, и стоило тому поставить угощение на стол, как гость обратился к нему:

-Взгляните, пожалуйста, сюда.

Парень повернулся, и тут же замер, уставившись на сверкающий шарик, мерно покачивающийся на нитке. Филипп тихо поднялся и вышел во двор. Когда работает профессионал – ему лучше не мешать Оператор вышел минут через десять, и сразу направился к автомобилю. Филипп последовал за ним.

-Он знает крайне мало. Деревня то ли «Большие пруды», то ли «Большие пруты». Находится за Уралом, или на Урале. Его бабка собралась быстро, и уехала, похоже, не планируя возвращаться сюда. К ней приходил мужчина, который дал парню денег, чтобы тот пустил в дом. О чем они разговаривали – он не в курсе, знахарка еще в детстве отучила его подслушивать. Отучила так, что он никогда больше не рисковал. Мужчина, приходивший к ним абсолютно ничем не примечателен. Среднего роста, худощавый, на вид лет двадцать пять, может немного больше. Я вытащил из него подробное описание внешности, но оно вряд ли нам это даст хоть что-то.

-Эту бабку надо найти, – Филипп воспрянул духом, – когда она уехала?

-За два дня до того, как уничтожили филиал.

-Значит, к ней могли прийти с предложением поучаствовать в этом? Как думаешь?

-Это вполне возможно, но тогда, она должна быть весьма сильной ведьмой, а не деревенской бабкой – шептухой.

-У Левицкого не было способов обнаружить хорошую маскировку, – усмехнулся Филипп, – ты сам видел и их кадры, и оборудование.

-Да, видел, но все равно, в таком случае этой Гале, было бы проще вообще не попадать в их поле зрения.

-Ладно, не будем гадать. Скажи лучше, ты совсем не можешь определить, что там такое было?

-Нет.

Тогда они не пришли к какому-либо выводу, да и это не входило в обязанности оператора. Сейчас, суммируя все факты, Филипп постепенно приходил к выводу, что знахарку звали поучаствовать в расправе над Святославом и всем филиалом. А вот согласилась она, или отказалась, ответа на этот вопрос у немца не было. В первом случае, она могла сбежать, или лечь на дно, потому что понимала, что последует ответный ход. Если же она отказалась от участия, то ее исчезновение также выглядело весьма логично, бежала, опасаясь мести коллег по цеху. В любом случае найти ее необходимо, ну или хотя бы попробовать.

Как бы там ни было, ближайшие планы теперь определены. Основания цель – это восстановить работу филиала в полном объеме. А с учетом того, что произошло, у них теперь будет значительно больше ресурсов, лучше оборудование, и более профессиональные кадры. Следовательно, позиция организации усилиться. Если же говорить про расследование, то необходимо:

Первое – выяснить могла ли выжить Ксана, или снятие ее меток, с известных им девочек подростков – это свидетельство правильного проведения ритуала.

Второе – через головной офис выйти на российских коллег, и через них узнать, не появилась ли на их территории пропавшая знахарка, и если да, то переговорить с ней.

Филипп вздохнул и подошел к окну. Очень захотелось выйти на улицу и зайти в небольшой бар, располагающийся на другой стороне оживленной улицы. Выпить темного пива, оно конечно по качеству несравнимо с немецким, но сейчас это и неважно, вспомнить молодость, и снять девушку, или на местном сленге – закадрить телочку. Сама эта страна, как и местное пиво, не нравилась немцу, но вот что касается еды и девочек, Филипп вынужден был признать, в этих аспектах его родина проигрывала. Мечты, мечты. Нормально расслабиться он сможет, лишь закончив это дело, ну или на том свете – ввернул ехидный внутренний голос, и немца аж передернуло.

Основная опасность так никуда и не делась, вся деятельность Филиппа, вся его работа, могли оказаться абсолютно бессмысленными. Уничтожение группы Святослава, могло быть продолжением внутренних разборок, а не деятельностью местных чародеев. В этом случае от его бурной деятельности вообще ничего не зависит, а все решится наверху, в том числе и судьба такой шестерки как он.

-Уехать бы, – пробормотал он, – все бросить и сбежать. Осесть на какой-нибудь ферме, выращивать помидоры, обзавестись семьей.

Иногда такие мысли посещали Филиппа, но и быстро проходили, сбежать он просто не сможет. С этой организации без последствий могут только отпустить.

Справившись с минутной слабостью, он одним глотком допил остывший кофе, и почувствовал себя полностью готовым к совещанию.

***

Боль. Первое, что почувствовал проклятый при возвращении в Этанию, была боль. Ребра, лицо, пальцы на левой руке. Попробовав встать, он застонал. По всей видимости, его били, пока он валялся без сознания.

-Лежи!

Голос был знаком, и только через несколько секунд Миша понял, что к нему обратились на его языке, значит, наконец, вернулся инструктор.

-Извини, что так долго, но теперь все будет в порядке.

-Меня что, сильно избили?

Проклятому не нравились эти ощущения, очень похоже, ему все-таки что-то сломали, а он очень сильно сомневался в продвинутости местной медицины.

-Жить будешь, – сказал инструктор и, склонившись над ним, поднес к губам флягу.

Михаил сделал несколько жадных глотков, напиток был сладковатый, с ярко выраженной травяной отдушкой. Стало сразу немного полегче, видимо напиток имел некий обезболивающий эффект, и он поднялся на ноги. Кроме инструктора, в комнате находился крепыш, и один из охранников. Первый сверлил его злым взглядом, а вот второй старался смотреть в сторону. Охранник, так невзлюбивший проклятого, быстро заговорил, обращаясь к инструктору, и явно нервничал, но Михаил не мог понять причин его беспокойства. Инструктор что-то ему ответил. Говорили они слишком быстро, и смысл ускользал от Михаила, к тому же у него продолжали болеть ребра, и кисть левой руки. Попробовав сжать в кулак, мизинец и безымянный понял, рука явно запротестовала против такого насилия. Крепыш тем временем перешел на повышенный тон, при этом он нервничал, но храбрился, а вот второй охранник, судя по всему, хотел оказаться подальше от этого места. Скорее всего, за Мишу вступился кто-то из высокого начальства. Другого объяснения у него просто не было.

Видимо специалист по языкам устал спорить, и приблизившись к крепышу, сказал несколько слов, из которых Миша вдруг вычленил знакомое имя Магрес, а затем закатав рукав, продемонстрировал нечто, невидимое проклятому. Вот теперь, оба охранника, выглядели испуганными по-настоящему.

-Пойдем – инструктор поманил Михаила, кивком приказал остальным следовать за ним.

-Куда?

При мысли, что придется идти, его передернуло. Единственное чего хотелось, это прилечь, на что ни будь.

-Магрес хочет видеть тебя.

-Это, тот самый? – с изумлением переспросил Михаил, – а зачем?

-Тот, тот. Других тут нет. А зачем, так он передо мной не отчитывается. Пошли.

-В его башню?

-Да.

-Черт! – Проклятый представил, сколько идти до башни, по лесу, по пересеченной местности, и его снова передернуло.

-Не переживай, – успокоил инструктор, – тут есть и другие пути, просто иди за мной.

Михаил, решив ничему дальше не удивляться, другие пути, так другие. Они вышли на улицу. Оба охранника, сохраняя молчание, тенью следовали за ними. Подошли к ничем не отличающемуся от остального зданию, стоящему чуть обособленно. Несмотря на боль и усталость, проклятый смотрел по сторонам. Тут и там сновали люди, тащили камни, видимо восстанавливали ловушку, для отражения возможных в будущем атак по ущелью. Оказавшись внутри, инструктор провел их по лестнице вниз, к тяжелой, металлической двери. Поколдовав с замком, он распахнул ее, и, поманив Михаила за собой, скрылся в темноте. Да, надо сказать что свет, идущий из коридора, практически не развеивал темноту за открытой дверью, словно воздух внутри, был более густой, и не пропускал через себя, дневной свет.

Стоило Мише переступить порог, как дверь бесшумно закрылась, а тут все виделось иначе. Идущий впереди инструктор превратился в белесую тень, не различимую на фоне боковых стен, проклятый почему-то был уверен, что они входили в туннель, а у него, ведь должны быть стены по бокам? Так вот, они казалось, исчезли, растворились в густой темноте. Оглянувшись, он понял, что оба охранника, также выглядят как бледные пятна. Находиться тут было неприятно, все звуки поглощались этим густым воздухом, а идти в абсолютной тишине, было непривычно, но зато, путь оказался коротким. Идущий впереди куратор, вдруг начал подниматься, и подойдя поближе, Михаил увидел, что туннель, начинает резко уходить вверх. Инструктор, поднатужившись, открыл люк, и они выбрались наверх. Прямо перед ними, начиналась песчаная насыпь, а примерно в двадцати метрах по ходу движения, возвышалась башня Магреса.

-Нам туда. – Махнул рукой инструктор.

-Куда? – Миша не видел ничего похожего на вход, в монолитной стене, – что, вход с другой стороны?

-Нет, в башне много входов, и нам откроют тот, которые посчитают нужным. При этом возможно мы окажемся в разных местах – завершил он, покосившись на крепыша и его подчиненного.

Проклятый не был уверен, что понял все правильно, но уточнять это не стал. Видимо тут могут быть какие-то магические игры с пространством, недаром же они за пару минут преодолели расстояние в два десятка километров. Идти по песку было тяжело, начали болеть ушибы, а еще добавилась боль в потянутой спине. Хорошо, что сам путь был короткий, и через пару десятков шагов, они подошли к стене. Рядом с башней оказалось, что в этой монолитной преграде, действительно есть дверь, и, стоило ее увидеть, как сразу становилось непонятно, почему ее не заметил ранее? Дверь распахнулась от легкого толчка, и Михаил был уверен, это произошло из-за того, что хозяин, пресловутый Магрес, уже ожидал их. Вряд ли незваный гость, сумел бы также легко проникнуть внутрь.

-Нас ждут – инструктор подтвердил его умозаключения.

С каждым шагом, проклятый все больше начинал нервничать. Он слышал про Магреса от Балтона, который рассказывая о нем, ужасно боялся сболтнуть что-либо лишнее, и пару раз слышал это имя, в разговорах коллег. Фактически имя упоминалось всегда без контекста, видимо сказывалось незнание языка. Для себя же он отметил, что имя мага, произносят “на вы и шепотом”. И сейчас, Михаил отчетливо понимал, что по земным меркам, он приглашен на прием фактически к губернатору, ну или олигарху. Только в отличие от земных больших дядь, этот не только имеет в подчинении множество людей, способных оторвать башку любому вставшему на пути, но также способен сделать это сам, лично, без всяких помощников. А как вести себя с такими людьми, он не знал, раньше просто не приходилось.

-Я здесь только во сне, только во сне, – повторял он как мантру, стараясь успокоиться, но получалось это плохо.

Войдя внутрь, они оказались в узком коридоре, который очень быстро привел всю кампанию, в большое круглое помещение. Когда Михаил нервничал, он чтобы отвлечься, старался рассматривать окружающую обстановку, концентрируясь на деталях. Вот и сейчас, отметил растопленный камин и кочергу, стоящую около него. Все это живо напомнило дом ведьмы, и тогда его визит, закончился плачевно для них обоих. Что же будет в этот раз? Кроме камина, в комнате было пяток деревянных стульев, стоящих в ряд около дальней стены, и несколько закрытых дверей. Больше ничего. Никаких картин, обоев, или фресок на стенах, и обычный деревянный пол, в общем, весьма аскетичная обстановка.

Затем Миша вдруг подумал об очень интересном вопросе, если он, когда либо, будет описывать свои приключения, то правильно ли при описании комнаты, ставить двери в один ряд со стульями и камином, или все-таки они формально находятся вне комнаты? Думать об этой ерунде было легче, чем о встрече с магом, но додумать он не успел.

-Проходи – инструктор распахнул одну из дверей, и неожиданно добавил – удачи тебе, меченный.

Войдя через распахнутую дверь, он увидел комнату поменьше, а в ней такой же растопленный камин, видимо хозяин любит тепло, и огромное окно на противоположной стене. Возле него стоял человек и что – то рассматривал за окном. Как только закрылась дверь, он обернулся, и посмотрел на гостя в упор.

Это был хозяин башни, пресловутый маг. Выглядел он как самый обычный человек, среднего роста с короткой стрижкой и сединой на висках. Да и одет очень просто, в темный свитер под горло, и штаны, заправленные в голенища сапог. Никаких там мантий, колпаков, или накидок со звездами. Проклятый вспомнил, как читал в одном фантазийном романе – чем мельче и слабее волшебник, тем больше ему требуется атрибутов, подтверждающих его крутость. Ну что же, если это так на самом деле, то перед ним должен быть волшебник просто немереной крутизны.

Молчание затягивалось и это тяготило Михаила, хотелось что-то сказать, но, не зная этикета, он опасался попасть впросак. Наконец маг поманил проклятого, и указал жестом на одно из кресел. Только сейчас Михаил увидел два мягких кресла, разделенных небольшим столом. Магрес сел в одно из них, а жестом пригласил проклятого занять второе.

Ну что же, начало неплохое, подумал Михаил, а то если бы потребовал бы на коленях подползать, было бы очень грустно. Стоило ему усесться, как маг положил на стол небольшую пластину, с множеством отверстий, и затем в его руках появилось нечто, похожее на юлу. По виду это была обычная детская игрушка, они купили похожую Валику, и до того, как проклятый уменьшился, он иногда раскручивал ее перед сыном, а тому очень нравилось следить за вращением волчка. Чародей вставил юлу в одно из отверстий, и раскрутил. Раздался тонкий свист, который резанул по ушам, но почти сразу исчез. Как только это произошло, маг нарушил молчание:

-Здравствуй, меченный. Если не ошибаюсь, тебя зовут Михаил?

***

Виктор сидел в машине, и со злостью смотрел на дверь подъезда. Минуту назад, мама с коляской, вышла из нее, и отправилась гулять. Помня предыдущую неудачную встречу, он сдержался, не подошел. Юрист был зол на себя, подставился как нетерпеливый щенок. Мамаша с ребенком, смогла попасть меткой фразой, как говориться не в бровь, а в глаз, вывела его из себя, и не побоялась заорать, чтобы привлечь внимание. Она явно была не так проста, как казалось изначально.

Однако отступать он не собирался. Более того – теперь счет к этой сучке вырос, и небольшой суммой она уже не отделается. Если не получится отобрать по закону, то всегда можно сделать это по беспределу. Главное необходимо все выяснить, кто ее родители, и где муж. По первому взгляду – дело выглядело очень просто, она из села, муж айтишник, с деньгами, но без связей. Следовательно, можно наехать, припугнуть, если понадобится, то избить, или покалечить. Короче напугать так, чтобы даже мысли не возникло обращаться за помощью, и пытаться брыкаться.

Тем не менее, Виктор не спешил, это не в его правилах. Если бы спешил, то уже давно кормил бы червей, или хлебал тюремную баланду. Слишком уж нагло выглядела красотка, слишком уверенно. И мужа давно никто не видел. Может он и не просто программист, а это лишь ширма? Надо для начала все выяснить и понять, чье кунг-фу сильнее.

-Ничего, сучка! – прошептал он, – скоро ты поймешь, что не стоило переходить мне дорогу. Я не только отожму вашу хату, я еще и отымею тебя по – всякому. Причем на глазах твоего муженька.

Он завел машину и медленно тронулся к выезду со двора. Придется все выяснить, задействовать кое-какие связи, чтобы потом действовать наверняка.

  Обсудить на форуме

Путь проклятого. Глава 18

Глава 18. Путь наверх

Миша замер. Мысли поскакали наперегонки, неужели их так быстро нашли? Может ли быть так, что люди, стоящие за организацией Витольда, столь могущественны, и смогли вычислить их за столь короткий срок?

-Кот, не переживай – Ира осталась спокойна, – дуй в свою коробку, может это Оксанка, или соседи.

Начинающая ведьма не испытывала и десятой доли того спокойствия, которое демонстрировала мужу. Ссадив его на пол, Ира отправилась открывать, но была остановлена окриком мужа.

-Иришка, посади лучше меня в карман. Хочу слышать все, о чем вы будете говорить.

Спорить было некогда, звонок не разбудил Валика, но не стоит заставлять нежданных визитеров, делать следующие попытки. Выполнив просьбу проклятого, она подошла к двери и посмотрела в глазок. Увидев человека в форме, Ирина испытала весьма смешанные чувства. Времена, когда доверие граждан к органам правопорядка, было на высоком уровне, ушли безвозвратно, и фраза “когда человек невиновен, ему нечего бояться”, перестала быть актуальной. Так что ничего приятного визит полицейского им не сулил. С другой стороны, намного хуже, было бы увидеть на пороге, парней в спортивных костюмах с лицами, не обезображенными интеллектом. Все эти размышления не заняли и пары секунд:

-Я вас слушаю, – произнесла Ира, не открывая дверь.

-Здравствуйте, я ваш участковый, можно войти?

-А по какому вы вопросу? – открывать дверь, ведьма не испытывала никакого желания, но если это реально участковый, то придется.

-Мне не хочется кричать через дверь – он почему-то мялся, словно ощущал неловкость.

-Ладно, – Ира все-таки открыла дверь. – Только очень прошу вас не шуметь, ребенок спит, – и она похлопала глазами, входя в образ глупой блондинки.

Участковый оказался довольно молодым парнем, причем он явно был смущен. И тут на ведьму снова накатило. Нет, она не начала видеть гостя в ином свете, но ей показалось, что она читает его, словно открытую книгу. Во-первых, он чувствует себя не в своей тарелке, из-за цели визита. Что-то с ней не так. Во-вторых, Ира не успела смыть макияж после поездки, и переодеться. Соответственно выглядела она очень эффектно, а это явно шло вразрез с его представлениями о мамах-домохозяйках.

-Проходите, – произнесла она шепотом, перевоплощаясь в любезную и гостеприимную хозяйку, – Может, выпьете чай, или кофе?

-Спасибо, я на службе – спрятался он за казенную отмазку.

-Ну, я же не вино вам предлагаю…, вы извините, малыш недавно уснул, на кухне нам будет удобней разговаривать.

-Тогда кофе, если можно – сдался он

-Разуваться не стоит, проходите.

Пока закипал чайник, Ира окончательно разобралась с гостем. Ведьма действительно “читала” его. Он не женат (вот неясно откуда она это поняла, но уверена на все сто), действительно чувствует себя не в своей тарелке из-за цели визита (главное, чтобы не начал спрашивать про мужа в кармане), и кажется, еще не испорчен на государевой службе (увы, но это, скорее всего, временно).

-Олег Афанасьевич, – Ира запомнила, как он представился через дверь. – Чем буду обязана?

Так порядок, голос не подвел, не выбился из образа.

-Ирина Старикова? – Зачем-то уточнил гость, сделав глоток.

-Да, но для вас, просто Ира – жеманно ответила ведьма, и тут же поняла, не почувствовала, а именно поняла, что Миша попытался ее ущипнуть.

-Большое спасибо, очень вкусный кофе. Ира.

Он уже явно собрался с мыслями, все-таки работа полицейского обязывает, чувствовать себя в своей тарелке, в большинстве жизненных ситуаций.

-Скажите, вы знаете гражданку Симонову?

Ира, задумалась, фамилия вроде была знакома, но вот в свете последних событий, не могла вспомнить кто это. Тогда участковый пришел ей на помощь.

-Зинаида Павловна, ваша соседка.

-А, ну конечно знаю! Вы понимаете – тут она наклонилась вплотную к гостю, обдав его запахом духов, – я думаю, ее весь дом знает. Очень склочная старушенция.

-Возможно.

Парень старался говорить веско, чтобы стать хозяином положения, но взгляд периодически соскальзывал на ее декольте, и у Иры создавалось впечатление, что мысли парня в этот момент были весьма далеки от работы.

-Вы знаете, что она упала с лестницы, и сломала шейку бедра?

-Да, слышала, соседи говорили, что-то такое. А скажите, – она широко распахнула глаза, придав лицу крайне заинтересованное выражение, – такой вот перелом, он очень серьезный?

-Очень. Врачи говорят, что она уже не сможет ходить без палочки.

-Ой, вы знаете, я наверно ужасная женщина, – Ира вздохнула, – но вот мне ни капельки ее не жаль. Наверно вы думаете, обо мне плохо?

В этот момент, Миша снова ее ущипнул, и прошептал:

-Иришка, ты не переигрывай.

-Ну, – участковый сделал очередной глоток кофе, – жалеть вы ее конечно не обязаны. Но дело не в этом. Она написала на вас заявление, дескать, это вы виноваты в том, что она упала с лестницы.

-Да? – Ирине удалось очень натурально изобразить удивление, скорее всего из-за того, что она действительно была изумлена. – И как же я это сделала?

-А вот это самое странное – полицейский отставил чашку, – в заявлении не указано как вы это сделали. Дело в том, что нам передали ее заявление, а ей стало хуже, какое-то воспаление, и поговорить с ней пока не представляется возможным.

Участковый наговорил, намного больше, чем собирался, но уже не мог остановиться. Женщина, сидящая напротив – завораживала, и он ничего не мог с собой поделать. Как мальчик на первом вожделенном свидании.

-Ой, я конечно не знаю, как у вас в полиции, все устроено, – продолжала ломать комедию Ирина, – но разве такие заявления принимаются?

-Принимаются, если их правильно подают, – вздохнул он.

Похоже, парень окончательно поплыл под ее чарами. И сейчас Ира, продолжая играть дурочку, одновременно прислушивалась к себе, стараясь понять – это она такая обалденная женщина, или ее ведьмовские чары начали действовать, так сказать в фоновом режиме. По всему выходило, что второе. Парень, похоже, голодный до женской ласки, но из подросткового возраста уже давно вышел, а должность обязывает общаться с разной публикой. Был бы мальчик-колокольчик, вряд ли бы сумел работать участковым.

“Интересно”, – подумала она, – “если бы Ксана не стала насмехаться над Мишкой, а вот так, врубила бы обольщение, смог бы он ее убить?” – Тут она поняла, что перестала следить за разговором:

-Простите, – смущенно произнесла она, – я тут прислушивалась, не плачет ли мой маленький, и, кажется, немного отвлеклась. Не могли бы вы повторить?

-Я говорю, ее сын юрист, и думаю, у них будут претензии к вашей семье. А ваш муж сейчас на работе?

-Да, он уехал в командировку. Знаете, у него проблемы с работой, вот поехал искать дополнительные, эти… а, возможности. У нас же малыш, и это требует расходов, а я не могу сейчас зарабатывать. Да что я вам рассказываю. Наверняка, у такого импозантного мужчины, есть красавица жена, и очаровательный сын или дочурка!

Она опять наклонилась через стол к участковому, сверкая на него восхищенными глазами. А Миша снова ущипнул ее, на этот раз сильнее, но впрочем, с тем же, нулевым результатом.

-Нет, я не женат, но у меня есть младшая сестренка, так что я вас понимаю.

Ира видела, ее гость окончательно поплыл, и полностью очарован. Ведьма даже слегка испугалась, и своей силы, и возможных последствий.

-Удивительно – продолжила она, – но я уверена, – тут она потрепала его по руке, – у вас все будет самым наилучшим образом. И без перехода спросила: – и что же делать с этим заявлением?

-Ирина, а что вы делали 8 июня? Можете вспомнить?

-Ну, вы спросили, – улыбнулась она, – я же на работу не хожу, у меня все дни недели похожи.

-Это произошло утром, в районе 8 часов.

-А, ну тогда проще. Валик, я вам не говорила? Моего сыночка зовут Валик, так вот, он обычно встает с полдевятого до девяти. Значит, в это время, мы еще спали, или я уже грела ему завтрак.

-Понимаете, у вас нет свидетелей и скорее всего истцы, будут портить вам нервы, рассчитывая на то, что вы предпочтете откупиться.

-Но у нас нет лишних денег – немного огорченно, но больше возмущенно ответила ведьма. – И потом, я ни в чем не виновата.

Она растерянно посмотрела на участкового, взглядом, отчаянно нуждающейся в защите женщины. От этого взгляда, он почувствовал некое неудобство, и его “вторая” голова, которая уже давно пыталась с интересом посмотреть на хозяйку, стала еще более активно демонстрировать свое желание.

-Да, – произнес он чуть более хрипло, чем хотел – я и собирался вас предупредить, если на вас постараются надавить, угрожая судом, не бойтесь, и лучше позвоните мне.

Он протянул ей бумажку, с номером телефона.

-Спасибо вам огромное! – С чувством произнесла Ира, поднимаясь.

В этот же момент из комнаты донеслось ауканье младенца.

-Простите я сейчас, – и она умчалась к малышу.

В коридор Ира вышла буквально через минуту, неся на руках Валика. Тот улыбнулся гостю, и сразу заинтересовался его погонами.

-Еще раз спасибо за кофе, – полицейский помялся, стараясь продлить разговор, но видимо ничего не придумав, добавил, – обращайтесь при необходимости.

-И вам огромное спасибо, – послала она ему обворожительную улыбку. – Валик попрощайся с дядей полицейским.

Когда за гостем закрылась дверь, Миша снова ущипнул жену, нарушить молчание он не рискнул. Ира улыбнулась, и негромко, произнесла:

-Погоди, кот.

Усадив малыша в стульчик, и поставив перед ним тарелку с кашей, она принялась готовить кофе. Малыш уже иногда старался кушать сам, правда получалось это не очень, но Ира никогда не препятствовала его попыткам. Разве что только когда очень спешила. Вскоре сыну надоело размазывать кашу по лицу, и он начал выкарабкиваться на волю. Ира быстренько докормила его, отнесла в комнату, и оставила играть с игрушками. Затем разлив кофе, прошла во вторую комнату, и там ее муж наконец-то был извлечен наружу из кармана.
-Ну, и зачем ты щипался, муж мой ненаглядный? – Строго, с огромным трудом сдерживая улыбку, поинтересовалась она.
-Ты еще скажи, что теперь у тебя будет синяк – пробурчал он, делая глоток.
-На всю ногу, – произнесла она заговорщическим шепотом, – хочешь посмотреть? – И не дожидаясь ответа, принялась не спеша поднимать подол платья, постепенно обнажая стройную, слегка загорелую ножку. У Миши, практически натуральным образом отвалилась челюсть, и одновременно кровь отхлынула от головы. Само собой он не раз видел ноги жены. В том числе, и после уменьшения, когда для него, они приобрели совершенно иной вид, особенно с близкого расстояния. Просто эта Ира, была не похожа на ту Иру, которую он знал. Проклятому показалось, что она просто излучает сексуальность, и его голод, тут совершенно ни при чем.
-Маленькая, – негромко произнес он, – там нет синяка.
-А ты потрогай, – и исполинская нога придвинулась к столу вплотную. До сих пор, Михаил старался не рассматривать жену с близкого расстояния. При такой разнице в размерах, в глаза слишком уж бросались, незаметные обычному человеку нюансы, убивающие всякую привлекательность. Но теперь, это все почему-то потеряло значение. Он прикоснулся к ее ноге, провел по ней, и чуть было не застонал от нахлынувшего желания.
-Ира, прекрати! – то ли прошептал, то ли прорычал проклятый.
-Да, Кот? – промурлыкала она отстраняясь, а затем склоняясь над Мишей, – ты, кажется, собирался пялиться в зону декольте? Потренируйся на моем.
-Мне нравится то, что я вижу.
Ответил проклятый, чувствуя нарастающее возбуждение, и стараясь по привычке спрятаться за сарказм, но на этот раз – не получилось. Вожделение и тревога. Вот именно таким образом можно было охарактеризовать этот коктейль его эмоций. Жена стала какой-то другой, он всеми фибрами души ощущал ее притягательность, и в то же время опасность, идущую от нее. Причем опасность иного рода, чем быть раздавленным в ее объятиях.
-Ира! – рявкнул он, – прекрати меня дразнить!
-Кот, – она отошла на шаг и скромно потупила глазки, оправив платье, – я ведь не дразнюсь, я же не делала так:
И ведьма, пританцовывая, полным изящества жестом, приподняла платье, слегка обнажив кружевные трусики, затем отпустив его, резко крутанулась, так что подол взметнулся, буквально обдав обалдевшего Михаила ветром.
-Вот теперь, я дразнюсь – промурлыкала она.
-Ира!! – он начал пятиться, – прекращай заниматься ерундой!
-Зайчик, – прошептала она, – я не занимаюсь ерундой, я соблазняю своего мужа, своего любимого мужа! – И она приблизилась, положив ладони на стол.
-Валик не спит – растерянно пробормотал он, никакой разумный или остроумный ответ, в голову уже не приходил.
-А мы тихонько – усмехнулась она, наклоняясь все ниже.
-О, господи! И что же такое мы можем тихонько сделать?!
-А вот сейчас и выясним. – Ведьма приблизилась вплотную, проклятый ощущал ее дыхание, аромат духов и любимого шампуня.
-Прекращай, – прошептал он, делая шаг навстречу, сейчас ему было плевать на то, что физический контакт у них в принципе невозможен, притягательность жены-ведьмы была такова, что начисто отключила логику и защитные инстинкты.
Ира нежно провела указательным пальцем по его спине, и он, сделав шаг вперед, посмотрел в ее глаза. Ему показалось, что в зеленых глазах жены, мелькают огненные сполохи. Сложно сказать, чем бы все могло закончиться, но в этот момент прямо с порога комнаты раздалось громкое:
-Мама! – Валик, которому надоело пребывать в одиночестве, выбрался из манежа и отправился смотреть, чем это занимается мама.
-Солнышко! – Ира моментально развернулась, закрывая фигуру мужа, – ты меня нашел! Какой ты у меня умничка, идем мой холосый, идем, посмотрим, что там у нас.
Пока Ира отвлекала сына, Миша зашел за монитор, так чтобы малыш гарантированно его не увидел, и, испытывая одновременно облегчение и легкое разочарование, всерьез задумался о самоудовлетворении. Это было и просто, и в целом естественно, но что-то его останавливало от такого очевидного решения.
-Как показывают последние события – пробормотал он, – своим ощущениям надо доверять, потерплю еще немного.
Вот так, он сидел на теплом пластике, бездумно смотрел на стену, пока не услышал шаги.
-Кот, – голос жены был слегка виноватый и встревоженный, – ты где?
-Ты не представляешь, как мне хочется ответить в рифму – пробурчал он, – еще бы чуть – чуть и это была бы даже не шутка.
-Прости любимый, на меня что-то накатило, пока с участковым говорила. Больше не буду.
-Иришка, тебя хоть отпустило? – спросил он, выходя из-за монитора, – и где Валик?
-Да, отпустило, а он пьет молоко и мультик смотрит. – Жена ответила сразу на оба вопроса.
-Тогда мне срочно нужен холодный душ. Лучше очень холодный.
-Сейчас отнесу тебя в ванну.
-Нет! – и увидев ее удивленное лицо, объяснил – если ты сейчас ко мне прикоснешься, трахну тебя туда, куда найду.
-Ну хорошо, не буду рисковать – рассмеялась она, – я быстро.
Она действительно вернулась буквально через минуту, неся небольшую миску.
-Будешь прыгать? – Она поднесла миску к столу, и проклятый кивнув, кинулся в воду. Было холодно, но терпимо, вода быстро остудила Мишу, но он заставил себя поплавать пару минут.
-К тебе уже можно прикасаться?
-Не надо, просто протяни карандаш, вытащишь на нем.
Миша завернулся в свою накидку, и принялся ходить по столу, стараясь согреться. Ира присела рядом:
-Прости, Кот, не буду больше нас дразнить.
-Да, пожалуй, не стоит, особенно так, – ответил он с облегчением.
-Конечно, – виновато ответила она, – это меня так беседа с полицейским раззадорила. Я чувствовала, что могу вить из него веревки, и заставить есть с ладони, вот теперь немного удивлена.
-Чему, маленькая?
-Почему эта сучка, которую ты прирезал, не пыталась тебя соблазнить.
-Она все равно была не в моем вкусе – соврал проклятый.
-Не думаю, что это имело бы какое-то значение. – Задумчиво ответила она.
-Мама!
Раздался возмущенный писк малыша, снова стоящего в дверях. Валик явно не понимал, почему они не идут гулять, и зачем мама столько времени уделяет непонятно чему.
-Кот, если ты достаточно остыл, готовься к прогулке.
-Усегда готов, – прошептал он, с незабвенной интонацией Попанова из «Бриллиантовой руки».
***
После переезда от Балтона, и заселения в дом компании, уже на следующий день, в дверь постучали. На пороге стоял высокий, худощавый, коротко стриженый мужчина, лет около сорока. Проклятый жестом предложил ему войти и тот расположился на одном из стульев. Затем гость, также жестом пригласил Михаила сесть напротив.Минут через пять, активной жестикуляции, Миша понял, что к нему пришел инструктор по изучению языка. Или как их тут называют? Гостю понадобилось еще пару минут, чтобы донести до хозяина, что тому надо разговаривать на своем родном языке, и рассказать о себе, а также назвать окружающие предметы.

Тогда он принялся говорить. Инструктор слушал, кивал головой, иногда жестом просил проклятого остановиться, и что-то прикидывал в уме. Затем просил продолжать дальше. Шло время, и хозяин понял, что, во-первых, он начинает хотеть пить и есть, а во-вторых, он не привык столько рассказывать. С питьевой водой тут проблем не было. Еще живя у алхимика, он привык к тому, что воду хранят в обычных ведрах, захотел пить, подошел, взял кружку и выпил. Обычная колодезная вода. Кипячением или фильтрованием ее тут не заморачивались.

А вот что делать со жратвой, проклятый как-то позабыл уточнить. Готовить на очаге, он пока не научился, и что значит полное обеспечение? Надо ходить в какую-то столовую, или как? И сейчас чувствовал, что голодный зверек, начал потихоньку вгрызаться в его внутренности. Он принялся жестами показывать инструктору, что хочет есть. Тот остановил проклятого, и показал, что обо все надо рассказывать.

-Есть хочу.

Послушно принялся говорить проклятый.

-Я вчера не успел узнать, как тут организовано питание сотрудников, потому, что, как только заселился сюда, сразу же потерял сознание. Может быть, ты мне расскажешь, где тут питаются, или берут продукты?

Выслушав его тираду, собеседник, немного помолчав, неожиданно выдал на русском языке:

-Скоро узнаешь, осталось мало до этого.

Произнесенная им фраза, конечно, вышла слегка корявой, но Миша просто остолбенел от изумления.

-Вот это да! Мне бы такую скорость обучения языкам!

Инструктор опять помолчал некоторое время. Мише это напомнило обработку запроса к базе данных.

-Ты нет. Это особенность. Поэтому я учу говорить.

Все ясно, у парня просто врожденная особенность. Так что незачем раскатывать губу, ему такое не светит.

-Ясно, жаль, конечно, – ответил проклятый, – тогда уж может быть, расскажешь мне, как тут с обедом? А заодно с ужином и завтраком?

Инструктор не ответил, а вместо этого, жестом попросил продолжать, значит, будут говорить о еде.

-Извини, друг, ни о чем другом уже думать не могу. Так вот, я, как и любой нормальный мужчина люблю поесть, но не люблю готовить. Поэтому если тут у вас есть выбор – готовить самому, или питаться где-нибудь в общественном месте, то я выберу второе….

Проклятый нес весь этот бред, потому что понял, его визави каким-то образом изучал русский во время разговора. Мише это напоминало самообучающуюся программу, а в силу его профессии – просто и понятно. Говори больше, тогда инструктор обучится быстрее, и потом, соответственно и тебя обучит уже своему языку. По внутренним часам проклятого прошло уже около часа. Он раз пять прикладывался к кружке с водой, это хоть как-то притупляло чувство голода. За это время его гость не произнес ни слова. И наконец, он, подбирая слова, неспешно произнес:

-Идем, покажу столовую.

На улице была та же самая, неизменная погода. Миша даже подумал, что как только сможет общаться, надо будет уточнить про то, как тут считают время. В каких единицах, и на что ориентируются, или может, какие либо часы используют? При свете дня, поселок выглядел так же, как и любая деревня в реальном мире. Сам проклятый был дитем города, и в селе не жил ни разу, поэтому оценивал только свое первое впечатление: – деревянные срубы, заборы, какие-то подсобные постройки, скорее всего сараи и туалеты, а может еще хлева или конюшни. Хотя животных типа лошадей, он тут пока еще не видел. На улице довольно пустынно. Никто не копается в огородах, хотя травник и рассказывал, что тут, ничего практически не растет, видимо, поэтому и огородов как таковых нет. Инструктор подвел его к длинному, одноэтажному зданию. Видимо это и была точка местного общепита. Спутник подтвердил предположение проклятого:

-Столовая, время прием пищи.

Пока что окончания не дались этому гению лингвистики в полной мере, но Мише это совсем не мешало. Он не переставал изумляться, его способности познания языка.

-Отлично, интересно тут действительно все бесплатно? И выбор есть?

Михаил говорил, просто чтобы говорить. Он явно втянулся в работу с инструктором. И еще ему было очень интересно, как пойдет процесс его обучения Этанскому, или как он тут называется? Внутри помещение выглядело довольно типично. Стойка раздачи, множество деревянных столов, стульев. За раздачей два человека, пожилая женщина и молоденькая девчушка. Может быть, это бабушка с внучкой, а может, и нет. Особого сходства проклятый не разглядел, правда, особо и не присматривался. За столами расположились полтора десятка посетителей. На только что вошедших посетителей никто, не обратил ни малейшего внимания. Михаил проследовал за инструктором, дабы не попасть впросак. Для себя он решил просто наблюдать, и, в крайнем случае, действовать так же как его спутник. Тот что-то сказал девчушке, повернулся к проклятому и спросил:

-Взять одно и тоже нам?

-Да, я все равно абсолютно не разбираюсь в местной кухне, – ответил он.

Юная девчушка поставила на поднос две тарелки и кружку. Проклятый отметил, что ложки тут деревянные, а такой роскоши как вилки, видимо вообще нет. Они сели за один из свободных столиков, и Миша накинулся на еду. В первой тарелке был суп, ну или отвар, он напоминал то, что проклятый чаще всего ел в доме знахаря. На второе было блюдо, похожее на овсяную кашу с мясом. Правда, что это за мясо, меченный бы не взялся определить. В кружке же был сок или легкое вино. Скорее всего, сок, потому что в голову не ударило вообще. После еды Михаил почувствовал себя значительно лучше.

-Вернемся дом, – сказал инструктор, – ты падаешь, лучше под крышей.

Все ясно, никому лишний раз не хочется возиться с его телом. Он бы и сам не захотел. По дороге назад, проклятый продолжал говорить, наполняя собеседника своим словарным запасом. Уже когда подошли к его жилищу, инструктор жестом показал на лавочку возле дома, и произнес:

-Ждать, порядок.

Дверь в жилище была приоткрыта, но так как спутник был спокоен, то Миша тоже решил не переживать. Через некоторое время, из дома выпорхнула девица, мазнула взглядом по мужчинам, и ни слова не говоря, убежала. Проклятый проводил ее взглядом. К сожалению, одета она была в нечто совершенно бесформенное, и ее фигурку оценить не получилось. Но после того, что устроила его Ира дома, Михаил был не очень переборчив, и начал предметно задумывался о том, какие барышни тут оказывают сексуальные услуги. Наконец они вошли в дом. Да, там было убрано, видимо Мишу тут причислили к некоторому привилегированному сословию, ну или просто по статусу была положена уборщица. Весь остаток дня Миша продолжал свой монолог для инструктора, под конец, уже запинаясь и повторяясь. Они еще один раз сходили поесть, и на обратной дороге проклятый заметил, что за ними следуют двое мужиков. Он указала на них инструктору, и тот его успокоил:

-Если ты без сознания, они несут.

Но это не понадобилось, до дома добрались без приключений, и еще, наверное, минут сорок говорили, пока он не потерял сознание.

Потекли дни, и если на Земле для проклятого мало что поменялось, то жизнь во сне, все больше увлекала его. Три дня, он занимался только тем, что разговаривал с инструктором и на четвертый, он, наконец, начал обучать Михаила. По-русски, этот талант, разговаривал уже очень неплохо, и процесс обучения явно ускорился.

Через неделю, вместе с инструктором пришел бригадир. Он коротко поприветствовал проклятого, и сразу заявил, что завтра они выходят на поиски жилы. Так как у меченого нет опыта, и вдобавок он еще не умеет пользоваться оборудованием, то в группе буду три сканера, вместо положенных двух, а меченный идет в качестве стажера. Вильямин говорил медленно, чеканя каждое слово, Миша уже более-менее понимал его, через пень колоду, но понимал, а если вдруг испытывал затруднения, то на помощь приходил инструктор, который говорил на русском, практически свободно, лишь иногда коверкая окончания, и забывая предлоги.

-Сейчас пойдем на базу, получишь одежду, обувь, походный рюкзак, в общем, всю экипировку. Сколько примерно до твоей потери сознания?

-Я не ориентируюсь тут во времени – развел руками проклятый, – не видел здесь часов, или чего-нибудь похожего на них.

Бригадир посмотрел на инструктора, тот что-то ответил, и тогда Вильямин вновь повернулся к Михаилу:

-Успеем сегодня собрать тебя, поспишь на базе, выход завтра, если понадобится, тебя понесут. А теперь идем.

База располагалась на краю поселка, это было первое увиденное проклятым двухэтажное здание. Вместо окон узкие бойницы, словно хозяева, опасались нападения. Бригадир открыл тяжелую дверь и их встретил длинный коридор, с множеством закрытых дверей. Вокруг полумрак, но гораздо светлее, чем ожидал проклятый.

Вильями открыл одну из дверей, и они спустились вниз по крутой лестнице, еще одна дверь, они уже успели поднадоесть Мише, и они, похоже, пришли. Широкое помещение, без окон, но ярко освещенное, причем ни факелов, ни каких-либо иных средневековых светильников тут не было. Казалось, свет льется со всех сторон. Вдоль одной стены – огромный стеллаж, вдоль остальных – шкафчики, в человеческий рост.

-Это твой – указал бригадир на один из них.

В шкафу оказалась одежда, сапоги, шапка. Сетка, для лица, скорее всего от местного аналога комаров. Видимо искали серебро в разных местах, потому что до сих пор, всякие кровососы ему не досаждали. Затем Вильямин показывал ему экипировку, и с помощью инструктора рассказывал назначение некоторых предметов.

-Экипировки сканеров тут нет, пойдешь пока без нее – перевел инструктор, – а уже после похода, начнешь осваивать.

Михаил просто кивнул. Закончив инструктаж, бригадир проводил его в смежную комнатку, где оказалась лежанка, и, порекомендовав не раздеваться, и собрать походный мешок, попрощавшись, вышел со склада. Инструктор ушел вместе с ним. Оставшись в одиночестве, он развалился на кровати. Терять сознание и падать на бетонный пол, ему явно не хотелось.

Очнулся проклятый еще до того, как начался поход. Походив по складу, сначала испугался, что его закрыли, но оказалось, что изнутри дверь открыть можно. Решив не искать дополнительных приключений, Миша опять развалился на лежанке, ожидая, когда за ним придут. Он уже успел немного заскучать, когда услышал скрип открываемой двери. Заглянувший в комнату Вильямин поманил его, и проклятый вышел наружу.

Поприветствовал уже знакомых нюхачей, кроме них, тут стояли еще двое здоровенных верзил, и парочка бойцов, вооруженных мечами. У остальных, оружия не было. Верзилы, судя по всему, должны были нести его, если он упадет не вовремя. Миша с уважением оглядел шкафообразные фигуры, и решил, что эти справятся с его переноской без проблем.

Так уж вышло, что начало их пути, пролегало по уже знакомому маршруту, мимо места, где проклятый обнаружил свою первую жилу. Тут вовсю кипели работы, серебро извлекалось из недр, и паковалась на подводы. Он думал, что увидит наконец-то каких-нибудь животных, типа лошадей, но нет. Видимо стадия загрузки, должна была длиться долго, или существовал какой-то иной способ перевозки, вместо вьючных животных. Еще его удивило то, что края котлована, в той его части, где работы не велись, уже успели порасти молодыми деревцами, между которыми ползали змейки, от одного вида которых, Михаила слегка передернуло. Змей он не любил. Стоило им углубиться в лес, оставив жилу за спиной, как поход очень быстро превратился в кошмар, во всяком случае, для проклятого. Это ни разу не напоминало прогулку по лесу за грибами, или выезд на пикник. Казалось, что трава, старается подставить подножку, Миша постоянно попадал в какие-то ямы, а в лицо летела паутина и мелкие ветки. Ему приходилось очень напрягаться, дабы не отстать от отряда, остальные были значительно выносливее.

Перед самым походом, он прослушал краткий инструктаж. Суть его сводилась к тому, что работа сканеров, или нюхачей, начиналась практически сразу после выхода группы. Насколько он понял, серебряные жилы, издавали нечто вроде колебаний, и именно их улавливали штатные сотрудники. Сила и направленность этих колебаний постоянно менялась, и соответственно можно было раз тридцать пройти над тем местом, где есть богатая жила, и только потом, что-то почувствовать. Именно в этом заключалась основная сложность, нельзя было создать карту, с указанием бесперспективных мест.

Что при этом надо было делать самому проклятому, никто не знал, включая и его самого. Он пытался разговориться с коллегами. Оба сканера, по очереди надевали очки, видимо просматривая окрестности, но постоянно их не носили. Миша подозревал, что это не так то и просто, использовать такие предметы, но не был уверен в своих подозрениях, а расспросить пока не мог, из-за языкового барьера. Видимо такая деятельность утомляла нюхачей, и разговор с ними не клеился, поэтому он просто плелся, ссади них, вначале с интересом наблюдая за коллегами, а потом уже просто переставляя ноги.

Несколько раз группа останавливалась. Один раз, одному из сканеров показалось, что он чувствует соответствующие колебания, но доносились они из совершенно глухой, заросшей колючим кустарником части леса. К тому же по веткам лазили то ли муравьи, то ли еще какие-то насекомые, которые встретили нежданных гостей, крайне недружелюбно. Их сбивали с веток, а на земле они не атаковали, видимо сапоги были покрыты какой-то смазкой, которая отпугивала этих насекомых. Проклятый сделал в голове пометку, уточнить, почему бы и одежду так не обработать. Постепенно путь расчистили, но оказалось зря, внутри росли какие-то мхи, а может и не мхи, языком проклятый на таком уровне еще не владел, которые и были источником сигнала. Пришлось идти дальше.

Сам Михаил использовал эту остановку, чтобы отдохнуть, и затем некоторое время шагал бодро, но потом опять усталость начала брать свое. В этот день, потеря сознания пришла незаметно. Он просто брел, стараясь не отстать, а затем проснулся в коробке. Самое смешное, это, пожалуй, был первый раз за последние дней восемь, когда он не хотел просыпаться.

***

Его земные дни проходили сравнительно спокойно. Валик уже начал ходить самостоятельно, и Ире пришлось закрывать дверь в комнату мужа на защелку. Любопытного малыша интересовало абсолютно все, и мимо Мишиного стола, точно не прошел бы мимо. Может быть, пока еще и не дотянулся бы до коробки, но уж заинтересовался бы точно.

Они продолжали ходить гулять вместе, и Миша любил наблюдать за игрой жены и сына. Черная тоска посещала его реже, видимо, наконец, начинал привыкать. В свободное время, проклятый продолжал лазить по сети, в поисках хоть чего-нибудь, что может пригодиться начинающей ведьме. После успешного поиска серебряной жилы, он решил действовать таким же образом – авось что-то почувствуется. Но пока результатов было ноль целых ноль десятых. Кроме поисков “того не знаю чего”, он смотрел сериалы и просто фильмы, занимался по различным методикам, сравнивая их и подбирая под себя, а зачастую просто убивая время. Понимая, что теплые деньки скоро закончатся, он старался всегда гулять с Ирой, когда та выходила с малышом.

-Эй, стой! Стой я сказал!

Ира поняла, что окрик адресован ей, но останавливаться не стала. Она шла по набережной, в это время тут было довольно многолюдно, и никакого страха не испытывала.

-Ты что, оглохла?

Незнакомый мужик обогнал ее, и встал перед коляской, так что волей неволей пришлось остановиться.

-Мы с вами знакомы?

Ледяным тоном осведомилась она, разглядывая нежданную помеху. На вид лет сорок. Широкие плечи, видимо в молодости занимался спортом, но сейчас обрюзг, и с точки зрения ведьмы, выглядел отвратительно, а двойной подбородок, и колючий взгляд не добавляли ему привлекательности.

-Ты столкнула мою мать с лестницы! И ты за это ответишь.

-Я никого не толкала – улыбнулась Ира, – так что как бы тебе не ответить за клевету.

-Ты, наверное, сериалов насмотрелась детка? – Он приблизился.

-Детка, это твоя мама, кстати, она там еще не сдохла?

Ведьмовская сущность, поселившаяся в Ире, вновь вышла на первый план. Видимо она активизировалась в моменты опасности, и сейчас так же не осталась в стороне.

-Что?! Да ты, сука… да я тебя!

Потеряв контроль, он схватил ее за руку.

-Помогите! Убивают! Помогите!

Ира, казалось ждущая именно этого момента, заорала так, что ее крик, казалось, должны были слышать на другом берегу. Валик, не привыкший к такому маминому поведению, испугался и расплакался, а Миша, сидя в кармашке коляски, от бессилия сжал кулаки. Он не мог ничего предпринять в защиту своей любимой.

-Заткнись, закрой рот, – прошипел он, но руку не отпустил, – кому ты нужна, еще убивать тебя.

Тут надо заметить, что в последнее время, фраза: «моя хата с краю», окончательно стала руководством к действию для подавляющего числа граждан. Но из любого правила есть исключения. Так и тут. На этой набережной, очень часто гуляли молодые родители, как с колясками, так и с карапузами, вышедшими из колясочного возраста, и это немаловажный факт, тут было много пап. По всей видимости, когда закричала женщина с коляской, многие представили на ее месте свою жену.

До сына Зинаиды довольно поздно дошло, что все идет не так. Три мужчины уже подошли к ним, а еще четверо приближались. Если кто-то и не решился бы пойти первым, то уж в компании, грех не восстановить справедливость. Гуртом оно завсегда батьку бить легче. Он отпустил Ирину, и хотел сказать что-то из серии: повздорили, все нормально, но у нее были другие планы:

-Помогите, он хотел убить меня!

И она, расплакавшись, вынула плачущего сына, и обняла его.

-Нет, я юрист – занервничал мужик, смотря в мрачные лица окруживших его парней.

-Дааа…! – еще сильнее зарыдала ведьма, – угрожал, и говорил что его отмааажут.

-Что ты врешь!

Зарычал он, сделав шаг, но дорогу ему преградил примерно такой, же по комплекции, но молодой и без лишнего жира мужчина.

-Ты, женщину то не трогай, а то быстро трогалки оторвем на….

Не договорив, мрачно посулил юристу он, буравя взглядом, не предвещающим ничего хорошего.

-Олег Афанасьевич, – Ира уже успела набрать номер участкового, и дрожащим, испуганным голосом сказала – сын соседки угрожал мне, хватал за руки, обещал убить.

-Да я…, – дернулся мужик, но был остановлен довольно ощутимым толчком, – вы все пожалеете об этом – прошипел он, и поспешил прочь.

Останавливать его не стали, одно дело вступиться за женщину, совсем другое избить убегающего. Тут и по закону ответить можно.

-Ирина, – тем временем участковый рассказывал, что надо делать, – приезжайте как можно скорее ко мне, и пишите заявление. У вас найдутся свидетели?

Ведьма, оглядев окружающую ее толпу, и заметив там парочку знакомых, ответила:

-Найдутся.

Придя домой, вытащив Валика и мужа из коляски, Ира занялась ужином. Пока Миша сидел в своей комнате, она накормила малыша, а потом, поиграв с ним, оставила смотреть мультики, и пришла к супругу:

-Все-таки я у тебя молодец – похвасталась она.

-Ты, да – ответил он, не поворачиваясь.

-Кот, что случилось?

-Ничего. Просто я никто. И сегодня опять получил этому подтверждение.

-Мишка, не надо.

-Он бы раздавил меня и не заметил, – казалось, проклятый не услышал Иру, – какой из меня мужик?

-Кот!

-Ириша, я успокоюсь. Налей мне чего-нибудь, и я постараюсь уснуть. Хоть там, сделаю что-то полезное.

***

Очнувшись, он сразу вскочил с носилок. Мужики, несущие его тело, казалось, никак не отреагировали на это, один из них просто собрал их, и двинулись дальше. Этот день был похож на предыдущий – бесконечный лес, паутина, лезущая в лицо, муравьи, ямы под ногами. Короче, как в том анекдоте “ну их нахрен такие оладушки”. Он брел, просто монотонно переставляя ноги, а в голове крутилась одна мысль: по возвращении, надо попросить еще и инструктора по физ. подготовке, ибо это не дело так выдыхаться и уставать. Потом к нему прицепилась муха. Или это не муха? Сложно сказать, потому что отмахнуться от назойливого насекомого никак не получалось.

Они как раз спускались в овраг, преградивший им путь, идя гуськом по неширокой тропинке ведущей вниз, когда проклятый почувствовал этот дискомфорт. Покрутив головой, он заметил одного из сканеров, и окликнул его. Если чему Михаил и научился в последнее время, так это доверять своим предчувствиям, а они сейчас, ему очень не нравились.

Парень, а на вид этому нюхачу было лет двадцать, не стал воротить нос от нового коллеги. С помощью жестов, проклятый постарался объяснить, что ему не нравится стенка оврага, вдоль которой они спускаются. Показывая муху, он пытался изобразить что-то летающее, и вдруг сканер изменился в лице. Вскинув руку вверх, он что-то вскрикнул, Михаил еще не изучал походные сигналы, а то понял бы, что это означает – внимание! Затем нюхач надел свои очки, и зачем-то принялся теребить, украшающий левую руку браслет, только тут до проклятого дошло, что возможно, этот браслет работает в паре с очками. Однако в следующую секунду Михаилу стало не до размышлений, потому что он увидел, как все бойцы и землекопы натягивают толстые перчатки, и надевают шлемы. Решив, что это жжж, неспроста, проклятый и сам последовал их примеру. В перчатках было жарковато, а шлем довольно сильно ограничивал боковое зрение. Но он был твердо уверен, раз профи рядом с тобой начинают следовать технике безопасности, то единственное что должен сделать новичок – это поступить так же.

Сканер, продолжавший крутить свой браслет, потом вдруг замер, и неожиданно очень громким голосом заорал ТРЕВОГА! Это слово, проклятый уже успел выучить. Двое землекопов подхватили нюхача на руки, и побежали по тропе вниз, а сканер на ходу облачался в перчатки. Остальные также бросились вниз, бойцы при этом обнажили мечи. Сам проклятый не успел опомниться, как и его так же подняли на руки, и потащили на дно оврага. Успели вовремя. В стене, вдруг начали появляться отверстия, песок осыпался вниз, скорее всего практически бесшумно, но Мише казалось, что он слышит удар каждой песчинки об утрамбованную землю. Еще не все успели спуститься, как из появившихся отверстий полезли твари. Наверное, это и были те самые шершни, о которых говорил бригадир, еще на первой встрече. Черные и серые, довольно крупные, они с омерзительным жужжанием расправляли крылья, и сразу нападали на людей. Началась рубка. Бойцы рубили их короткими кинжалами, видимо мечи были малоэффективны в этом случае. Рубили, и старались одновременно спускаться вниз, а мерзкие насекомые, атаковали, налетали, старались ударить в корпус или руки. Вот один из бойцов, оступившись, летит вниз. Вот второй, облепленный шершнями с ног до головы, отмахивается, но его движения становятся вялыми, и вскоре клинок выпадает из безвольной руки.

Все это Миша видит, как бы со стороны. Он обратил внимание, что его и обоих сканеров, окружили бойцы, образовав этакое защитное кольцо. Кажется, кто-то из земных полководцев когда-то отдал приказ звучащий как: “ослов и ученых в середину”. Миша не был силен в истории, но подозревал, что так оно и было, и вот сейчас сам оказался в такой роли.Он глянул на коллег. Оба надели свои очки прямо на шлемы. Видимо продолжали искать нечто невидимое. В руках парня, который поднял тревогу, Миша увидел небольшой жезл. Тем временем ситуация ухудшилась. Насекомые продолжали выползать, и казалось, небо потемнело от их количества, а от жужжания тысяч тварей, начинало закладывать уши. Сам проклятый не видел шансов на их спасение, даже если шершни не могут пробить защитные костюмы, их слишком много. От такой массы, кинжалами не отбиться, ведь любая выносливость не бесконечна.

Однако сражение продолжалось, а что еще делать? Несколько раз насекомые пытались достать и до них, но неизменно разбивались о защитный круг, образованный мечами охраны. Такое везение не могло длиться вечно, и Миша уже начал размышлять на тему: насколько болезненный укус шершня, и что с ним произойдет, если его тут убьют? Но в этот раз, ответов на них он не получил. Дождавшись какого-то, только ему известного часа Х, нюхач поднял жезл над головой, и сломал на две части. Раздался свист, сначала негромкий, дальше он нарастал, вызывая стойкое желание закрыть уши. А вы пробовали закрыть уши в металлическом шлеме? Вот и у проклятого ничего не вышло. Свист становился все сильнее, вызывал уже физическую боль, а потом сменился ударом грома. Проклятый заорал и не услышал своего крика, адский шум сменился полной тишиной. Оно и понятно, громкий звук глухому не помеха. В этой, противоестественной тишине, он не сразу понял, что атака прекратилась, и все насекомые валялись на земле, не подавая признаков жизни.

Отряд потерял восемь бойцов и шестерых землекопов. Оба сканера были мрачнее тучи, по всей видимости, в их обязанности входило проверять такие опасные места, и всем было ясно, если бы отряд застали врасплох, из оврага не выбрался бы ни один человек. Проклятый периодически ловил на себе взгляды, уже не враждебные, а скорее оценивающие, но на контакт с ним никто так и не шел. Все дно оврага было усеяно трупами шершней, идти по нему было неприятно, они при раздавливании лопались с противным хрустом, и группа поспешила покинуть негостеприимную низину.
Жилу нашли через три дня, ну или три потери сознания проклятым. Михаил весь остаток похода, не чувствовал ничего, и серебро было найдено одним из операторов, в обычном так сказать режиме.
По возвращении, меченный сразу же встретился с бригадиром и переводчиком. Они уже ждали его, и Вильямин сразу засыпал Михаила вопросами, но больше всего его интересовало, как он понял, что в стенах оврага притаилась опасность, но проклятый не смог объяснить. Он просто почувствовал. Не выяснив для себя ничего интересного, бригадир махнул рукой, и предупредил, что со следующего дня, проклятый приступает к тренировкам, работе с оборудованием нюхачей и изучению походных команд. Также продолжится изучение языка.
Дни проходили тяжело, но очень интересно. Конечно, проклятый уставал физически, бег по пересеченной местности, лазанье по оврагам, и прочее сильно утомляло, но тут он хотя бы видел цель. Единственное, что ему никак не давалось, так это работа с оборудованием нюхачей. Стоило взять в руку очки, как он ощутил что-то вроде брезгливости, как будто имеешь дело с дохлой змеей. Миша все-таки заставил себя, надеть очки, но это, ни к чему не привело. После нескольких попыток, они оставили эту затею, обучить Михаила работе сканера. Видимо предчувствия меченного работали как-то иначе.
***
-И чем они там все это время занимались? – Недовольно пробурчал Филип.
-Отчетами – усмехнулся Карл.
-Отчетами?! Да у них информация только о двух маяках Ксаны. Только двух, Карл! И еще всякая шушера, вроде деревенских знахарей, снимающих сглаз с яиц, точнее яйцами.
Филип нервно прошелся по комнате, и пнул ни в чем не повинный стул
-Ты поднял очень интересный вопрос. – Карл, в отличии от нетерпеливого подчиненного оставался спокойным. – Я обязательно отвечу на него, но в начале, пожалуй, сообщу тебе приятную новость.
-Какую?
-Я скоро улетаю.
– Интересно куда? – Филип оказался настолько удивлен, что задал бестактный вопрос.
-Скажем так, на повышение. А ты, соответственно займешь мое место. С соответствующим уровнем допуска, и списком обязанностей. Ты ж вроде уже давно хотел?
-Ну, да, – Филип был слегка сбит с толку, – я просто не ожидал, что это произойдет посреди такой операции как эта.
-Считай это своим боевым крещением. Но я не об этом, ты, конечно, разберешься, что и как, я лично в тебе не сомневаюсь, потому и рекомендовал твою кандидатуру в свое время. Так вот, теперь подумай, а зачем было создавать второй филиал, недалеко от первого, да еще с таким сомнительным списком обязанностей?
-А когда он был создан?
-Правильный вопрос, около двух лет назад.
-Хорошо, а когда начали игру против Париса?
-Чуть раньше – Карл всем своим видом излучал довольство. Подчиненный соображал быстро, а это было важно на такой должности.
-Значит, ты хочешь сказать, что его создали, надеясь, что старика скоро сковырнут, а затем готовились вытеснять его людей?
-В целом да. Однако Парис начал отбиваться, а потом вообще устоял. Так что удивительно не то, что они мало знают, а удивительно, что они вообще хоть что-то накопали. Там нет ни нормального оборудования, ни людей с уровнем допуска, ни просто грамотных специалистов.
-А почему они тогда вообще еще есть?
-Не знаю, враги Париса тоже не пальцем деланы, думаю там наверху, пока просто не снизошли до таких мелких разборок. Я все это сказал, Филип, чтобы ты понял, на их помощь сильно не рассчитывай. Скорее всего, там будет чистка, и люди, оставшиеся в деле, займут нишу Святослава, но это не наше дело.
-Тогда каков план? – Филип устало плюхнулся на стул, налил стакан воды и залпом осушил его.
-А вот это решай сам. Мой самолет через четыре часа.
-Что?! Ты улетаешь прямо сегодня? – подскочил новый начальник.
-Да. Вот тебе мой рабочий лаптоп, – он положил на стол ноутбук, теперь у тебя мой уровень доступа. Изучи внимательно все материалы, и решай, что делать дальше. Сам знаешь, научиться плавать можно только одним способом.
-Хорошо, – Филип уже полностью успокоился, – все-таки я не студент, меня ответственностью не испугаешь.
-Я в этом был всегда уверен. Ну, что же, счастливо оставаться – и Карл, пожав его руку, закрыл за собой дверь.
После ухода шефа, Филип около трех часов провел за чтением документации, к которой ранее не имел доступа. Впрочем, там не было ничего по-настоящему нового. Подковерная возня на высшем уровне никак не касалась этого дела. У него расширился список полномочий, он теперь сможет затребовать и специалистов, и оборудование, но пока нет конкретного плана действий, этого делать не стоит. От долгого сидения затекла спина. Он встал, прошелся по кабинету, затем вышел в коридор и спустился на первый этаж.
Тут все изменилось, после первого совещания посвященного проблеме “Норспеерамонуса”. Тогда Хельга предложила залить территорию хранилища бетоном, и Карл внял ее предложению. Благо в этой стране можно было купить любое разрешение. Кристофер умер уже на следующий день, поскользнувшись, принимая душ, он очень неудачно упал – виском об угол ванной. В том, что так все и произойдет, никто не сомневался, но все равно, это подстегнуло начало работ. Помещение забетонировали, и теперь проклятая рукоять, вряд ли сможет доставить им хлопоты.
Он подошел к массивной двери, преграждающей путь в помещение над хранилищем. Постоял немного, но открывать не стал, а вышел на улицу, и закурил. Все три часа, которые Филипп провел за чтением, он искал информацию, обо всех работавших здесь. У него было подозрение, что на территории этой страны, могут работать специалисты и более высокого уровня, решая свои задачи. Слишком лакомый кусок, не взятый вовремя только потому, что вверху все перегрызлись.
-А может уже давно взятый? – пробормотал он в звездное небо, – взятый, только кем? И только нам об этом не сказали?
Но эта мысль была настолько крамольной, что он постарался запихнуть ее от греха подальше.
-Ладно, буду играть сданными картами – резюмировал он и вернулся в кабинет.
Снова утомительное сидение над материалами, анализ информации, он просидел до утра, выпил бессчетное количество кофе, и наконец-то решил с чего начнет. Филиппу пришло в голову начать восстановление киевского филиала. Пусть даже оставшиеся в живых сотрудники знали мало, и не имели практического опыта, но с ними можно было работать. Разбавить их привезенными специалистами, привлечь внимание местных чародеев. Раз нельзя найти коварного противника, так может, стоит выйти из под его удара?
-Если вы ребята, уничтожили наш филиал, то уж на организацию нового, должны будете обратить внимание? – пробормотал Филипп и вывел на экран досье Левицкого. -Ну, что, господин начальник? Пора и вам поработать.
Наконец он удовлетворенно откинулся на спинку кресла. Филипп был человеком дела, и всегда предпочитал иметь хоть какой-то план.
-Итак, первое – когда Филипп работал один, он обожал разговаривать сам с собой, – связаться с Левицким. Второе, восстановить работу филиала, чтобы он продолжил функционировать, как ни в чем не бывало. Третье, извлечь из остатков сгоревшего детектора информацию, и постараться ее проанализировать.
Филипп выбрался из-за стола, и подошел к окну. Сейчас он поспит три-четыре часа, позавтракает, и примется за работу. Ее много, невообразимо много, но он справится. Карл явно смотрел на это задание сквозь пальцы, видимо вопрос с его повышением был решен еще до начала этой операции. А вот Филипп – другое дело. Ему нужен успех, и только успех.
-Я справлюсь, – сказал он своему отражению, а оно и не спорило, – не для того, я полз наверх все эти годы, чтобы проиграть деревенским колдунам.
Отражение снова не возражало. Оно было очень покладистым отражением.

  Обсудить на форуме

Путь проклятого. Глава 17

Глава 17. Тихие деньки

Правду говорят: “хочешь сделать человеку хорошо – сделай плохо, а потом верни, как было”. И хотя, как было, проклятому никто, не вернул, он по-прежнему оставался главным героем сказки “Мальчик с пальчик”, но некий положительный сдвиг, все – же произошел. Миша, с неописуемым наслаждением, сделал глоток кофе, это ж какое удовольствие, могут иногда доставить, маленькие радости, ставшиенаконец вновь доступными. Он посмотрел на стеклянную чашку, и в очередной раз удивился мастерству ее создателя.
Ира, выполнила свое обещание, и взялась за устройство быта своего мужа. После той ночи, когда он помогал супруге, Миша проспал практически до обеда. То ли он много сил отдал, когда спасал жену от второго отката, то ли вот такая реакция на стресс после всего, что произошло. Сестры уже успели позавтракать, затем наиграться с малышом. При этом Оксанка никуда не спешила уходить, а Ира, благодарная за помощь, даже не возражала против ее присутствия, волнуясь разве что о Мише, к которому не могла подойти. Словоохотливая сестричка не отходила от нее, умудряясь болтать и одновременно играть с Валиком. Ира очень опасалась, что, приблизившись к коробке, Оксана может проявить неуместное любопытство, заглянув в нее.

***

Сам же проклятый в тот момент разговаривал с алхимиком. Его очень заинтересовало, то, что же произошло в лесу.
-Ну, рассказывай детально, но быстро. В следующий раз “Сонку” можно будет пить через три дня, не раньше.
-Мне показалось, что под землей есть что-то очень ценное. Оно, я думаю, очень нужное кому-то.
-Так, все-таки, ценное или опасное? Или все – же и, то, и другое вместе?
Спросил Балтон. Миша вновь попытался вспомнить все свои ощущения. Это было очень похоже на попытку удержать воду в кулаке.
-Ну, скорее ценное. Это нечто связанное с белым цветом. Белым, или серым. – Ему сразу вспомнился образ размазанного пятна, мелькнувшего перед внутренним взором, прежде чем он, очнулся дома, потеряв сознание во сне.
-Меченный, выслушай меня.
В разговорах, Балтон еще ни разу не назвал его по имени, то ли он не запомнил, то ли просто не считал нужным.
– В Шаарне есть два вида металла. Обычную руду добывают в горах, а вот серебро, добывают иначе.
Услышав слово серебро, Миша сначала удивился, а потом подумал, что видимо “Сонка” действует так, что переводит сказанное, в знакомые ему термины. Так что это может быть и серебро, такое же как на Земле, а может быть и неизвестный ему металл. Но травник продолжал рассказ, и Миша не стал отвлекаться на досужие размышления.
-В отличие от железа, серебро находится под землей, в лесах. И ищут его специально обученные люди, которые …, – тут он сделал паузу, – …которые как раз и чувствуют его. Они еще, по слухам, используют какое-то оборудование, но это уже внутренние секреты, мне об этом известно, лишь на уровне досужих вымыслов.
-А это ценный металл для вас?
-Да. Есть много разных тварей, неуязвимых для обычного оружия. Да, хотя бы в этих болотах, от которых мы отгородились песком. Раньше, когда с ними могли совладать только маги, житья от них не было. Сейчас, из этого серебра, делают специальные насечки на оружие. После такой обработки, им можно рубить монстров, которым не страшно железо. А сейчас опять идет война, и эти твари, чувствующие поживу, лезут отовсюду, поэтому серебро растет в цене.
-А почему тогда, если оно так ценно, тут до сих пор не перекопали весь лес?
Удивился проклятый. Однако, услышав его вопрос, Балтон удивился ничуть не меньше.
-Как это, перекопать весь лес?
-Ну, ты рассказывал, что территория тут не такая уж и большая. Вот у нас, если бы искали ценные металлы, то пригнали бы сюда, огромное количество рабочих, безо всяких дополнительных специалистов.
-Значит, – перебил его алхимик, – у вас другие условия. Тут, под землей, кроме серебра, можно найти очень большие неприятности. Одни шершневые гнезда, чего только стоят. Иногда их находят вместе с жилой, а иногда вместо жилы.
-Крупные шершни?
-Примерно размером с мужскую ладонь, и очень они ядовитые. Пару раз, поисковые группы, были полностью уничтожены такими тварями. Сейчас, в отряде есть охрана, защищают лица и руки, как-то отбиваются, но все равно, если натолкнешься на гнездо, считай пол отряда нет. А второе, жилы эти, могут находиться на глубине от двух, до пятнадцати метров. Поэтому копать везде – не вариант.
-Ну, хорошо. А если я прав, и там серебро. Что дальше?
Мише уже надоело ходить вокруг да около.
-Тогда, мы определяли твою особенность, способен ли ты чувствовать, как наши нюхачи из группы поиска. Если это так, считай твое будущее обеспечено.
Ну, да, и твое, видимо тоже, подумал проклятый. Просто уверен, что ты за меня хороший процент получишь. Но при этом, он подумал без злости, и даже наоборот, вернуть ему долг, было бы замечательно.
-Наши места поиска, считаются малопривлекательными. Поэтому специалистов тут очень не хватает. Я, чуть позже, свяжусь с начальником поисковых групп, идумаю, он захочет проверить тебя.
-Так, скорее всего, для этого разговора понадобиться “Сонка”? Вряд ли он захочет общаться жестами?
-Конечно, понадобиться, а тут еще эта твоя, неприятная особенность, падать без чувств. Но, если ты действительно нашел серебро, а не пустышку, или шершней, то думаю, все эти вопросы, будут сразу решены.
-Тогда меня возьмут на работу?
-Честно? Я не знаю, как у них это организовано. Любому, кто наведет на жилу, положена награда. Они, конечно, тобой заинтересуются, а вот, будут ли тебя брать в поисковые отряды? Иногда поиски занимают неделю, иногда больше, а тебя придется таскать за собой. Я не могу сказать. Все зависит от того, насколько проявится твой талант…
Миша видел, как его гостеприимный хозяин хочет, чтобы этот талант проявился.
-Тогда, стоит организовать мне эту встречу, через те самые три дня, ну или позже, если этот начальник очень занятой человек.
-Хорошо, я переговорю с ним, завтра
Алхимик потер руки, и этот жест выдал его волнение.
-Завтра, сходим с тобой на ту поляну. А то мы зеленок набрали, что кот наплакал.
Миша внутренне усмехнулся, знахарь все же был верен себе. Остаток времени, пока работала “Сонка”, проклятый старался выжать из Балтона максимум информации об этом мире, а тот, пребывая в хорошем настроении, отвечал довольно охотно на его вопросы. Компания, занимающаяся тут добычей металла, называлась весьма незатейливо: “Корсак и сыновья”. Сам Корсак, судя по всему, был в этом мире довольно могущественным чародеем, а заодно, и “владельцем заводов, газет, пароходов”. И если с ним было все более-менее понятно, то вот сыновья в названии, могли означать что угодно: и детей мага, и учеников. Хотя, впрочем, это была весьма малосущественная деталь.

***
Посунувшись, Миша первым делом, вылез из ваты наружу. Солнце ярко светило, даже сквозь накинутую на коробку марлю. Июнь, поначалу, преимущественно пасмурный, ветреный и прохладный, во второй своей половине, становился все жарче. Если верить синоптикам, в этом году, лето должно было быть, прохладным и дождливым. Но, им обычно никто и никогда не верил. Вспомнились ночные события. А особенно, боль в татуированной руке. Миша, покрутил рукой, затем сжал, разжал кулак и сморщился. Предплечье болело так, словно он, перетрудил его в спортзале, или получил не сильное растяжение. Неприятно, но терпимо, и очень похоже, что день или два, на стол он залезть не сможет.
Сильно хотелось, есть и пить. В обычный день, он бы просто отправился на кухню, или к себе в комнату. Любимая жена, даже уходя на прогулку, оставила бы что-то пожевать. Но сейчас, в квартире могла остаться и сестричка Оксана. Миша не то, что на кухню, он и из-под марли не рискнул выбраться. Может все же позвать Иру? Нее, тоже не вариант, сынуля может приползти раньше ее, а значит остается только ждать.
Мучительно долго потекли минуты ожидания. Проклятый все время прислушивался, к звукам в квартире, но ничего не услышал. Скорее всего, они ушли гулять. Тогда он решился, раз в квартире никого нет, можно оправиться на поиски чего-нибудь съестного. Стоило ему пройти половину дороги до балконной двери, как та раскрылась, и кто-то начал заходить на балкон. Для проклятого время остановилось! Бежать некогда,… да и некуда. Обратно далеко, а так, рядом нет ни единого укрытия. Их балкон, был скорее местом отдыха, чем складом. Слева от Миши – балконная стена, справа шкаф, со старыми книжками, но, ни под ним, ни в нем, не спрячешься. И если это Оксана, то он – попал
-Кот! Ты где?
-Иришка!
Они увидели друг друга почти одновременно, и проклятый перевел дух.
-А Валик где? С Оксанкой?
-Да, дорогой, оставила их на улице. Я обещала, что скоро вернусь. Ты очень голодный?
-Да, а еще и пить хочу как после перепоя.
-Извини, сейчас все будет. Тебе сюда принести?
-Да, любимая, и давай я уже до ухода Оксаны побуду тут.
Ира убежала на кухню, а Миша вернулся в свое картонное укрытие.

Начинающая ведьмабыла слегка растеряна. Проснувшись утром, она не почувствовала никаких последствий от ночного кошмара. И после того, как она уснула второй раз – спала уже без сновидений. Отлично выспалась, и Валик пребывал в прекрасном расположении духа. Но почему-то это больше пугало, чем радовало. А еще, она не могла забыть ощущений, когда ей казалось, что в голове поселился огромный паук, пьющий ее боль. И главное, Ира никак не могла простить себе, то сильное, невыносимо сильное желание, прибить помогающего ей мужа. Видимо то, что скрывалось под его невидимой обычному взору татуировкой, было слишком чуждо той силе, которую она получила в наследство. Тогда остается вопрос. А как оно вообще помогло ей? Ира крутила перстень, смотрела на красный камень. Тот оставался таким, как и был. Не потускнел, не распался пылью, и не кусался.
Обещанная приведенной в бреду Ксаной, третья волна… не наступила…, а может вообще отменилась, после того, как ее муж, сделал то, что помогло. Сейчас, Ира испытывала огромную нежность к любимому, которую очень хотелось проявить, но вот беда, совершенно непонятно как это сделать в реалии? Неужели послушать приснившуюся ведьму? В растрепанных чувствах, Ира быстро нашинковала мужу завтрак, и налив воды, принесла на балкон.
-Кот, я убегаю, мы еще немного погуляем, и Оксанка уже точно уедет. Ее парень вовсю наяривает по телефону, где она пропала…. Потом я уложу Валика, и поболтаем, а еще после всего, посмотрим кино?
-Конечно, солнышко.
И уже не выдержав больше, он накинулся на еду. Ближе к трем часам дня, после того, как Оксана уехала, а Валик уснул, они сидели в Мишиной комнате, болтали о том, о сем. По молчаливому согласию, решили пока не вспоминать события этой ночи. Ира постоянно опасалась, что это еще не конец, и постоянно прислушивалась к себе, не начинается ли третья волна? Миша же, совершенно не представлял, что он такого сделал, и не был уверен, что способен повторить это же при необходимости. Пока малыш спал, Ира принесла ноутбук, и буквально заставила мужа рассказать, как установить “Tor”, о как искать что-то с его использованием. Правда это не заняло много времени, и вскоре они смотрели “Секс по дружбе”. Обоим хотелось чего-то расслабляющего, а не нагружающего мозги зрелища, без мистики или крови. Этого и так хватало в их жизни за последнее время.
Миша довольно быстро понял, что смотреть кино, связанное с сексом, пусть и в юморном ключе, тоже было не самой лучшей затеей. Судя по всему, Ира испытывала похожие чувства, потому что выключила ноут, и задумчиво произнесла:
-Видимо пока, нам можно смотреть только мультики и боевики.
-Ну, не скажи – ответил он, – в боевиках сисек тоже хватает.
-Ага, значит вот на что, ты смотришь? А я то, наивно думала, что тебя глубокий сюжет, и интрига интересуют, – засмеялась супруга.
-Сюжет, кстати, в боевиках, обычно, действительно глубокий, иногда даже до пупка.
-Пользуешься тем, что я подзатыльник тебе дать не могу?
-Еще как пользуюсь – дурачился Миша, – можно сказать, в полный рост!

Он гордо вытянулся “по стойке смирно”, еще и покрутившись из стороны, в сторону, для наглядности. Ира не выдержав, прыснула в кулак. Подбоченившийся муж, стоял с таким гордым видом, словно ему не пришлось перед этим, спускаться с подушки, на которой неудобно было стоять ровно.

-И кстати, раз уж мы заговорили о сиськах…
Когда ее мужа несло, остановить его было сложно, Ира привыкла, и сейчас просто наслаждалась спектаклем.
-Теперь, для меня, любой размер – большой. Так что готовься, буду пялиться в любое встретившееся декольте.
-Не хочу показаться бестактной, но вот в декольте, тебе будет сложно заглянуть.
-Я все придумал – произнес он заговорщическим шепотом, – ты меня будешь подсаживать!
Тут Ира вдруг поднялась, и молча, ушла в другую комнату. Это было так непохоже на нее, что проклятый растерялся. Он был уверен, что не мог ее обидеть по- настоящему.
-Милый, – вернувшаяся Ира стояла в дверях, а ее голос, с проснувшимися ангельскими нотками, предупреждал, что она задумала какую-то каверзу.
-Мне пришла в голову, одна идея. – Она зашла в комнату, держа руки за спиной. – Помнишь, я говорила, что хочу поискать мастеров, умеющих создавать маленькие предметы?
-Помню. – Миша был насторожен.
-И когда ты заговорил о декольте, я вдруг поняла, что не знаю твоих размеров! – Она вытащила руки из-за спины, и в них оказался сантиметр.
-Так что стой смирненько, сейчас я нашего мальчика, измерять буду!
-Э! Стой! Тайм-аут! – Он начал пятиться.
По всей видимости, не хотел быть измеренным.
-Кот, – она нависла над мужем, с неотвратимостью богини Ананке. – Ты же не откажешь любимой жене?
-Маленькая, отойди от меня с этим, с этим куском ткани! – Он пятился, отмахиваясь руками.
-Все, не мешай мне, я серьезно собираюсь тебя приодеть. Думаю, ты и сам не против этого. Дай я все замерю, пока малой не проснулся.
-Ты сейчас о Валике, или о моем малом? – спросил Миша и спрятался за подушку.
-О Валике.
Ира осталась серьезной, как школьная учительница, не реагирующая на подначки учеников. Подушка исчезла, убранная титанической рукой, и Ира, принялась разматывать сантиметр.
-Как там говорят в твоих любимых сисястых боевиках? Некуда бежать?
При этом ее лицо оставалось серьезным до неприличия, но глаза выдавали, они смеялись.
-Ты будешь мерять все, все? – Пошутил он, сдаваясь.
Ира задумчиво глянула на мужа, сложив губки буквой О.
-Пожалуй, все-все, мерить не буду. Оставлю немного удовольствия на потом.
Ира записала все интересующие ее цифры на клочок бумаги, и присела рядом. Миша вздохнул:
-Ты реально веришь, что сможешь найти того, кто сошьет одежду SSSSSSSX? Да еще и пригодную для ношения не куклой?
-Не найду – постараюсь сшить сама. Со швейной машинкой дружу.
-Думаю, что для таких маленьких как я, нужна иная техника.
-Кот, оставь этот вопрос мне. Ты и раньше выбором одежды, не заморачивался. Во всяком случае, после свадьбы.
-Да, а кто тогда купил футболку?
-Точно, одна футболка за два года. Было дело.
Они посмеялись. Ира хотела что-то добавить, но тут, в соседней комнате, раздался крик Валика.
-Извини, Кот, – Ира, подхватив его, переставила на стол, – через часик пойдем на улицу – будь готов. И она ускакала к сыну.

***

Мужчина, представленный алхимиком, как начальник поисков групп, выглядел классическим гномом, каковыми их описывают в различных фентези. Невысокий, на пол головы ниже Миши, но в плечах, широкий настолько, что его фигура напоминала квадрат. Бородатое лицо и покрытые мозолями руки. Он смотрел оценивающе, и даже скорее скептично. Задержал взгляд на татуировке проклятого, но кривиться не стал, и если сделал какие-то выводы, то озвучивать их не спешил.

Алхимик приготовил “Сонку”, и он с бригадиром (Миша, для себя, именно так окрестил его), выпили по глотку. Балтон также пригубил, он планировал участвовать в обсуждении.

-Ну, рассказывай – голос у “бригадира” был под стать облику – низкий и властный. – Что и как ты там почувствовал.

Миша, как мог, пересказал свои ощущения.

-Что думаешь, Вильямин? – Не утерпел Балтон.

-Нечего пока думать. Парень он тут новый, реалий не знает, понял, что внизу что-то есть, а вот что? Серебро, или гнездо шершней? – это еще бабка надвое сказала.

Он побарабанил пальцами по столу, затем посмотрел проклятому прямо в глаза.

-Значит так, – принял он какое-то решение. – Я отправлю туда ребят, с усиленной охраной. Ты тоже пойдешь с нами, покажешь место, заодно проверишь – чувствуешь снова что-то особенное, или нет. Если там жила, то получите четыре пятых обычного гонорара. На двоих.

Он помолчал, видимо ожидая какой-то реакции, и Балтон не преминул уточнить:

-А почему не полный?

-Из-за повышенного риска. Мне придется задействовать три группы охраны, так как я, пока что, твоему меченому не доверяю. Точнее его чутью.

Алхимик, судя по всему, был не особо доволен, но спорить не стал, и “бригадир” продолжил.

-Так как ты – взгляд на проклятого в упор, – теряешь сознание, то в путь выйдем, как только очнешься. Да, чуть не забыл, если там будет серебро, посодействую тому, чтобы ты, даже не смотря на метку и неприятные особенности, попал в состав следующего поискового отряда. Если там пусто, или шершни, или какая иная опасность, то извини, но уже никогда и никто с тобой говорить на эту тему не будет. А если, кто-то из моих людей погибнет, я лично башку откручу!

Миша почувствовал себя довольно неуютно, под взглядом пронзительных серых глаз, но при этом одновременно ощутил и злость.

-Может и открутишь, если силенок хватит.

Они некоторое время играли в гляделки, и проклятый, все-таки, не выдержал первым.

-Все, выходим завтра, после того как очнешься – и гость, не прощаясь, покинул дом знахаря.

-Зря ты с ним так, – укорил Михаила хозяин, – Вильямин твой единственный шанс на эту работу.

-Все нормально, он тоже заинтересован во мне, а точнее в тех, кто может искать это ваше серебро.

-Все равно, не лезь на рожон.

-Хорошо, не буду, но все будет зависеть от того, пустышка там или нет. Балтон, расскажи мне о башне чародея, и о нем самом?

-А что тебя интересует? – Удивился алхимик.

-Не знаю. Почему-то хочется узнать про это побольше.

-Опасно лезть в жизнь магов. Особенно могущественных. Поверь мне, это как по краю пропасти ходить в дождь. Одна ошибка, и нет тебя.

-Верю. У нас тоже таких людей, у которых не стоит вставать на дороге, хватает. Но я тебя спрашиваю не о секретах, а о том, что и так всем известно. Я же новичок в этом мире, наверняка не знаю чего-то общеизвестного.

-Ну, ладно, – решился знахарь, – слушай. Чародей Магрес. Один из “сыновей” Корсака. Соответственно, он формально управляет компанией в Шаарне.

-Формально? – Переспросил Миша.

-Ну, я имел ввиду – запнулся Балтон, что он тут бывает редко. Давай тему сменим?

-Извини, говори то, что считаешь нужным, я не буду уточнять.

-Так вот, – знахарь немного замешкался, проклятый видел насколько тому тяжело говорить о маге. – Башня, на краю болот, принадлежит ему. Несмотря на то, что она не огорожена песчаной полосой, тварей около стен, никто и никогда не замечал. И местные туда не ходят. У чародеев свои пути, я думаю, он в любой момент может появиться в своих владениях.

Балтон замолчал, и проклятый понял, что продолжения не будет.

-Значит он один из тех, кому лучше на глаза не попадаться?

-В принципе да. Хотя, работать на чародея почетно. И деньги, и протекция. Обычно слуги могущественных магов, носят особые метки, и обычные люди, с ними стараются лишний раз не конфликтовать.

-Что, прям все? Включая горничных и конюхов?

-Знаешь, меченный, вот как раз ты, его можешь и заинтересовать. Не знаю, будет это хорошо, или плохо, но можешь. И если это произойдет, ты сам задашь ему все вопросы, а я не интересовался его слугами, и не собираюсь.

-И что во мне может заинтересовать его? Моя метка?

-Да, метка. А также то, из-за чего ты ее получил. Он как чародей, способен узнать то, что недоступно остальным.

-Хорошо, – Михаил, видя как алхимику некомфортно говорить о колдуне, решил сменить тему. – Как думаешь, когда мы пойдем проверять мои ощущения? Как скоро, созреет этот бригадир?

-Ты про, Вильямина?

Миша в очередной раз подивился именам встреченных им людей. А точнее своим стереотипам. Почему-то он ожидал услышать нечто из серии: Кирк, Торин, или в крайнем случае Балин, прости господи.

-Он же сказал, сразу после того как очнешься. Скажу честно, рабочих рук и охраны у них сейчас много, а вот “нюхачей” не хватает.

-Значит, он не станет ждать, пока придет время выпить “Сонку”?

-Нет. Показать ты и так сможешь, потом они вероятнее всего будут проверять. Точнее специалисты, которые пойдут с вами. Копать, и только, при успехе, если тебя решать брать в группы поиска, речь зайдет о “Сонке”. Такие люди как Вильямин, крайне редко ее употребляют.

-Откуда ты про него столько знаешь? Работали вместе?

-Пересекались ранее – уклончиво ответил знахарь, и Миша решил, тему не развивать.

-Балтон, пока у нас есть время, что ты можешь рассказать про ваш мир?

-Сложно вот рассказать, – травник покачал головой, – лучше задай хоть какой-нибудь вопрос, что бы с чего-то начать.

Мише хотелось задать миллион вопросов, но он понимал, что, во-первых, время ограничено, а во-вторых, все равно память не удержит всю информацию, что нужна.

-Ладно, кто главный в Шаарне? Как тут все организовано? Ты говорил, что нас, от внешнего мира, отделяет ущелье, в котором удобно держать оборону. Там есть постоянный гарнизон? Для начала, вот такие вопросы.

-Слушай. Так как основным видом деятельности в Шаарне является добыча металла, то все крутиться вокруг этого. Заправляют всем этим тут “Корсак и сыновья”, и соответственно главным можно считать Магреса. Но я подозреваю, что он лично не сильно вмешивается в дела, поэтому управление разделено. Я знаю только Вильямина – начальника старателей и разведчиков, и Лорнака – он главный по защите. Гарнизон в ущелье, а также местные дружины, и бойцы, сопровождающие старателей – в его ведомстве. Есть еще те, кто занимаются торговлей, добычей в горах, строительством, но лично, я с ними не общался.

Он выпил воды, помолчал и продолжил.

-Так как тут работы ведутся довольно давно, то сами по себе возникли пара деревень, где живут и семьи работников, и те, кто формально с компанией не связан. Например, тут растут ягоды, ты мог видеть их, когда спускался с гор, из них готовят очень неплохое вино. Но оно в основном тут и выпивается – усмехнулся он. – Зато не надо привозить, переплачивая втридорога. Еще тут охотятся. Часть местных животных съедобна, но есть и такие экземпляры, с которых можно снять шкуру, или мех.

-А остальную еду, кроме мяса, привозите? – Почему-то Мише вспомнилась фраза: “Те, кто зависим от импорта продовольствия, не может считаться серьезным военным противником”. Правда там шла речь о целом государстве, а не о крохотном кусочке земли, но все равно.

-Нет, тут не хватает солнца.

-А что ты говорил о войне? Какие-то внутренние разборки? Из серии войны за корону?

-Колонии взбунтовались. – Балтон прошелся по комнате – судя по слухам, кто-то баламутит воду, и подстрекает к свержению законной власти. Однако сюда, новости приходят редко, караванщики иногда пересказывают слухи. Думаю ничего по – настоящему серьезного.

-А здесь живут только люди? Или есть представители иных рас?

-Хватает разных, но в Шаарне и ближайших окрестностях только люди, и иногда пришлые, типа тебя забредают. А так…

В этот момент раздался стук в дверь. Балтон недовольно нахмурился: стучали очень настойчиво, и пошел открывать. На пороге стоял молодой парень, он тяжело дышал, по всей видимости, бежал, и сразу начал что-то быстро рассказывать алхимику. Так как этот гость не пил “Сонку”, проклятый не понимал ни слова. Знахарь слушал, кивал головой, а потом уточнил:

-Когда это случилось?

Выслушав ответ, он вновь задал вопрос:

-За мной сразу послали?

Видимо ответ удовлетворил Балтона, и повернувшись к проклятому произнес:

-Мне придется срочно бежать в деревню, шершни покусали трех человек, двух думаю еще можно спасти. К сожалению, наш разговор придется прервать.

-Может мне пойти с вами? – Спросил Михаил, скорее из вежливости.

-Не стоит – знахарь говорил, и одновременно, не теряя времени, паковал сумку. – Ты можешь упасть в любой момент, а идти мы будем по весьма опасным участкам леса.

-Хорошо, буду ждать.

Дверь закрылась, и проклятый с наслаждением растянулся на лавке. Жаль, конечно, что хозяин ушел, “Сонка” действует, можно было бы еще поспрашивать его. Но делать нечего.

-Интересно, – спросил он сам себя, – а могу ли я уснуть тут, еще не проснувшись там?

Он честно попытался, но сон не шел. А потом, появилось привычное ощущение, предваряющее потерю сознания, и Миша очнулся дома.

***

Ира собиралась и наводила марафет. Она предупреждала, что договорилась о встрече. Оставила мужу еду с водой, так чтобы он мог добраться, прикрыв тарелки целлофаном. Примерно через час, после того, как он проснулся, уже была готова. Покрутилась перед мужем, явно поддразнивая его. Если бы он не знал, куда она едет, то от ревности бы сжевал подушку, на которой в этот момент стоял. Ира постаралась перевоплотиться в этакую классическую современную красотку. Макияж, накладные ногти, одежда выгодно, пожалуй, даже излишне выгодно, подчеркивала ее сильные стороны. Томное и немного глуповатое выражение лица, она потренировалась делать на супруге. Да, именно о таких женщинах говорят – “прелесть, какая дурочка”. Единственная деталь, выбивающаяся из образа дамы с собачкой, которую никак нельзя поменять, это вместо собачки на руках, какой-нибудь болонки, или пекинеса, на Ире будет слим с малышом. Однако кто сказал, что экзальтированные дамы не могут иметь детей и заболевшей в данный момент няньки?

Покрутившись еще немного перед мрачнеющим мужем, ведьма послала ему воздушный поцелуй, и укатила на встречу с найденным мастером по созданию миниатюрных вещей. Миша же, побродив в раздражении, и пнув ногой ни в чем не повинную подушку, полез на свой стол, заливать свое горе, любезно оставленной питьевой водой.

Сам день тянулся с удручающей медлительностью. Проклятому не терпелось узнать – верно, ли было его предчувствие. Миша понимал, тут пока никаких изменений не предвиделось, а вот там, можно было отойти от удручающих и бессмысленных физических нагрузок, и заняться делом. Возможно, даже опасным и вероятно очень тяжелым. Но все-таки делом. Поэтому сейчас, все зависело лишь от одного, правильно ли он понял свои ощущения? От нечего делать, Михаил, используя голосовое управление, лазил по просторам интернета. Бесцельно, просто чтобы убить время. Тестировал новую, сенсорную клавиатуру. Пока получалось не очень хорошо. Нет, кнопки нажимались легко, достаточно было просто прикоснуться ногой, и не было необходимости прыгать на них, или переносить вес. Но по клавиатуре все равно приходилось ходить, и проклятый, периодически, задевал не нужные клавиши, после которых надо было идти к бекспейсу. Намаявшись, Миша вновь вернулся к диктованию.

Скачал методику по подтягиваниям. Нашел пару десятков роликов с упражнениями по йоге. Как бы то ни было, а это крошечное тело, придется тренировать. Шли часы, жена не возвращалась, и он постепенно начинал волноваться. Ира вернулась ближе к вечеру, и с порога прокричала:

-Кот, все в порядке, подробности потом.

Валик нервничал, устал за день и не выспался, спать в кроватке или коляске, и спать в слиме – это, как говорят в Одессе, две большие разницы. Накормив и уложив его, Ира пришла в комнату мужа, устало плюхнулась на диван, и потянулась как кошка, при этом вытянув натруженные ноги.

-Ух, как хорошо – промурлыкала она, при этом вновь потягиваясь.

-Маленькая, – укоризненно произнес он, – хватит меня соблазнять. Я и так уже…

-Что так? – Игриво переспросила начинающая ведьма.

-Готов последовать одному глупому совету Ксаны. Ладно, рассказывай как ты сегодня?

-Ой! Как я давно не строила из себя такую дурочку! – И Ира принялась рассказывать.
Миша, все-таки заразил ее своей паранойей, по поводу интереса к маленьким человечкам и их нуждам. Найдя мастера и созвонившись с ним, Ира договорилась о встрече. Нужный ей человек жил в пригороде, недалеко от столицы. Для встречи, супруга выбрала образ “тупой блондинки”, даже волосы подкрасила. Затем некоторое время входила в роль. По легенде, она начала собирать коллекцию изящных кукол, и ей хочется, чтобы ее новым питомцам (Ира, смеясь, призналась, что самое сложное, было говорить весь этот бред с серьезным выражением лица) было удобно.
Когда мастер попросил показать куклу, она смогла совершенно искренне удивиться: вот листик со всеми размерами, а возить такую ценную вещь, это же опасно. Хозяин дома выразительно посмотрел на Валика, на его маму, и больше ничего не спрашивал, кроме вещей, касающихся работы. Договорились, что Ира приедет через неделю. Ей показалось, что специалист выдохнул с облегчением, когда за ней закрылась дверь.
-Так что, Кот, надеюсь через неделю, сможешь снова пить кофе, а не холодную бурду. – Ира знала вкусы своего мужа.
-Маленькая, можешь усыпить меня? – Спросил он, после того как Ира рассказала о своей поездке. – Помнишь, демон рассказал тебе о заклинании?
-Кот, извини, пока боюсь – помрачнела она. – Слишком мало времени прошло, после того, как меня выворачивало наизнанку.
-Так ты же его уже применяла. Было без последствий.
-Понимаю, милый, но извини, давай не сегодня?
Миша видел, что жене действительно страшно, слишком свежи воспоминания. И не стал настаивать.
-Пойдешь гулять с нами? Перед сном хочу, чтобы малой подышал свежим воздухом.
-Конечно, пойду, маленькая. Засиделся я дома.
На набережной Ира вытащила Валика из коляски, они ходили по травке, кормили голубей, малыш хохотал, а отец наблюдал за ними, сквозь сетку на кармашке. Малыш периодически пытался что-то рассказывать маме, о своем, о детском. Иногда в его речи проскальзывало пап, паа, папа, и каждый раз сердце проклятого болезненно сжималось.
-Как же мне хочется кого-нибудь убить – неожиданно прошептал он.
Миша понимал: все кто был, так или иначе, причастны к его беде, уже мертвы. Но легче не становилось. Слишком многое накладывалось друг на друга. Беспомощное состояние, отсутствие нормального сна, невозможность близости с женой и общения с сыном. Стоило задуматься, приоткрыть некую невидимую дверцу, и Михаилу начинало казаться, что черная, отвратительная слизь, начинает просачиваться в мозг, окрашивая окружающую действительность исключительно в серые и черные тона. Может быть, именно так начинают сходить с ума? Надо было бы подумать о чем-то хорошем, но не получалось.
-Тебе надо стать ведьмой, Ириша. – Прошептал он. – Не знаю как, но я помогу тебе. Это сейчас моя основная цель.
Конечно, основной целью проклятого был возврат в нормальное состояние. Но он, боялся думать об этом. Боялся, что если задуматься, то поймешь, что надежды просто нет. Лучше отложить эти мысли в коробку, засунуть в шкаф, и наедятся, что способ все-таки есть.
Домой вернулись, когда уже стемнело. Ира помогла мужу выбраться из коляски, и занялась Валиком. Миша, который в последнее время, старался как можно больше двигаться, и как можно меньше пользоваться помощью жены, полез на стол, в свою коробку, он надеялся уснуть, и сделать это поскорее.
Как и положено, в таких случаях, сон не шел. Он валялся на спине, рассматривал потолок, думал обо всем понемногу, что надо все-таки вести что-то типа дневника, описывать происходящее с ним. Что деньги рано или поздно закончатся. Что Ире нужен наставник, а взять его негде. Что Валик будет расти без отца. Из наушников доносилась тихая, лирическая музыка. Какой-то англоязычный исполнитель страдал от очередной неразделенной любви. Постепенно усталость взяла свое. Проклятый погрузился в сон.

***
Балтона не было, то ли еще не вернулся с вызова, то ли куда-то вышел. Получалось что ожидание дома, сменилось на ожидание тут. Проклятый нетерпеливо бродил по дому, но к счастью алхимик быстро вернулся. Жестом позвал Мишу, они вышли во двор.
Тут уже ждало несколько мужиков, один из них, ходил вместе с ними за ветками. Вышли сразу же, и при подходе к лесу, встретились с большой группой мужчин. Дальше шли большим отрядом, и проклятый периодически ловил на себе оценивающие взгляды. Вскоре они вышли на поляну, окруженную теми самыми, конусообразными деревьями.
Там их уже ждали. Вильямин не обманул, и привел с собой довольно много народа. Миша во все глаза смотрел на окружающих. До сих пор, он общался только с Балтоном и его помощниками, при этом практически ничего не знал о местных жителях. В глаза сразу бросилось, что они держаться группами, то ли по принципу личного знакомства, то ли по профессиональному делению, но скорее второе.
Защищенные лица и руки, мечи в ножнах, шлемы. Держаться особняком – видимо охрана. Несколько человек держат арбалеты, но в основном Миша увидел оружие ближнего боя.
Землекопы. Или как их тут называют? Кроме лопат, в их экипировку входили топоры, и какие-то шесты, назначение которых Миша не мог даже представить.
Еще несколько человек тусовались отдельно, двое мужчин, без оружия и лопат. Балтон подойдя к проклятому, показал на них, затем на него. Миша понял, алхимик, по всей видимости, говорит, что они коллеги, ну или станут таковыми, если предположение меченного верно.
К ним подошел Вильямин, и поманил Михаила. Тут все ясно без слов – показывай место. Проклятый чувствовал себя крайне неуютно под прицелом пяти десятков пар глаз. Он понимал, что если ошибся, то все собранные работяги и военные могут выразить свое неудовольствие весьма нелицеприятным способом. Ему совершенно не к месту вспомнился отрывок из двенадцати стульев. Тут ведь будут бить, не только ногами. Может быть, даже метка не спасет. Поворачивать уже поздно, и Михаил с уверенностью, которую он совершенно не ощущал, подошел к месту, где в прошлый раз почувствовал нечто ценное. Вильямин шел следом за ним, сохраняя молчание. Остальные последовали его примеру. Те на кого указал алхимик, вероятные коллеги по цеху, смотрели с интересом, а остальные равнодушно или враждебно.
Проклятый не спешил. На этот раз его чувства молчали, и демонстрируемая уверенность грозила перерасти в панику. Так, нужно успокоиться, и не думать ни о чем. Закрыв глаза, Михаил смотрел вниз. Вспомнилась Ира. Тогда он не думал, а просто знал, что надо делать. И сейчас знает – внизу что-то есть. Было чувство как в тот раз, и никуда оно не делось. Посмотрев на Вильямина, он кивнул головой, показав пальцем в землю. Краем глаза увидел двоих – те подались вперед, по всей видимости, ожидая знака от начальства. Так и есть, начальник поманил и их. Парни двинулись к месту, на которое указал Михаил, одновременно приспосабливая на голову, какое-то устройство. Стоило проклятому рассмотреть его, он понял что прибор, или как он тут называется, похож на черные очки, только значительно толще.
Нюхачи, а Миша подозревал, что это о них говорил Балтон, когда описывал проклятому, его возможный талант, осмотрели вокруг землю и деревья. Один из них что-то сказал Вильямину, тот скривился, словно съел лимон, и затем махнул рукой – мол, начинайте.
Работа закипела. Проклятый во все глаза смотрел, как работают землекопы. Те рассредоточились между деревьями. Вскрыли дерн, под верхним слоем земли, оказалось множество корней и какой-то травы. В ход пошли топорики. Очень быстро Миша понял, насколько абсурдным было его предположение о перекапывании всего леса. А еще он осознал, что если тут пусто, то его, скорее всего и прикопают в этом котловане. Тем не менее, работа двигалась. Иногда под землей, оказывались серые или зеленоватые пятна – огромные куски то ли травы, то ли так выглядело какое-то неизвестное Мише местное растение. Тут в дело вступали шесты, непонятного назначения. Стоило ткнуть им в скопление травы, как она сразу начинала чернеть, и рассыпаться пеплом.
В скором времени, землю вокруг деревьев расчистили, и углубились примерно на полметра, расчистив корни и скопления травы. Пришло время деревьев. Бригада рабочих сменилась, и свежие люди принялись валить лес. Проклятый поражался их выносливости, сам бы он спекся примерно минут через десять.
Один раз прервались на обед, или как он тут назывался. Михаил тоже выпил отвара, приготовленного Балтоном. Его настроение медленно, но уверенно ухудшалось. Он наблюдал за будущими коллегами, те периодически сканировали раскопки, и, судя по их лицам – ничего не чувствовали.
Вильямин оставался спокойным, во всяком случае, Михаил ничего не мог прочесть на его бесстрастном лице. Постепенно котлован становился глубже, на сцене появились складные лестницы, выкопанную землю увозили в лес, и туда уже утаскивали поваленные стволы. Не выдержав, проклятый двинулся в сторону раскопок, но не дошел. Понял, что сейчас проснется на Земле, и даже успел присесть, прежде чем потерять сознание.

***
День тянулся до безобразия медленно. Михаила атаковали мрачные мысли. Одна хуже другой. Он представлял, как очнется в этой Артании, закопанный в пустом котловане. Или может в тюрьме для должников. Чтобы отвлечься пытался заниматься до изнеможения, бегал по ковру, подтягивался, отжимался. Потом смотрел какой-то сериал, но смысл происходящего на экране ускользал от него. Ира не вмешивалась, она ничем не могла помочь.

***
Очнулся проклятый в более менее нормальных условиях. Его перетащили на что-то вроде матраса из травы. Михаил сразу отправился посмотреть на котлован. Мама родная! За время его отсутствия яма углубили метров до четырех. Породу поднимали наверх, с помощью двух блоков, установленных на краю.
Подошел Вильямин, и поманив за собой, начал спускаться вниз. Проклятый последовал за ним. Бригадир показал на стены котлована. Все они были буквально усеяны корнями. Сейчас внизу кроме них, были только двое “сканеров”, один из которых что-то жевал с равнодушным видом, а второй смотрел на проклятого, как тому казалось, с сочувствием. Начальник явно ожидал ответа, – в каком направлении продолжать поиски.
Михаил смотрел на скопления корней, на равнодушное серое небо, на своих попутчиков. Зачем-то почесал татуировку – та неожиданно отозвалась болью. Тогда он принялся смотреть на скопление линий на своей руке. Красивый узор, ничего не скажешь. Он поднял руку, и принялся рассматривать стену котлована, словно бы сквозь нее. Михаил очень увлекся, и не обращал внимания на своих спутников. А те преобразились. Оба сканера, или нюхача, смотрели на меченного очень внимательно, с нарастающим интересом. Один из них что-то сказал Вильямину, и тот слегка улыбнулся, одними уголками губ. Но через секунду лицо бригадира, вновь превратилось в маску.
Так, взгляд на первую стену вызывает отвращение. Там что-то очень мерзкое, не стоит связываться. Вторая стена – равнодушно-холодная. Скорее всего, там пусто. Третья – о да, похоже, если тут что-то и есть, то там, где-то за этим скоплением земли и корней. Четвертая стенка, и дно котлована – ничего интересного, и Михаил показал Вильямину на отозвавшуюся сторону. Затем показал на противоположную стенку, и жестами постарался продемонстрировать, что туда лезть не надо. Похоже, бригадир его понял. Он еще о чем-то поговорил с парочкой своих сотрудников, затем повернулся к проклятому. Сделал жест, словно падает в обморок, затем показал три пальца, и полез из котлована наружу. Остальные тут же последовали за ним. Итак, как он понял, ему дали три дня. Признаться это гораздо больше чем он рассчитывал.
Работы возобновились. Миша откровенно скучал, не поговорить ни с кем, ни погулять по лесу, ни поработать. Когда расчищали ветки с поваленного ствола, он попробовал подойти, чтобы помочь, и хоть чем-то себя занять, но был остановлен одним из сканеров, который очень жестко преградил ему дорогу, качая головой. Все ясно, видимо не царское это дело, работать руками. Еще два раз прерывались на обед. На этот раз, проклятый ел вместе с нюхачами, какие-то незнакомые овощи и мясо, очень похожее на свинину. Еще пили легкое вино. От нечего делать, Михаил постоянно торчал на краю котлована. Один раз из стены, полезли змеи, и он испугался, что сейчас они сожрут работников, но видимо эти представители местной фауны были неопасны. Их рубили лопатами, давили сапогами. Над котлованом разнесся неприятный кисловатый запах, но видимо неудобство, он доставлял только меченному. Еще раз пришел Балтон, переговорил с Вильямином, и, похоже, остался недоволен. Затем он передал проклятому отвар, и вновь ушел по делам.
В этот день снова ничего не нашли. После следующего пробуждения, Вильямин вновь потащил его в карьер, требуя еще скорректировать направление поисков. На этот раз было сложно. Казалось, на Мишу давит со всех сторон. Еще возникла мысль, что тут есть какая-то хитрость. Сейчас бы обсудить ее, но ненавистный языковой барьер не даст сделать этого. Тогда он стал показывать жестами, есть что-то маленькое, ценное, но окруженное чем-то большим, поэтому спрятанное. Его не понимали, и смотрели с недоумением.
Метка начала ныть, и словно замерцала. Проклятый вновь глянул на стены котлована, сквозь предплечье. Ему показалось, что в воздухе плавают размытые продолговатые пятна. Он повернулся к попутчикам, стал рисовать руками волнистые линии, показывая на воздух. Один из сканеров, вдруг изменился в лице, так словно внезапно подумал о чем-то очевидном, и, бросив реплику, отправился наверх. Второй последовал за ним, а Вильямин остался, наблюдая за меченным, на этот раз, уже с нескрываемым интересом.
Нюхачи вернулись очень быстро, они явно спешили. На этот раз кроме толстых очков, каждый держал в руках небольшой мешочек. Первый (Миша мысленно называл их первый и второй, так как никто не представился), вытащил оттуда щепотку какого-то порошка и распылил в воздухе. Почти одновременно, оба сканера вскрикнули, закрывая рукой глаза, а Вильямин, неожиданно покричал всем какую-то команду, одновременно хватая проклятого и таща за собой.
В котлован уже сыпались бойцы, вытаскивая клинки. Второй сканер высыпал все содержимое мешочка в ладонь, и подкинул вверх, бормоча какую-то абракадабру. Неожиданно воздух наполнился летающими монстрами. Ну, монстрами их можно было назвать с большой натяжкой, просто омерзительные, полупрозрачные твари, что-то наподобие змей, и бесформенных клякс. Их явно увидели все. Бойцы сходу принялись рубить их, и воздух наполнился невообразимой вонью.
Михаил понял, его сейчас стошнит. Он краем глаза увидел, что оба сканера уже лезут наверх, а бойцам, вонь, по всей видимости, не мешала. Бригадир схватил меченного за руку, и потащил по внешнему краю котлована в обход происходящей рубки. Силком втолкнул его на лестницу, и Миша поднялся наверх. На верху стало полегче, один их нюхачей протянул флягу. Напиток обжог горло, но тошнота сразу ушла.
Вскоре бойцы полезли обратно на верх, все дно котлована было залито слизью, которая постепенно таяла. Больше проклятого не трогали, сканеры переговорив с Вильямином, четко указали направление, видимо на этот раз, серебро почувствовали и они.
Серебро нашли через два дня, ну или два пробуждения, смотря как считать. Еще через три дня, Балтон, сразу после того, как Миша очнулся, повел его в деревню. Тут располагался офис компании. Проклятый понял, они все ждали, пока можно будет пить «Сонку». Кроме бригадира, в комнате сидел еще один мужчина, среднего роста, с лысиной и брюшком. Никаких рукопожатий, просто поприветствовали друг друга кивками. Оказалось, что рядом с кабинетом есть комнатка с очагом, и алхимик сварил напиток прямо там. После совершения ритуала, говорить начал бригадир. Он первым делом представил толстячка – Симмон, нотариус, и без отвлеченных разговоров, предложил договор.
Михаилу предлагалось начать работать на «Корсак и сыновья», в качестве оператора-искателя. Так официально называли нюхачей. Компания обеспечивала жильем, экипировкой, едой, и инструктором, который будет обучать языку. При необходимости раз в две недели ему полагается женщина, из числа работающих на компанию. Оплата 80% от обычной ставки, остальное пойдет тем, кто будет его носить, если он потеряет сознание. Через восемь успешных поисков, контракт может быть пересмотрен в сторону улучшения.
-А, что это была, за летающая мерзость? – Полюбопытствовал он.
-Узнаешь в процессе обучения – бригадир усмехнулся. – Тебе много еще чего предстоит узнать.
-Хорошо, а что с наградой за прошлую жилу?
-Она твоя, можешь взять монетой, можешь счетом в банке компании. Тут ты на полном обеспечении, тратить некуда, кроме дней, когда торговый караван приходит.
-Хорошо, пусть будет счет – решил он. – Где подписать?

В этот же день он переехал от Балтона в поселок. Новое свое жилище он делил с одним из искателей, с которым они встретились на прошлых раскопках. За остаток этого дня он успел лишь осмотреть «апартаменты», и вновь потерял сознание.

***

Ира снова отсутствовала, она должна была встречаться с мастером. Миша лениво валялся на вате, смотря кино – старую советскую комедию. Иногда он с удовольствием пересматривал такие фильмы. От них прекрасное настроение, он хотя бы там начинал жить.

Вернувшаяся Ира, сразу прошла на кухню, а минут через десять с триумфом поставила перед мужем, миниатюрную чашечку с крепким и горячим кофе. Она брала ее специальными щипчиками, которые видимо, входили в комплект, и Миша поразился, насколько удобно он может держать ее своей крохотной рукой.

Когда Валик уснул, они сидели на балконе, и Миша рассказывал о своих успехах там, а Ира ему, о своей поездке. Проклятый смотрел на свою жену-красавицу, не успевшую смыть макияж, после поездки к мастеру, и вспоминал разговор с Вильямином. Ту его часть, где говорилось про женщину раз в две недели. Интересно, а секс там, снимет ли он напряжение здесь? И будет ли это считаться полноценной изменой?

-Кот, – начала Ира, я… – Но тут в дверь позвонили.

– Интересно, кто бы это мог быть? – Удивилась она.

Продолжение следует

  Обсудить на форуме

Путь проклятого. Глава 16

Глава 16. Вторая волна

Свен брел по коридору. Ему нужно было собраться с мыслями, чтобы вновь связаться с руководством и предупредить о вновь открывшихся обстоятельствах. Сейчас он пребывал в слишком сильном шоке от того, что был неспособен даже приблизительно предугадать все последствия произошедшего.
Вот и кабинет Святослава. Они уже убрали отсюда трупы, уничтожив всех, кроме бывшего начальника. Свен закрыл окно, запаха уже практически не осталось, и сев в кресло, достал STR-телефон.Еще минут десять он сидел, прикидывая, что и как будет говорить. Такая нерешительность была абсолютно ему не свойственна, и демонстрировала только то, насколько он выбит из колеи. Затем, основательно разозлившись на себя, за эти неуместные колебания, Свен набрал номер. На этот раз, ответа пришлось подождать, не долго, секунд пятнадцать, но и это показалось ему вечностью.
-Да? – Главный всегда был лаконичен, и требовал этого от своих подчиненных.
-Кристофером, при осмотре хранилища был обнаружен использованный «Норспеерамонус». Он хранился в обычной ячейке, а кроме Кристофера в хранилище в этот момент никого не было, и он взял его в руки.
На этот раз, ответа пришлось подождать. Видимо шеф, также должен был переварить, полученную информацию.
-Хорошо, Свен, после твоего первого отчета, мы стали готовить команду, которая должна была прибыть к завтрашнему вечеру. Теперь, есть необходимо включить в нее, специалиста по этому артефакту. Ждите гостей, послезавтра утром. – Он помолчал, и закончил – и Свен, «Норспеерамонус» не будет действовать избирательно, и как бы цинично это не звучало, держитесь от Кристофера подальше. А то можете погибнуть вместе с ним.
-Неужели, нет никакой возможности спасти его? Он хороший специалист, он наш, и…
-Свен – шеф бесцеремонно прервал его, – я не знаю способа спасти человека, после такого. Продолжайте работать по ранее утвержденному плану, и ждите помощников.
Посидев бесцельно еще минут, пять, Свен окончательно подавил в себе предательскую слабость, и наконец-то начал мыслить здраво. Надо закончить поиски в хранилище, и выслушать Ларса, который обещал вернуться ночью. Затем отправить Кристофера в гостиницу, под каким-либо предлогом, а самим остаться ночевать тут. Поколебавшись, Свен все-таки отбросил вариант с гостиницей. Это получалось уж слишком подло. Насколько он помнил из прочитанного об «Норспеерамонусе», смерть от контакта с артефактом, не обязательно была быстрой. После этого могло пройти и несколько дней, и даже недель. Среди вновь прибывшей команды, будет эксперт, и Свен решил переговорить с ним, прежде чем окончательно сливать помощника.
Приехал Ларс, и сразу поднялся в кабинет к шефу. Впрочем, ничего интересного, он ему не рассказал. Правоохранители, пребывали в тупике, так как по всему выходило, что начальник охраны ночного клуба, убил двоих подчиненных, и отключил видеонаблюдение. Затем, спустившись вниз, открыл стрельбу по игрокам, среди которых был и Кюизак. Основная проблема была в том, что для того, чтобы в одиночку перебить всех, он должен был быть, по меньшей мере, терминатором. Из его тела извлекли двадцать две пули. Получалось, что он был с подельниками, но больше никого постороннего не нашли. Сейчас, злополучных сотрудников клуба, проверяли и полицейские и бандиты. Дело отчетливо пахло большой кровью. Но проблемы украинских криминальных авторитетов, очень мало волновали Свена.
-Твои версии? – Спросил он, стоило рыжему замолчать.
-Внешнее управление, или он был использован как щит. Но я ума не приложу, насколько надо быть сильным чародеем.
-Нападающий мог быть не один. Мы кое-что нашли.
Свен рассказал про находку в хранилище. – Ларс сразу нахмурился, и затем проговорил:
-Тогда, это может быть возмездие. Колдуны не простят использование «Норспеерамонуса». Тогда, и мы тоже можем быть под прицелом.
-Так нам не привыкать рисковать, и к тому же, одно дело отомстить обидчикам, а совсем другое, начать убивать всех подряд.
-Хорошо, какой план действий?
Несмотря на то, что выглядел Ларс простовато, концентрироваться на сути, отбрасывая всякую шелуху, и работать, несмотря на внешние помехи, он умел как никто.
-Послезавтра, прилетят наши коллеги. Я думаю, там будет и новый руководитель операции. Они, скорее всего, решат, что делать дальше. А пока работаем так: – заканчиваем поиски в хранилище, вычисляем тех, кого не было среди погибших, и пробуем их найти. Если будет кто-то живой, то он может, прольет свет на происшедшее, хотя бы на то, чем они тут занимались, распечатывая такой артефакт. Завтра выходим на связь с коллегами, из второго филиала, и пытаемся выяснить ситуацию с местными чародеями. Может у них есть на примете, те, кто способен на такое действо.
– Вряд ли они помогут, такая информация, уже была бы в головном офисе.
-Я понимаю, но проверить все-таки стоит. Эти …, – он проглотил ругательство, – показали потрясающий уровень некомпетентности. Может быть, те ребята тоже, посчитали чародея экстра-класса, за деревенского знахаря, или за ведьму недоучку?
Следующий день прошел сравнительно спокойно. Кристофера оставили разбирать присланные досье, и вычислять, кого из сотрудников не было на работе в тот злополучный вечер. Ларс, вновь уехал общаться с полицейским начальством. Свен и Ингрид поехали встречаться с начальником, второго филиала Левицким. Он располагался не в самом Киеве, а в двадцати километрах от столицы. Из-за режима секретности, никакой конкретной информации об организации Святослава тут не знали. Основной целью этого филиала, был сбор информации о людях, обладающих не стандартными способностями, или же склонных к их проявлению. Информация собиралась, фильтровалась и отправлялась “наверх”. Никаких решений, сотрудники данного филиала не принимали. По идее разговор с их шефом, вообще не имел никакой ценности, вся информация обязана была передаваться аналитикам головного офиса, но, так уж устроены люди, что зачастую, никакие отчеты не заменят живого общения.

Небольшой частный самолет, следующий рейсом Бонн – Киев, приземлился в аэропорту «Жуляны». Все сорок четыре пассажира, находящиеся на борту, работали на одну и ту же организацию. На этот раз, в ход пошла тяжелая артиллерия. По официальной версии, это была группа бизнесменов, специалистов по инвестициям и экспертов, для оценки эффективности вложений в украинскую экономику. Всем вновь прибывшим был дан зеленый свет, на довольно высоком уровне, а находящимся на месте, приказ не путаться под ногами, и оказывать всяческое содействие.
Прилетевшие, действительно планировали сделать некие инвестиции, но только не в многострадальную экономику, а на благо некоторых высокопоставленных чиновников. Как показывала практика, это было и дешевле, и эффективнее, для достижения своих целей.
Новый руководитель оказался невысоким мужчиной, лет сорока, с небольшим животиком и едва наметившейся лысиной. В целом такой, классический бюргер, глядя на которого появляются мысли о пиве, сосисках, и почему-то жене и троих детях. Вот только его взгляд не вязался с обликом этакого добродушного мужичка. Свен посвятил присутствующих в курс дела. Кроме нового шефа, представившегося Карлом, в кабинете было четверо. Сам Свен – в роли мальчика для битья, мужеподобная женщина неопределенного возраста, здоровяк с лицом тупого качка, но действительно тупых тут в принципе быть не могло, и еще один мужчина, при взгляде на которого, глазу просто не за что было уцепиться. Обычный, среднестатистический человек, неопределенного возраста, без особых примет.

-Свен, спасибо за введение в курс дела – голос у Карла был мягкий, словно убаюкивающий. – Хельга, расскажи про «Норспеерамонус».

Женщина помолчала, осмотрев присутствующих, что-то прикинула в уме, и начала рассказ.

-Этот артефакт, неизвестного происхождения. Он предназначен для уничтожения любого чародея, в независимости от его способностей, количества тел-маяков, источника силы и прочего. Разрывает все связи, удерживающие колдуна или ведьму в этом мире. Думаю, все присутствующие знают легенду о том, что ведьма не может умереть, не передав свою силу. Чтобы не углубляться в специфическую терминологию, ведьмовская сила – это некий вид энергии, который не поддается научным исследованиям, и позволяет, собственно говоря, и быть чародеем. Так вот, второе предназначение «Норспеерамонуса», это отделить эту энергию от ее носителя. После этого, энергия, или сила, аккумулируется в ближайшем драгоценном камне. И после проведения определенного ритуала, можно передать ее другому человеку, соответственно сделав его или ее чародеем. Так же есть версия, что передачу можно осуществить и без всяких ритуалов, но сами понимаете, тут особо не поэкспериментируешь.

Она прервалась, выпив стакан воды, и Свен не смог не задать вопрос:

-А информация о ритуале передачи, насколько засекречена? Я имею ввиду, мог ли Святослав знать о ней?

Хельга смерила его укоризненным взглядом, а Карл произнес:

-Пусть наша уважаемая эксперт закончит, и тогда мы приступим к обсуждению, зачем, и как был использован артефакт нашими бывшими коллегами, и что теперь с этим делать.

Свен кивнул, и Хельга продолжила:

-Ритуал уничтожения колдуна – очень не прост, а тот, кто нанесет удар, после смерти чародея, станет проклятым. В течении суток, плюс минус 5 часов, его тело трансформируется, или попросту говоря уменьшиться в размерах. Точной информации о том, как сильно, у меня нет, насколько я знаю от двадцати до сорока раз.

После этих слов, один из присутствующих присвистнул, но никто не прокомментировал слова эксперта, и Хельга продолжила.

– При этом исполнитель обязан точно знать, на что он идет. От него нельзя утаивать, что с ним случиться, после проведения ритуала. Иначе ничего не получиться.

-Я не думаю, что исполнителем был кто – то из наших .

Прервал ее один из присутствующих. Свен не запомнил его имени.

-Филип, – вмешался Карл, – все версии, потом. Продолжай Хельга.

-После использования, лезвие «Норспеерамонуса» исчезает, а рукоять меняет цвет, с белого на желтый. С этого момента, никому кроме самого проклятого, не рекомендуется прикасаться к ней. Смерть от несчастного случая, или болезни, или просто на ровном месте, гарантирована. Поэтому добровольца, обычно просят забрать рукоять, и сделать так, чтобы в момент уменьшения, в самом начале, она прикасалась к его или ее телу. В этом случае, рукоять уменьшиться вместе с исполнителем, и он, грубо говоря, станет ее хранителем, потому, что уничтожить ее невозможно, никакими известными средствами.

-А ее необходимо хранить? Может просто спрятать куда-нибудь? Или она еще для чего-то нужна?

-Хранить совсем не обязательно, это уже абсолютно бесполезная вещь. Ну, разве что, подбросить недругу, чтобы он умер от несчастного случая. Но кто будет ее прятать? Крохотный человечек размером с палец? И где? Тут уж лучше, устроить исполнителю золотую клетку, чтобы жил в ней ни в чем, не нуждаясь. Сами понимаете потребности и возможности у такого эээ, человека, весьма специфичны. И он держал бы рукоять где-то на своей территории.

-Ну, Святослав и компания, явно не позаботились о добровольце. – Отметил Филип. Еще и рукоять с собой забрали. Интересно, зачем?

-Думаю из-за незнания. Этот артефакт, окружен большим количеством ложной информации. По одной из версий, сила колдуна, попадает именно в рукоять. Думаю наши восточные коллеги, разрабатывали именно эту версию.

-А зачем Святославу вообще понадобилось связываться с этим артефактом?

Этот вопрос принадлежал последнему участнику совещания. Высокому, широкоплечему парню, лет тридцати. Сейчас, глядя на него, Свен не мог понять, почему при знакомстве, тот показался ему тупым. Неужели, просто из-за того что здоровый бугай?

-Хельга, ты закончила рассказ? Мы уже можем приступать к обсуждению?

-Да, Карл. Думаю, если понадобиться, что-то добавить, я смогу сделать это в процессе.

-Итак, начнем, какие будут версии? Свен, ты тут дольше нас находишься, рассказывай о выводах вашей группы.

-Основная версия – это конфликт с чародеями. Они каким-то образом узнали, об использовании «Норспеерамонуса» и отомстили.

-Если ритуал выполнен верно – вмешалась Хельга, – то нельзя вычислить этот артефакт, и то, что его использовали.

-К тому же – добавил уже Филип, – не так-то просто уничтожить целый филиал, пусть тут и работали слабо квалифицированные кадры. И еще проделать все это быстро и бесшумно. Да, кстати, а что с теми сотрудниками, кто не был в офисе той ночью?

-Все мертвы. Причем одна из сотрудниц, – он сверился с записной книжкой, – Марина Донниковая, убита, вместе с семьей, включая ребенка.

-А Кюизак, вместе со всеми кто оказался с ним рядом. Я не думаю, что это совпадение – подытожил Филип. – Сами понимаете, сила у тех, кто провернул такое – просто неимоверная.

-Свен, что ты узнал, у шефа второго филиала Левицкого?

-По их сведеньям, в окрестностях, кроме всякой шушеры, типа гадалок, знахарей, и прочих экстрасенсов, была только одна могущественная ведьма. Ксения Липатова, хотя имена они меняют как перчатки. Она была из высшей лиги – смена тел, владение темными знаниями, судя по всему, собирала заклинания, и все в таком духе. Так вот, по его словам, ее дом сгорел. Официальная версия, взрыв газового баллона. Само собой, за домом чародейки такого уровня, никто не следил на постоянной основе, они узнали об этом из новостей. Левицкий послал туда сотрудников, да и сам побывал, и узнал, что кто-то, с удостоверениями СБУ, искал там антиквариат. Мол, Ксана была у них в разработке, за ней следили, а в ее доме хранились предметы старины. Теперь я практически уверен, что это люди Святослава, шарили по пепелищу, в поисках ее наследия.

-Значит, вероятнее всего, это они убили Ксану. – Говоря это, Карл читал что-то, с экрана своего ноутбука.

-Да, нам присылали информацию о ней, это еще та штучка. Минимум четыре раза меняла тела. Нашли ее поздно, и поэтому она умело избегала сотрудничества на наших условиях. Один раз ликвидировала группу, посланную, так сказать, договориться. Затем исчезла из поля зрения, и появилась только через шесть лет. С учетом того, что наши позиции, на этих территориях итак слабы, на конфликт с ней решили не идти.

-Но если ее убили, а потом, в ответ за это, уничтожили всех причастных – начал Свен, – то очевидно за ней кто-то стоял очень могущественный.

-А не факт, что ее убили – замечание принадлежало Хельге. – Наши уничтоженные коллеги, во всем, что связано с «Норспеерамонусом», показали такой потрясающий уровень некомпетентности, такой, что я подозреваю, ритуал они провели неправильно.

-А подробнее? – Заинтересовался Филип.

-Думаю, они не сказали исполнителю о том, что его ждет. Просто заплатили за убийство.

-И что в этом случае произошло?

-Тело ведьмы умерло, а ее сущность осталась. В этом случае, она вселилась в одно из тел, но при этом, потеряла дом, со всем, что в нем находилось. Я думаю, она в ярости.

-Думаешь, собрала своих коллег по цеху, и отомстила?
-Ну, пока что это самый правдоподобный вариант.
-Хорошо, – не унимался Филип, – это, какими силами надо обладать, чтобы за одну ночь, уничтожить целый филиал?
-Например, три-пять чародеев высокого класса, несколько големов, или демоны типа “разрушителя” или “инфекса”. – Включился в разговор здоровяк. – Это навскидку.
-Только “разрушитель” рвал бы их на куски, и как минимум сожрал бы сердца, – возразил Филип, – а вот “инфекс”, этот да, этот мог бы справиться и в одиночку. Они же вроде очень умные? Могут и телами завладеть. Кстати! – Вскричал он, – как насчет завладеть телами? Ведь в перестрелке, в которой был убит Кюизак, участвовал кто-то под внешним управлением? Может быть, тут поработал именно такой демон?
-“Инфексы” очень могущественны, но ничего не делают просто так – ответил здоровяк.
-Ему чародей отдает приказ, который обязан сопровождаться магическим ритуалом. Я просто не могу представить себе силы колдуна, способного приказать “инфексу” вот такое. Но, согласен, что частично, такой демон мог тут поработать, например, уничтожить личностный аспект, или открыть дверь изнутри.
-Все равно, – не сдавался Филип, – они очень разумны. По-моему, с ними даже можно договориться?
Здоровяк снисходительно посмотрел на коллегу, и, вздохнув, принялся объяснять:
-Да, теоретически можно попросить его сделать что угодно, отпустив после выполнения. Практически, никакой колдун, не отпустит “инфекса”, разве что, ради своего спасения. Ксана, или другой чародей высшего класса, никогда не пойдут на это просто ради мести.
-Значит так, – прервал дискуссию Карл, – принимаем в работу следующую версию. Ритуал был проведен неверно. Остановимся на том, что Ксана была объектом атаки, переродилась, связалась со своими знакомыми чародеями, и они нанесли ответный удар. Думаю, наши оставшиеся в живых коллеги из второго филиала, знают хоть что-то по ее возможным маякам. Тем, в кого она могла вселиться.
-Уточним у Левицкого, – кивнул Свен, и главный продолжил.
-Надо проверить, не пропал ли кто-то из них, или может, изменилось чье-то поведение, кардинальным образом. Дальнейшие действия будем планировать исходя из полученной информации. Так же не стоит сбрасывать со счетов, что те, кто уничтожил Святослава, могут и сами выйти на контакт.
-Зачем им это? – удивился Филип.
-Использование «Норспеерамонуса» – это серьезное нарушение, скажем так, неких не писаных правил. Так как, обычно мы были сильнее, чем наши противники, они не шли на открытую конфронтацию. Но сейчас, возможно на этих территориях, они усилили свои позиции, и могут поиграть мускулами. Тогда, есть вариант, что нам придется договариваться.
-Есть еще два вопроса, – Филип снова не смог промолчать. – Как нам найти проклятого, и что делать дальше с рукоятью?
-На самом деле вопросов три – вздохнул Карл, и жестко посмотрел на Свена. – Почему Кристофер еще тут?
-В смысле? – Не понял, или сделал вид, что не понял, тот.
-Его присутствие здесь, подвергает опасности всех, кто находится рядом с ним. Надо, чтобы он уехал, и не путался у нас под ногами.
-Но я надеялся, что эксперт по этому артефакту, знает способ спасти его. Ну, хотя бы с минимальными шансами.
После этих слов, Хельга печально покачала головой:
– Я как эксперт, могу подтвердить, мальчик обречен.
-Свен, понятно, что он ваш подчиненный. Я сочувствую, его семье будет выплачена компенсация, но вот спасти Кристофера мы не в силах. Вам все ясно?
Тот, молча, кивнул.
-Теперь дальше, – начал он, но в этот момент вновь отвлекся на экран ноутбука.
Видимо пришла очередная информация. Повисла тишина.
–Очень интересно, – закончивший чтение Карл, поднял голову. – Свен, отпустите пока Кристофера, мы дождемся вашего возвращения, чтобы продолжить обсуждение оставшихся вопросов.
Тот все понял, видимо полученная шефом информация, не предназначалась для его ушей. Как только за Свеном закрылась дверь, Карл произнес:
-Оказывается дочь Святослава, болела раком. Он делал запрос, и обычно, ближайших родственников таких сотрудников как он, спасают. Но этот филиал, находится под руководством Париса, а в тот момент, вы все помните, как под ним шаталось кресло? Ему было не до таких вопросов, а никто, не рискнул открыто поддержать его ставленника. Вот запрос и затерялся.
-И что, это имеет отношение к текущему кризису? – Терпение явно не было сильной стороной Филипа.
-Вполне возможно. Если бы его дочь, стала ведьмой, она бы справилась с болезнью. А так как, наконец-то анализ тел по фотографиям закончен, можно быть уверенным, что его дочь, была в числе убитых.
-Значит урок нам всем на будущее – резюмировал здоровяк. – Обращать внимание на все подобные запросы.
-Давайте, дождемся Свена, и затем решим оставшиеся вопросы.
Карл набрал что-то на своем ноуте, Хельга же плеснула в стакан воды из кулера, а Филип распахнул окно.
-Люблю такую погоду – поставил он всех в известность.
Карл и здоровяк переглянулись, а Хельга осталась безучастной. В этот момент раздался стук в дверь.
-Заходи Свен – крикнул шеф.
Едва закрылась дверь за пришедшим, они вернулись к обсуждению.
-Хельга, рассказывай, как можно найти проклятого, и что стоит сделать с рукоятью.
-Проклятого нам искать я думаю не нужно. Никакими специальными способами, типа тех, которые используются операторами, или детекторами, его не найти. Не справятся с этим ни чародеи, ни нюхачи. Одна из особенностей «Норспеерамонуса», перекручивать все заклятия и воздействия и мы будем находить не тех, и приходить не туда.
-Да, и жив ли он до сих пор? – Вновь вмешался Филип. – Корм кошачий.
Хельга улыбнулась:
-Если он и умрет, то только не как корм. Ни кошки, ни собаки его не тронут, и даже для крыс, подозреваю, он не покажется съедобным. Животные чуют опасность, а он сейчас – отрава для них.
-А люди?
-Ну, люди достаточно тупы, чтобы причинить ему вред. Да это и закончится печально для того, кто рискнет связаться с проклятым.
-А как это работает? – Карл, казалось, заинтересовался. – Его нельзя убить, покалечить, или вообще не стоит прикасаться? Как к рукояти?
-Точно не знаю. Когда переводили трактат по «Норспеерамонусу», там было указано, прямой или косвенный вред. Но главное не это. Думаю, если он жив, а смерть от голода, или несчастного случая, никто не отменял, так вот, если он выжил, то является сенсацией. Любое упоминание, даже на уровне слухов и насмешек, о крохотном человечке, стоит проверить. И понять кто это, хотя он нам, по большому счету, не нужен. Разве что спросить, знал ли заранее, о своей судьбе?
-Хельга, почему ты уверена, что он не нужен? – уточнил здоровяк.
-Я сомневаюсь, что он мог уничтожить Святослава. А рукоять, ему на хранение, уже не вручить. Так что пусть гуляет.
-Ладно, решим потом, – отмахнулся Карл. – Последний вопрос. Что делать с рукоятью?
-Вынесите все из хранилища, кроме нее, и залейте весь подвал бетоном.
-Даже так??
-Да, лучше перестраховаться.

***
Сестры засиделись на кухне, а Миша изнывал от скуки и тоски. Ира принесла поесть, налила наперсток вина, но не смогла уделить ему время. Оксана и так была очень любопытна. Он сидел, прячась за монитором, и от нечего делать, слушал разговор сестер. В основном речь шла о всякой женской ерунде, разговорами о новом Оксанином ухажере, вопросами о самочувствии, и отношения Иры с Михаилом. Сестра раз пять переспросила, точно ли он в командировке, не появились ли проблемы, и все в таком духе. Ира отшучивалась, ведь проблемы то у них появились, но никому о них не расскажешь.
-Ириш, – спросила Оксана, – а что это у тебя за полотенца свисают со столов? И даже в ванной есть?
-А, это?
Миша уловил легкий налет растерянности в голосе жены.
-Помнишь, малой болел, а мы никак не могли понять, что с ним?
-Да, кстати, ты так и не рассказывала, что все-таки это было?
-Ксюш, не торопись.
Теперь Ира явно придумывала, что и как говорить, Миша хорошо разбирался в ее интонациях.
-Врачи нам так ничего путного не сказали, мы ездили по знахаркам, бабкам, в общем отчаялись. И одна из них, посоветовала, завязать множество узелков. Что-то типа защиты от нечистой силы. Не знаю, это помогло, или что-то другое, но сейчас с Валиком полный порядок, и я считаю, пусть себе висят дальше.
-Никогда о таком не слышала, – удивилась сестра, и сразу переключилась на малыша. – Валичек, ты не соскучился в своем стульчике?
Тот, что-то пролопотал в ответ, и девушка рассмеялась.
-Иришка, ты не возражаешь, если я останусь ночевать? Вдруг тебе, не дай бог, опять плохо станет, тогда отправлю тебя пинком к врачам, а сама посижу с малым.
Миша, помрачнел. Он прекрасно понимал, что Ира согласиться, как минимум из вежливости. Да и рациональное звено в этом есть. Они и близко не представляют последствий Ириного колдовства, может ей снова станет очень плохо. А вот его, ожидает вечер беспросветной тоски. Спать проклятый пока не хотел, а делать что-либо, пока в квартире гостит сестра, было невозможно.
-Конечно, оставайся! Сама хотела попросить, но как-то неудобно было. Твой парень, хоть возражать не будет?
-У нас пока не такие отношения, чтобы ночевать вместе каждую ночь. Да и не звонил он сегодня – тут в голосе девушки проскользнули нотки легкой обиды.
-Да не переживай, Мишка тоже иногда забывал.
-Чего? Мысленно возмутился проклятый, и допил вино. – Погоди, останемся вдвоем, закачу тебе легкий скандальчик, за наветы.
-Ох уж эти мужики – вздохнула девушка. – Валик, куда это ты собрался?
Видимо малой, начал вылезать из стульчика. Правда, пока он не понимал, как расстегнуть удерживающие ремни. И мама с папой, надеялись, что в ближайшее время и не поймет. Оксана занялась малышом, а Ира, улучив момент, пришла в комнату к мужу.
-Кот, Оксанка останется ночевать, я постелю ей тут. А тебе сегодня придется ночевать с нами.
-В одной постели? – пошутил он.
-Можно и в одной, если не боишься попасть под пресс. – усмехнулась супруга.
-Я подумаю, лады, а насчет коробки из-под обуви, на нашем столе, вопросов не боишься? Сестричка любопытная, может и заглянуть в нее.
-Пока тебя там нет, скажу ей, что с Валиком в куклы играла, а потом, ты уж извини, придется тебе пожить под столом.
В комнату вошла Оксана с Валиком на руках.
-Ириш, ты, когда его спать укладываешь?
-Около девяти, давай пока пойдем в ту комнату, поиграем с малым, а то он не уснет, если с тобой не нагуляется. Ну а я полежу немного, что – то опять голова кружиться.
-А не тошнит? Слушай, а может быть ты беременна? Когда Мишка уехал?
-Ой, Ксюшка, мне и так нехорошо, а тут ты еще и подливаешь.
Голоса удалились, сестры ушли в другую комнату. Миша размялся, поприседал, прошелся по столу, стараясь не отходить от спасительного убежища. Все-таки его скорость перемещения, значительно уступала Оксаниной, а с той станется, появиться неожиданно.
Мучительно тянулись минуты. Доносились приглушенные расстоянием и телевизором голоса из второй комнаты, но слов было не разобрать. Иногда громко хохотал счастливый малыш. И черная тоска сжимала его сердце, по сыну он соскучился по – настоящему. Миша чувствовал, осознавал, как внутри него, постепенно просыпается нечто. К сожалению, это нечто, не имело ничего общего, с какими-либо новыми его способностями. Скорее всего, это была ненависть, причем абстрактная, не направленная на кого-либо. Ненависть, помноженная на полное бессилие, это убойная смесь. Даже очень уж убойная и разрушительная, но с одной оговоркой: убивает и разрушает она, обычно лишь своего носителя. Хорошо героям всяких сказок. К ним обязательно прилетает волшебник, на голубом ковре самолете, одаривает и мечом, и кладенцом, и при необходимости живительным пинком под зад. А вот ему, пока доступна лишь последняя опция.

-Могу головой о стену стукнуться – пробормотал он.

-Или, – тут его захлестнула волна самоиронии, настолько сильная, что и до истерики недалеко, – или могу начать разряжаться на жене. Как это делают некоторые недо-альфа самцы. Думаю, Ира не откажет, если мне захочется ее попинать. Причем в любое место на теле, куда мне удобно.

На этот раз его отпустило быстро, безо всякой истерики. Он лег на пыльный пластик, и продолжил свой бесконечный внутренний монолог.

-Наверное, я все-таки сойду с ума. Я же, очень похоже, что совсем не сплю.

Это было, правда, с того момента, как проклятие вступило в полную силу, сны Миши, стали слишком реальны. И если, когда он плавал в серой мути, или разговаривал с ведьмой, еще присутствовало некое ощущение нереальности происходящего, то стоило ему попасть в “Артанию”, он перестал различать сон и явь. И хотя его тело было отдохнувшим, как и положено после сна, то вот насчет мозга, проклятый испытывал сильные сомнения, вплоть до того, что он не сомневался в самой реальности этой “Артании”, “Шаара”, Балтона с его “Сонкой”, и всего прочего.

-Вот скоро, начну видеть призраков, и затем на тараканов с мухами кидаться. Тогда придется Ире сшить мне смирительную рубашку, из своего старого лифчика – пробормотал он.

Как и раньше, сарказм помог, Мише стало немного легче. Захотелось еще вина, и почему-то колбасы. Он некоторое время размышлял на тему, сочетается это или нет, а также есть ли у них дома колбаса. Ответом на первый вопрос было уверенное да, на второй – не знаю. Как пелось в песне одной малоизвестной группы: “пусть незаметно время, но оно идет”, за такими вот невеселыми мыслями, подошло время вечера.

-Кот, отзовись, Оксанка пошла в душ, давай я тебя перенесу?

-Давай, Ириша.

Он вышел из-за монитора, и залез в раскрытую ладошку жены. Уселся точно в центре, они уже постепенно привыкли к особенностям такой совместной жизни, и начали приспосабливаться. Ира по-прежнему опасалась его уронить, и если носила на ладони, всегда прикрывала сверху второй рукой. Она явно принимала душ. От рук жены пахло мылом, или шампунем, и проклятый, вновь вспомнил запах ее волос, и не только это. Перед глазами, словно на экране телевизора, возникла картинка, их первого совместного душа, тогда она тоже пользовалась именно этим мылом.

-Черт, прошептал он, – надеясь, что жена не услышит, – вот только этого мне сейчас не хватает!

Хотя надо было признать то, что от недавних мрачных мыслей он отвлекся. Ира опустила его на стол, и проклятый сразу отвернулся, с преувеличенным интересом разглядывая узор на обоях. Она, тем временем, принесла его коробку.

-Кот, я спрячу ее под стол, Валик спит, а Оксанка туда не полезет.

-Ириш, оставь меня пока на балконе, очень хочу вина, колбасы и свежего воздуха.

-Так мы с сестрой еще планировали там посидеть. Поболтать о том – о сем.

-Ну, так поставь коробку в дальний угол, уж на балконе она не привлечет особого внимания. Заодно послушаю, о чем говорят девчонки, в отсутствии мужчин- усмехнулся он.

-Но я, то буду знать, что ты там есть.

-А Оксанка то, нет.

-Ну, смотри – засмеялась жена, – потом не жалуйся.

На самом деле, всеми этими разговорами, он пытался отвлечь себя, и от черной тоски, и от того факта, что возбуждение не спешило его отпускать. Разговор пришлось закончить, так как звук льющейся воды прекратился, а значит, скоро тут появится Оксана. Ира оставила мужа в дальнем углу балкона, накинув на коробку марлю, чтобы комары не попали внутрь. Она как раз успела вернуться в комнату, одновременно с сестрой.

-Ксюшка, постелешь пока себе? Белье внутри дивана, а я пока на балкон винчик принесу, и посижу там немного.

-Тебе опять нехорошо? – Встревожилась сестра.

-Нормально, просто скопилась усталость.

-Так ты посиди, а я и постелю, и принесу потом – и она пошла во вторую комнату.

Воспользовавшись моментом, Ира успела принести мужу все, что он просил. Миша не спеша пил вино, а вот аппетит пропал начисто. От нечего делать проклятый прислушивался к разговору сестер. Ничего интересного, Оксана рассказывала про своего парня, точнее про свои сомнения. О том, что вроде бы и все замечательно, а потом раз, и начинаешь сомневаться. Тоска зеленая. Ира поддакивала, что-то переспрашивала, но ему казалось, что жена мыслями находится где-то далеко. Потом разговор плавно перешел на болезнь Валика, однако Ира все – равно по большей части молчала. Ей действительно было не до разговора. Снова, как и днем, начинающей ведьме начало казаться, что окружающий мир выцветает, теряет свои краски. За окном – полная луна. И она почему – то кажется темной, а не желтой.

-Ксюшка – перебила она, – извини, мне опять, что – то не по себе, очень устала. Ты не обидишься, если я пойду спать?

-Нет, конечно, тебе очень плохо?

-Легкое головокружение, а ты, если хочешь, посиди, ведь еще рано.

-Не хочу потом ходить мимо вас с малым, пойду в комнату, ты мне только какой-нибудь фильм включи? Не хочется лазить по компьютеру твоего мужа.

-Хорошо, идем.

Миша остался один, и рискнул выйти из коробки. Из-за марли, над головой, и неверного света полной луны, казалось, что он оказался в густом тумане, где-то вдали от людей, “в заповедных и дремучих страшных Муромских лесах”. Пришло и пропало ощущение чего-то важного. Проклятый вздохнул, и проговорил в равнодушное ночное небо:

-Пора спать. Меня ждут увлекательные дела – рубка дров, хождение по мукам, точнее по лесам, в поисках всякого растительного дерьма, и зубрежка неизвестного языка, о котором я никогда не слышал. Нельзя откладывать столь увлекательное приключение.

Он вернулся в свою коробку, и, развалившись на вате, вновь вспомнил, как он вместе с Ирой принимал душ.

-Надо попросить Иру, поставить мне сюда емкость с холодной водой. Для самоостужения – пробормотал Миша.

Ира с трудом дождалась, пока загрузиться видео, пожелала сестре спокойной ночи, и, добравшись до кровати, рухнула как убитая. Голова кружилась все сильнее, и затем еще начало лихорадить. У нее явно поднялась температура, но встать и добраться до градусника – сил уже не было.

Как иногда бывает при сильном жаре, ей стали мерещиться всякие картинки, калейдоскоп лиц и событий. Вот из этой круговерти вынырнул бандит, с дырами вместо глазниц, он что-то кричит, но слов не разобрать. Затем появилась соседка, со сломанной ногой, она угрожающе машет клюкой, но вдруг ее лицо меняется, теперь на нем испуг, и неуверенность. Гипс начинает трескаться, и из образовавшихся дыр, начинает сочиться темная жидкость. Поднимается ветер, и уносит Зинаиду Павловну, вместе с ее проблемами, а Ира уже видит группу людей, мужчин и женщин. Все они в каком-то помещении, висят на крюках, прикрученных к потолочной балке. В одном из них, она узнает Витольда, кажется, что среди повешенных, есть и девочка, но в следующий момент, некий невидимый вихрь, уносит ее из помещения.

Теперь она на набережной с коляской, но в ней нет сына. На подушечке лежит муж, он спит. Сын – же гуляет по травке, он повзрослел. Кроме них, на набережной пустынно, только вдалеке маячит одинокая фигура. В отличии от прошлых видений, тут все мирно, даже как-то душевно, но почему-то именно сейчас Ира ощущает беспокойство.

Картинка меняется, Валик исчезает, а человек, фигуру которого она видела далеко, уже находится рядом. Это высокая, черноволосая женщина. Ира, с нарастающей ненавистью узнает в незнакомке колдунью, из-за которой начались все их неприятности. Молодая ведьма, уже готова вцепиться ей в волосы и выцарапать глаза, да что там, просто перегрызть горло, но у снов свои законы. Ноги и руки становятся как вата, она не может ни то, чтобы броситься на обидчицу, но даже банально сдвинуться с места.

-Это вторая волна – доверительно ей шепчет колдунья.

-Вторая волна отката, хуже первой. Нельзя вот так взять, и убивать всех подряд с помощью магии.

Она лениво подхватывает спящего Мишу, двумя пальцами за ноги, поднимает его и вертит как куклу, рассматривает со всех сторон.

-Отпусти его, мразь!

Язык Иры также еле ворочается, слова со скрипом покидают пересохшее горло. Ведьма улыбается, обнажая жемчужные, ровные зубы.

-Что, сложно быть беспомощной?

Она перебрасывает Мишу из ладони в ладонь. У нее длинные, музыкальные пальцы. В руке ведьмы, муж кажется совсем уж крохотным, и каким-то ненастоящим. Тут он вдруг просыпается, и Ира видит, как на Мишином лице появляются удивление и страх. Она вновь пытается добраться до ведьмы, но законы сна – неумолимы. Проклятая слабость не дает ей даже приблизиться к ненавистной ведьме.

-Ты не переживешь сегодняшнюю ночь, молодая колдунья! Даже если вторая волна не убьет тебя, то третья – самая страшная, закончит дело.

Говоря это, она продолжала перебрасывать Мишу из руки в руку, как будто теннисный мяч. Ира видела, что это причиняет боль ее мужу, он морщился ударяясь о ее ладони, но при этом сохранял молчание.

-А вот когда ты умрешь, – тут Ксана, схватила проклятого за правую ногу, и подняла на уровень глаз, рассматривая, словно некую диковинку. Слегка встряхнула, и на этот раз Миша не удержавшись застонал, ему показалось, ногу сдавили мощные тиски.

-Не тронь его стерва! – Ира сделала шаг, но не приблизилась к ведьме.

-Так вот, когда ты умрешь, – казалось, Ксана не слушала ее, – твой муж в скором времени отправиться вслед за тобой.

Она подкинула Мишу так высоко, что сердце Иры болезненно сжалось, но вновь поймала.

-Отправиться да не сможет догнать тебя! – продолжила она. – Его данная клятва, его связь со мной, удержат твоего мужа.

-Отдай мне его! – Выкрикнула Ира, чувствуя как безумная, всепоглощающая ненависть заполняет ее душу.

-Самое забавное – Ксана по-прежнему не реагировала на Ирины слова, – то, что мне хочется, чтобы ты выжила. Тогда очень скоро станешь такой, как и я, хладнокровной, жестокой стервой.

-Нет!

-Станешь, станешь. Ты, не колеблясь, убила и искалечила двух мужчин. Не сомневалась, что нужно было уничтожить преследователей.

-Я защищалась, и спасала ребенка! – Ира сама не заметила, как начала оправдываться.

-Да, с этого все и начинается, а потом, уже никогда не заканчивается. Я ведь тоже, в первый раз убила, спасаясь от разъяренного, здорового мужика, который собирался меня изнасиловать. А тогда, мне было всего двенадцать лет.

-Ты мне снишься! Тебя нет! Ты заперта навечно! Как ты можешь со мной говорить? Что ты знаешь про нашу жизнь??! – Ирины нервы начали сдавать. Мир вокруг вновь начал сереть, по всей видимости, ей становиться хуже.

-Пусть это останется моей маленькой тайной.

В голосе ведьмы, слышалось удовлетворение. Она подняла лилипута на уровень глаз.

-А он забавным стал. Кстати, я советовала ему поизучать твое тело – она подмигнула Ире, – но он у тебя такой трусишка, в некоторых вопросах… Знаешь что, я, пожалуй, оставлю его себе.

Тут Ира с ужасом увидела, как ведьма, подняв извивающегося Мишу, поцеловала его, а затем втянула в рот, как макаронину. Видимо этим, она перешла какую-то черту, потому что Ира смогла разорвать невидимые, сковывающие ее тело цепи, ее оцепенение как рукой сняло, и она рванулась вперед. Ксана как раз запрокинула голову, делая глотательное движение, и молодая колдунья нанесла удар в горло. Пальцы отозвались болью, а тело ведьмы рассыпалось на цветные квадратики.

Все кончено, она опять в своей комнате. Валик сладко спит в кроватке, а вот рука болит. Видимо во сне Ира дернулась и ударилась пальцами о жесткий край дивана. У нее жар, и жутко хочется пить. Вставать нет никакого желания, она тихо уговаривает себя – надо. Переворачивается на живот, практически сползает с кровати, и все-таки встает на ноги. Зажимает под мышкой градусник, и плетется на кухню за водой. В коридоре темно, в квартире тишина. Оксанка уже спит, и это очень хорошо, сейчас Ира была бы неспособна соврать, или притвориться. Все вокруг кажется нереальным, словно она проснулась в чужой квартире. Это ощущение поддерживает и полная луна, заглядывающая в окна.
Прохладная вода, вопреки ожиданиям, не принесла облегчения. Прихватив с собой, бутылку минералки, начинающая ведьма вернулась в комнату. Пропищал градусник. Ира непонимающе смотрит на подсвеченное табло – 41.4. Кажется это очень плохо, с таким вроде бы даже не живут? Надо что-то делать, то ли принять жаропонижающее, то ли вызвать скорую? Но в следующую секунду, силы окончательно покинули Ирину. Она, упав на кровать, провалилась в вязкое забытье.

***
На этот раз, дрова рубить не пришлось. В доме, кроме хозяина, были еще трое мужчин. Здоровые, неулыбчивые парни. На хозяина они смотрели уважительно, а на проклятого, ну или меченного, оценивающе. С языком, у Миши по-прежнему было все очень печально. Из объяснений Балтона, который также, активно жестикулировал, он понял, что они пойдут в лес. Далеко. И что надо быть осторожным. Ну, раз надо так надо. Затем, хозяин что-то сказал тройке мужчин, и они, синхронно развернувшись, уставились на проклятого, и как показалось ему, с большим неодобрением.
Вышли на рассвете. Миша, усмехнулся сам себе. Сколько раз, он читал эту фразу, во всякой приключенческой литературе. Однако тут, рассветов не было. Ни рассветов, ни закатов, ни дня, ни ночи. Балтон шел впереди, показывая дорогу, меченного поставили в центр, видимо травник объяснил сопровождающим, что пятый участник их группы, пока больше для мебели. Миша реально не мог ни как понять, зачем он таскает его везде с собой. Очень быстро натоптанные тропы закончились, и они углубились в чащу. Идти было неудобно. Густая трава под ногами, цепляется за сапоги, опутывая их. С деревьев свисает паутина, множество мелких веток, тонких, но утыканных шипами, заставляют проявлять повышенную осторожность. Эти места совсем не дружественны к гостям.
Несколько раз, из чащи доносился треск и шорох, и каждый раз группа замирала, дожидаясь пока звуки стихнут. Спутники проклятого были вооружены дубинами обшитыми железом. У одного из них на поясе висел кинжал, а Мише доверили только топор, для рубки, которые были и у остальных, включая травника. Кроме оружия и топоров, они взяли заплечные мешки, с минимумом еды, и фляги с водой, явно идут искать что-то нужное для алхимии, и скорее всего растущее на деревьях. Именно к такому выводу пришел Миша, а подтвердить его не мог, из-за языкового барьера.
Шли довольно долго. К сожалению, он даже приблизительно не мог оценить, сколько по времени. Ничего похожего на часы он тут пока не встретил, солнца, по которому можно примерно ориентироваться, тоже не видел ни разу.
Вскоре вышли на поляну, которая отличалась от других ядовито-изумрудным цветом травы. На противоположной ее стороне, росли деревья, немного отличающиеся от тех, мимо которых их компания, добиралась сюда. Они выглядели как конусы, из которых растут такие же, конусообразные ветки, темно-зеленых и серых цветов. Балтон, жестом подозвал проклятого, остальные явно знали, что им делать. Они подошли к дереву, и алхимик указал на серые ветви, скрестил руки на груди, затем – на зеленые. Отмерив расстояние примерно в ладонь от ствола, он быстро срубил эту ветку. Открыв рюкзак, продемонстрировал ряд отделений и показал, как упаковать трофей. Еще раз указал на серую ветвь, снова скрестил руки на груди. Понятно – не трогать. Затем показал на пальцах, число пятьдесят. Видимо, столько урожая он ждет от Миши.
Закончив указания, травник и сам отправился рубить эти странные конусы. Работа продвигалась, проклятый постепенно увлекся. Большинство ветвей в зоне доступа были серого цвета, зеленые часто росли очень высоко, а стремянку они не прихватили. Убедившись, что никто из его спутников не пытается вскарабкаться на дерево, Миша рассудил: что и ему не стоит пытаться. Он постепенно углублялся в чащу, рубил, складывал аккуратно добычу. Это было даже увлекательно, чувствовалась какая-то цель, и время текло быстрее.
Вдруг он почувствовал что-то. Словно стоит не на земле, а на полу, над погребом. Он не мог сформулировать свои ощущения, но был уверен, что внизу, под землей, находится что-то важное. Но вот что? Проклятый огляделся, но никого не увидел. Звук топоров доносился справа, и Миша решил отправиться туда, объяснить Балтону, что почувствовал нечто странное, но в этот момент, земля ушла у него из-под ног.
-Только не сейчас, – пробормотал он, – рано же просыпаться! – И в этот момент лес исчез. Проклятый был в своей коробке, с четким осознанием – в доме беда.

***
Миша вылез наружу, проклиная все на свете и выпутываясь из марли. Балкон был залит лунным светом, и он, глянув на свое предплечье, вновь, как и на пляже, четко увидел татуировку. Он побежал, молясь неведомо кому, чтобы дверь на балкон была открыта. Повезло. Странное дело, ночник не горит, темноту в комнате рассеивает лишь свет полной луны. Электронные часы, показывают 2 – 43. Он мельком отмечает это, и спешит к кровати. Главное ни о чем не думать. Так он действовал, громя дом Ксаны. Поступит он так и сейчас, просто доверится своим зыбким предчувствиям, не стараясь проверить их с помощью мозгов.
Вскарабкался на кровать по свисающей простыне, с ловкостью поразившей его самого. Ира лежала на спине, ее тело, в неверном лунном свете, казалось алебастровым, и проклятый испугался, что на этот раз опоздал. Но тут она дернулась и застонала, и он перевел дух. Жива! А сейчас имеет значение лишь это.Миша подбежал к ее лицу. По завязке лифчика, вылез на грудь, сейчас было не до возбуждения, просто так быстрее. Добрался до плеча, и вскарабкался на подбородок. Ее тело было как раскаленная печка, и он даже не мог представить как его жене плохо в этот момент. Сев на ее переносицу, проклятый приложил татуированную руку ко лбу жены, и в следующий момент, отлетел в сторону, врезавшись спиной в подушку. Ира просто смахнула его с лица, так и не очнувшись. Повезло, что это был не удар, а скорее толчок, и что его полет над гнездом кукушки, был остановлен подушкой, а не стеной. Все равно было больно. Он с трудом встал, и наконец-то вспомнив, что Ира его слышит начал кричать.
-Ира, очнись, проснись немедленно!
Она дернулась, но не очнулась, зато заворочался Валик, и Миша, решился пойти ва-банк. Ежесекундно рискуя быть раздавленным, он приблизился вплотную к уху своей жены, и прорычал прямо туда
-А ну очнись!
Она дернулась, слегка задев его по лицу, и проклятый вскрикнул от боли, и кажется, именно это, привело Иру в чувство.
-Я тут, я тут, аккуратно, не вздумай вертеть головой, раздавишь меня – шептал Михаил, и жена наконец-то услышала его.
-Мне плохо, Кот, очень плохо… – прошептала она, отодвигаясь от него.
-Знаю, маленькая, я это почувствовал, а сейчас, пожалуйста, сделай то, что я прошу. Посади меня себе на нос, и не вздумай дергаться. И пока ничего не спрашивай! – Добавил он на всякий случай.
Но она и не собиралась, все силы потрачены на то, чтобы не потерять сознание. Подхватив мужа, усадила его на нос, и Миша вновь, приложил руку к ее лбу. У Иры возникло ощущение, что на ее переносицу положили кусочек льда, а уже в следующую секунду, ей стало очень неприятно. Она с трудом сдерживалась, чтобы не сбросить его на кровать, а потом еще и припечатать ладонью, дабы неповадно было. Это желание, до жути напугало колдунью. Сейчас что-то чужеродное было в ее муже, нечто, абсолютно неприемлемое для ведьмы и ее сути. Но именно в этом было ее спасение. И Ира изо всех сил сжимала зубы, и простыни, чтобы сдержаться и не прибить мужа, как назойливого комара.
Проклятый же вспоминал дом ведьмы, тот момент, когда он сжимал рукоять клинка, и боль, пронзающую его руку. Ощущения были схожими, но гораздо слабее, и болела лишь татуированная часть. “Надеюсь, я не стану еще меньше из-за этого. А то, придется Ире, брать меня пинцетом, и…” – подумал он. Но тут его воображение спасовало, что там может быть дальше он так и не придумал. Тогда он просто сконцентрировался на том, что делает, улегся на живот, и прижал руку ко лбу еще сильнее.
Начинающей ведьме казалось, что у нее в голове поселился паук. Или осьминог. И вот эта дрянь, своими лапками-щупальцами, лезет прямо сквозь ее плоть и мозг. Это очень неприятно, но странное дело, Ира чувствовала, что при этом, они поедают жар, терзающий ее, но он не сдается без боя. Отростки паука-осьминога, периодически вспыхивают, осыпаются пеплом, но на смену им приходят новые, и битва продолжается. Через некоторое время, ведьме стало легче, она даже кинула взгляд на малыша, тот, к счастью, продолжал спокойно сопеть в кроватке. Тогда Ира подумала про Оксану. Что та, проснувшись, обязательно решит заглянуть к ним. Как там Валик? Все ли в порядке с ней? И удастся ли ее, потом убедить, что гномик, лежащий на ее носу, это всего лишь сон? Тогда она дотянулась до простыни, которой укрывалась летом, и набросила ее на лицо, скрывая мужа от любых посторонних глаз.
Татуировка пульсировала. Миша не знал, что рисунок черного цвета, способен на такое. Боль в руке постепенно затихала, остался только зуд. А еще он чувствовал, что Ире становится легче. Наконец все кончено, паук сдох, забрав с собой жар и головокружение. Ира, тихонько стянула простынь с головы, скосила глаза на Мишу. Тот постарался встать, но не удержался, и скатился по ее щеке, упав на кровать. Он лежал без движения, и она решила, что муж – без сознания. Тогда она, поддавшись порыву, подняла его:
-Кот, – прошептала она, – ты снова помог мне. – И прижала мужа к груди.
-Ира, – сдавленно и глухо произнес он, – я смертельно устал, но я в сознании.
-Ой, прости.
-Давай выпьем, что ли? Или вы с Оксанкой допили все вино?
-Уж тебе точно хватит. – Рассмеялась она.
Затем они сидели на балконе, Миша на подлокотнике кресла, а Ира на полу, так что ее голова была на одном уровне с мужем. Тишина. На часах – 3-16, вся спасательная операция не заняла и полчаса. Проклятый смотрел на луну, периодически отхлебывая из наперстка. Ира крутила в пальцах опустевший бокал.
-Кот, а что все-таки ты сделал?
-Не знаю, маленькая, я действовал по наитию, не думая. И у меня создается впечатление, что слоган “не думать!”, можно было бы вставить себе в подпись, или выгравировать на щите, в зависимости от того, в каком мире это случиться.
-Ты снова остришь, а значит оживаешь.
-Иришка, а ты видишь что-нибудь на моем предплечье?
-Миш, прости, но подозреваю, я очень долго не рискну, посмотреть – она выделила это слово, – на твое предплечье, или еще на что-нибудь этакое. – И без всякого перехода, произнесла – мне снилась ведьма. Она сказала, что я не переживу эту ночь.
-Тебе приснилась Ксана? – Удивился он.
-Да.
Ира пересказала содержание сна, упустив только то, что ведьма играла им как куклой и пыталась проглотить.
-Может мне стоило отпустить сучку? Лезет, куда не просят.
-Да нет, я думаю, ты все верно сделал. Она получила по заслугам, пусть сниться себе дальше, думаю, это единственное на что она способна.
-Очень надеюсь, что только на это. Знаешь Ириша, нам надо вот так почаще сидеть, но я скоро вырублюсь. Пойдем спать?
-Тебя отнести?
-Ага, буду признателен.
Уложив мужа, Ира плеснула в бокал вина, и, облокотившись о перила, смотрела на луну. Все оказалось гораздо сложнее. После разборки с бандитами, она выжила лишь чудом. Но везение, не может продолжаться вечно. Ей нужен наставник. Блуждая во тьме, действуя, так как сегодня в парке, она сильно рискует. Начинающая ведьма повернула перстень камнем наружу и посмотрела сквозь него на Луну. Ничего особенного, ни точек, ни портрета потенциального мастера, ни небесного откровения она не увидела. Тогда допив содержимое бокала, она отправилась спать.

***
Миша очнулся на поляне. Видимо его перетащили сюда, пока он валялся без сознания. Над ним стоял травник, и выражение его лица, было весьма далеким от восхищения. Проклятый вскочил, и, поманив Балтона, отправился туда, где его захлестнуло странным ощущением. Мизера, как известно, ходят парами, и он собирался рассказать травнику, о своих ощущениях, рассказать, несмотря на языковой барьер. Встав на то место, где он почувствовал что-то, Миша принялся копать землю, воображаемой лопатой. Раздражение на лице алхимика, сменилось любопытством, он повторил жест проклятого, показав пальцем на землю. Тот кивнул, мол, да, копайте Балтон, копайте, и найдете там золотые гири. Травник колебался недолго, что-то приказал помощникам, и они отправились в обратный путь, судя по всему, даже не закончив работу.
Вернувшись, Балтон первым делом разжег огонь, и принялся за варку очередного зелья. Поставив на стол, уже знакомую чашу, он проколол свой палец, и Миша понял – разговор будет серьезным, раз уж хозяин принялся варить “Сонку”.
-Теперь давай рассказывай детально, что и как ты почувствовал в лесу?

Продолжение следует.

© Арет

  Обсудить на форуме

Путь проклятого. Глава 15

Глава 15. Ни там, ни тут

Котяра был огромным серым дворнягой, а может и не дворнягой, а породистым. Миша не разбирался в кошках, не любил их, и никогда не горел желанием завести у себя в доме, очаровательный, милый, пушистый и наглый комок шерсти. Наверное, из-за того, что не считал котов ни милыми, ни очаровательными. Впрочем, в данный момент, порода и характер кота, значили очень мало, а вот его размер, и пристальный взгляд голодных глаз, очень даже много. Хищник сидел, прижавшись к земле, поводя хвостом из стороны в сторону. Хотя знания проклятого о котах ограничивались тем, что у них четыре лапы, они мяукают и жрут мышей, Миша понимал, что кот готов к нападению, а он, взрослый мужчина, в данном конкретном случае, в идентификационной системе зверя, явно проходит по разряду мыши.
Михаил, стараясь не делать лишних движений, покосился на жену, в тайне надеясь, что та, заметит опасность, угрожающую ее мужу. Но она продолжала возиться с Валиком, и не смотрела в их сторону. И ничего нет рядом, хотя бы отдаленно похожего на оружие. Не то, чтобы он строил иллюзии по поводу того, что справился бы с гигантским хищником с помощью иглы, но все-таки жалел, что не подумал ни о чем таком заранее. А еще, несмотря на жуткую, и вполне реальную опасность, Михаил так и не мог заставить себя, позвать на помощь. Может быть потом, если у него есть это потом, полностью смирившись со своим теперешним положением, он и будет звать Иру, при малейшей опасности, но сейчас, он не мог переступить через себя.
Кот тем временем уже видимо пришел к выводу, что существо, находящееся перед ним, вполне съедобно, движения его хвоста ускорились. Мише показалось, что он увидел, как напряглись мускулы хищника и, понимая, что это, по всей видимости, конец, он непроизвольно отступил, поднимая вперед руки в защитном жесте. Кот бросился вперед, и вдруг замер, словно налетел на стену. Он встал на все четыре лапы, выгнул спину, но не зашипел. На морде животного появилось новое выражение, почему-то Миша был уверен, что это презрение пополам с брезгливостью, хотя в кошачьей мимике и не разбирался. Затем хищник, с равнодушным видом развернулся, и не спеша потрусил куда-то в сторону, и через секунду, скрылся в кустах. Еще не веря в то, что он спасен, проклятый устало сел на покрывало. Ноги подрагивали, особенно левое бедро. Признак сильнейшего нервного перевозбуждения.
-Какой же я дурак – пробормотал он, – мне же нельзя подыхать, проклятие вернется к Валику.
-Кот, все нормально?
Ира, наконец-то отвлеклась от малыша, и смотрела на мужа.
-Да, маленькая – спокойно, хотя словами не описать, насколько трудно ему далось это спокойствие, ответил он.
– Вот решил размяться, а тут судорога…
Михаил и начал активно разминать бедро. О происшествии с хищником, он решил не рассказывать, а то заботливая жена, его полгода из сумки выпускать не будет. Ира посмотрела на него и сказала:
-Малой проситься из коляски, наверное, тебе лучше вернуться обратно?
-Хорошо, только я сам, а ты пока занимайся Валиком.
Супруга взяла сына на руки, а Миша, вернулся “под крышу”, устроился поудобнее, и начал размышлять о том, что только что, произошло. Вариантов, с его точки зрения, было всего три.
Первый – хищник что-то почувствовал, решил, что жертва опасна. Вроде как птицы не связываются с ядовитыми бабочками, и опасными насекомыми типа ос, видя их яркий окрас. Второй вариант – это Ира, увидев опасность, отогнала кота, своими колдовскими штучками. И третий, кот понял, что перед ним не мышь, а человек, и так сказать, осознал всю неправоту своего поведения.
В третий вариант, Миша не верил от слова – совсем. Второй, был весьма реален, но ему было неприятно думать об этом. И наконец, первый, чего греха таить, это было бы здорово. Миша вспомнил, как слегка ослепнув от солнечного света, увидел на своем предплечье узор. Тогда, он лег так, чтобы солнечные лучи, сквозь щель в сумке, попадали в глаза, и через полминуты, добился того, что перед глазами появились черные точки. Проклятый вновь глянул на предплечье, так и есть, рисунок, черного цвета, виден не так четко, как татуировка из снов, но все-таки виден.
-Итак – начал он привычный диалог сам с собой, – похоже, я мечен в обоих мирах, или во сне и наяву. Возможно те же кошки, эту метку видят, ходят же слухи, что они видят незримое. Теперь важно, чтобы крысы, собаки и прочая живность относились ко мне как к отраве, и тогда вопрос с домиком в деревне будет решен.
Впрочем, этот диалог был бравадой, и попыткой успокоиться, после пережитого. Михаил прекрасно понимал, что делать выводы, на основании одного случая – дело заведомо дохлое, а экспериментировать, да еще и с разными животными, он не решится. Да и жене, про этот случай, он скорее всего не расскажет. Снаружи доносилось лопотание Валика и сюсюканье Иры, делать было нечего, и мысли проклятого, вновь унеслись на ту сторону, в мир сна.
***
Очнувшись на следующий день, он обнаружил себя лежащим на циновке, с каким-то валиком под головой, видимо Балтон позаботился о нем. Хозяин, что-то варил, то ли еду, то ли свои зелья. Заметив, что Миша пришел в себя, он кивнул, и что-то произнес. К сожалению, действие “Сонки” уже закончилось и проклятый не понял ни слова. Он виновато развел руками, хозяин кивнул и указал на стул – мол подожди, а сам вернулся к своему занятию.
От нечего делать, мужчина принялся разглядывать комнату. Никаких ковров, или там картин. Связки травы, какие-то цветы, и грибы. Шкаф, заставленный посудой, две вязанки дров. Видимо это было что-то типа кухни и лаборатории одновременно. Тут была и печка, и каменный круг, выложенный практически посреди помещения, и там, и там горел огонь. Странное дело, огонь, разведенный посреди комнаты, вообще не дымил. Михаил, было, задумался об этом, может камни специальные? Или дрова? Но в этот момент, Балтон закончил свои манипуляции, и поставив на стол две чашки, пахнущие так же как вчерашний отвар, сел напротив проклятого.
Дальнейшее напоминало пресловутый разговор слепого с глухим. Пока они завтракали, Балтон жестами показывал на предмет, и называл его. Миша честно старался повторять, стараясь не думать, что они с гостеприимным хозяином, могут в этот момент думать совершенно о разном. Вот, например, тот отвар, который они пьют. Алхимик показал на него и назвал. А что он имел ввиду? Суп? Его название? Или вообще процесс поедания этого самого супа? Через час, по его субъективной оценке, потому что ничего, даже отдаленно похожего на часы, в доме он не видел, голова проклятого шла кругом. Балтон тоже понял это, поднялся, и жестом позвал Михаила за собой.
Они вышли во двор, где Балтон протянул Мише топор, и указал на связку дров. Не забыл педантично дать название и топору, и дровам, и процессу рубки, если конечно Миша правильно понял его жесты. Ну, делать нечего, еду и крышу над головой надо отрабатывать, и проклятый принялся за дело. В течении следующих сорока часов (во всяком случае, проклятому показалось, что именно столько времени он махал топором, ну плюс минус неделя), он в полной мере осознал разницу между порубить дрова для шашлыка, и нарубить дров для обогрева дома. Поясница и руки грозили объявить забастовку, а груда дров, на которую указал Балтон, казалось, вообще не уменьшилась. Через некоторое время, Михаил продолжал, уже исключительно из-за упрямства. Он старался перейти в режим автомата, когда не думаешь, а просто выполняешь. Ему иногда удавалось так сдавать кросс. Бежишь в одном темпе, мысли далеко, ноги переставляются как будто сами собой, легкие закачивают воздух, и делают вид, что не хотят послать хозяина куда подальше. И ведь пробегал!

***
-Кот, мы идем, пойдешь в карман, пока я буду собираться?
-Да, Иришка – и проклятый привычно вскарабкался на появившуюся в сумке ладонь жены.
Ира собрала вещи, поймала хохочущего малыша, усадила его в коляску, и Миша вернулся в сумку. Он знал, что Ира не будет спешить домой, еще погуляет, и может быть дождется, пока заснет малыш. Тогда они смогут поговорить. Ира надевала гарнитуру, и они разговаривали без помех. Никому и в голову не могло прийти, что молодая женщина говорит не с кем-то на той стороне провода, а проклятого никто кроме нее не мог услышать. Но пока Валик не спал, они не болтали, просто Миша не хотел, чтобы сын лишний раз вспоминал о нем. В сумке тихо, темно и тепло. Он развалился на Ирином платке, и снова погрузился в размышления.

***
Вернувшись Балтон, жестом позвал за собой проклятого. В доме он осмотрел его ладони, усмехнулся, и смазал чем-то душистым. Боль от содранной кожи, и многочисленных микротравм, стала утихать. Михаил не строил особых иллюзий, он не сомневался, что за эту помощь, и за то, что еще произойдет, рано или поздно придется расплачиваться. И вряд ли, исключительно физическим трудом. Снова отвар, разносолами тут не баловали, и знахарь принялся проверять, какие слова запомнил его гость. Оказалось, все не так и плохо, как опасался Миша, он думал, что не запомнил вообще ничего. Затем алхимик, вытряхнул из заплечного мешка ворох сена. Хотя нет, наверное, это были травы, и прочие полезные вещи, из каких Балтон делал те мази, которые помогли ногам и рукам проклятого. Но на взгляд такого дилетанта как он – сено, оно и есть сено. Они сортировали травки, какие-то цветочки, хозяин параллельно что-то рассказывал, объяснял. Мише уже было все безразлично, и странное дело, но за все это время, за окном не произошло изменений. Словно тут не существовало времени суток.
На улице послышался шум голосов. Миша не разобрал, что происходит снаружи, но и не сомневался – у них неприятности.

***
Ира, так и не поняла, зачем выбрала эту дорогу, через самую глухую территорию парка. Тут было тихо, безлюдно, но, к сожалению, не настолько безлюдно, как хотелось бы. На дорожке двое. Парни лет двадцати – двадцати пяти, один коротко-стриженный, второй вообще бритый на лысо. В каком-то рванье, лица, словно срисованные со стенда “Их разыскивает милиция”. Надежда на то, что они не настолько отморожены, чтобы прицепиться к маме с малышом, оказалась тщетной. Тот, который бритый, и более худой, заступил дорогу коляске, обнажив в усмешке желтые зубы. Одного верхнего не хватало, что придавало его оскалу, слегка комичное выражение, но женщине было не до смеха.
-Гуляем?
Со злой усмешкой начал он, и Ира, с все усиливающимся страхом, заметила его расширенные зрачки. Похоже, наркоман, и от этой мысли ей стало совсем плохо, такие убивают за сигарету.
-Давай сумку, сука!
Зашипел второй и дернул за плечо. Ира окончательно растерялась, сумочку ей было, не жаль, плевать и на деньги, и на документы, но там еще и ее муж! Разозленный ее медлительностью, бандит толкнул ее, и сдернул сумку с плеча. Она пошатнулась, а второй достав нож, навис над Валиком.
-Попробуй только рот раскрыть, я твоего щенка порежу на лоскуты.
В этот момент, на Иру накатило, страх вдруг исчез, практически полностью, уступив место для ярости.
-Гони украшения! – скомандовал бритый.
Ира, послушно принялась снимать сережки и, в этот момент, стоящий около коляски, и угрожавший Валику, приблизился к ней, и облизнул губы. Это выглядело достаточно мерзко, но начинающей ведьме было уже все равно. Страх за сына и мужа, ненависть пополам с яростью, пробудили в ней нечто, доселе неизведанное. И как в тот вечер, после разгрома организации, она увидела своего подвыпившего мужа, в ином свете, так и сейчас, тела ублюдков, вдруг показались ей набором разноцветных линий и пятен.
-Снимай одежду, сучка, порадуй нас лаской, и твой щенок останется целым, да и ты тоже.
В этот момент Валик захныкал, и бритый с мерзкой ухмылкой спросил:
-Что пацан, хочешь посмотреть, как оттрахают твою мамку?
Иру перекосило от ненависти, но внешне это никак не проявилось. Выглядело так, словно она парализована диким ужасом. Женщина положила на коляску снятую сережку, и начала медленно, трясущимися руками, расстегивать кофточку. Бандит, угрожающий Валику, приблизился, а второй, полез в ее сумочку.
-Что за …?!
Изумленно произнес он, видимо увидев крохотного человечка. Тут его подельник, обернулся на этот возглас, и Ира поняла – пора! Она не знала, откуда в ней понимание того, что можно сделать, и совершенно не думала об этом. Среди переплетения нитей, вакханалии цветов, во всей этой паутине, ее взгляд зацепился за две линии, тянущиеся от глаз бандита, куда-то вверх. Она, мысленно обхватив их пальцами, рывком разорвала их, с одновременным возгласом:
-Ты ослеп!
Бандит вдруг замер, нож в его правой руке дрогнул, но не упал на землю, левой же, он схватился за глаза. Но Ире уже было не до него, второй лез в ее сумку, и молодая ведьма, а сейчас тут не было ни мамы, ни жены, а только разъяренная колдунья, завязала в узел, несколько нитей, проходящих через его шею. Тот дернулся, схватился за горло, сделал вдох. Рот и нос, послушно всасывали воздух, но вот дальше в легкие, он не попадал, и бандит, начав задыхаться, выронил сумку, и упал на колени.
-Я ничего не вижу! – вопль полный ярости, прорезал повисшую тишину. – Сука, что ты сделала с моими глазами?!
Бритый развернулся, и вслепую, взмахнул пару раз ножом. Воспользовавшись тем, что он стоял к ней боком, Ира что есть силы, толкнула его, и он, не удержавшись, упал в траву. Вскочив на ноги, бритый окончательно потерял ориентацию. Его глаза были широко раскрыты и зрачки расширены но, при этом, он ничего не видел.
-Где ты, блядина тупая! – Проорал он, сделав шаг в сторону.
-Покажись, я порву тебя! Мои глаза!
Ира не слушала его крики. Она подхватила сумку с мужем, и, кинув взгляд, на второго задыхающегося ублюдка, который уже дергался в агонии, быстро покатила коляску. Малыш, раздраженный и напуганный криками, расплакался. На его плачь кинулся ослепший бандит, но споткнувшись о лавочку, растянулся на траве, выронив нож. Вместо того чтобы вскочить и постараться догнать обидчицу, он начал шарить руками, в поисках своего оружия, а тем временем Ира успела свернуть, на боковую тропинку. Сзади раздавались оскорбления, угрозы и проклятия, но она не слушала. Валик продолжал хныкать, но остановиться и взять его на руки, она не решалась, а просто укорила шаг. Прошептав, что-то в коляску, Ира подергала погремушку, над головой сына, тот немного отвлекся, и начал успокаиваться. Тогда она вспомнила о муже.
-Кот, как ты там? Не расшибся?
-Все нормально, даже без синяков
Услышав это, Ирина облегченно выдохнула.
-И, маленькая моя, я больше никогда не буду шутить, по поводу того, что ты, обкладываешь меня ватой.
-Когда он уронил тебя, я так жутко перепугалась, что пришла в ярость. И честно говоря, боялась, что ты все кости переломал.
-Нет, было ощущение падения, но приземление было очень мягким, а расскажи, что ты с ними сделала?
-Ой, Кот, давай потом, а то Валик нервничает, да и мне как-то нехорошо. Я еще и сама должна понять, что же я с ними сделала, и как это у меня получилось.
Крики ослепшего бандита уже давно стихли, видимо она отошла достаточно далеко но, Ирина все – равно спешила уйти, как можно дальше. Естественно, при взгляде со стороны, ничего удивительного не было, в том, что женщина с коляской, услышав вопли и угрозы, спешит оказаться, как можно дальше, от непонятных разборок. Но ей все равно хотелось, чтобы ее видело, как можно меньше людей. Ира почувствовала слабость, и постепенно становилось все хуже. Ее начало мутить и появилось головокружение. А самым страшным оказалось то, что из окружающего мира исчезли все краски. Ей казалось, что она смотрит, черно-белое кино – серая трава, серое небо, люди с пепельными лицами. Очень кружилась голова, и она понимала, что может и не дойти до своего дома, но повезло. В подъезде, она столкнулась со своим соседом, который любезно помог ей с коляской. Закрыв за собой дверь, Ира сразу же побежала в туалет, где ее начало выворачивать наизнанку.
Так плохо ей не было никогда! Ни во время первого триместра беременности, ни после того, как в 14 лет, она в первый раз попробовала самогон на сельской свадьбе. Сейчас ее рвало. Сначала тем, что она ела днем, потом тем, что утром. После этого, видимо наступил черед внутренностей. Валик, которого Ира успела отстегнуть, но не достать, уже выполз из коляски, при этом шлепнулся, но не расплакался, и пополз посмотреть, чем это таким интересным и шумным, занимается его мама. Наверное, с его, детской точки зрения, это была игра. Он потрогал маму за ногу, стал заглядывать в туалет, стараясь рассмотреть, чем она там занимается? О чем разговаривает с этой странной белой штукой, для взрослых?
Когда начинающую ведьму немного попустило, она попробовала встать, но ватные ноги не слушались. Через силу, улыбнувшись Валику, Ира поползла по коридору, малыш со смехом пополз за ней, приняв это за игру. С трудом подавив очередные рвотные позывы, она дотянулась до оставленного на обувной полочке телефона.
С тех пор, как ее муж уменьшился, Ира периодически забывала свой телефон дома. Выбрать номер сестры, получилось только с третьего раза – дрожали руки, и перед глазами все двоилось. К счастью, Оксана была не занята, и ответила довольно быстро.
-Привет, Ириш!
-Ксюш, я отравилась, а Мишка не вернулся еще, если можешь, приезжай, посиди с малым.
Ира закашлялась.
-Чем ты траванулась? и когда?
-Ой, все потом…
Не успев договорить, она вновь рванула к туалету.
Оксана дождалась, пока Иру немного отпустит, и пообещала приехать в течении часа. Миша – же, чувствовал себя как тигр, угодивший в клетку (правда в голову лезла ехидная мысль, что он не тигр, а хомячок, но при этом старательно отгонял от себя такие аналогии). Оставшись в сумочке, которую жена перед этим на всякий случай застегнула, он все слышал, и в очередной раз проклинал свое бессилие. Миша не мог даже обнять свою жену, принести ей воду или таблетку. Да что там, он даже не мог пройтись из угла в угол, слишком уж неровная поверхность была под его ногами. Он мог только слушать и думать, думать о том, что случилось с его любимой Иришкой. Единственное что приходило на ум – это откат, но не тот откат, который так полюбился чиновникам и депутатам, а тот, о котором предупреждала Ксана. Он вспомнил, ее слова, может быть не дословно, но это было и не важно: “Любое действие сопровождается откатом. Поэтому мы не колдуем направо, налево”. Ира сделала что-то, очень сильное, спасая их от бандитов, и сейчас пожинала последствия. И проклятый не представлял, чем он может ей помочь.
Валику уже надоела однообразная игра, в которую играла мама и он похныкав, подергал за ее ногу, но она все продолжила разговаривать с белой штуковиной, не обращая на него внимания. Малыш, обидевшись, пополз в комнату. При этом Ире становилось все хуже и хуже, она по-прежнему не различала цветов, к тому же, возникло ощущение, что горло засыпано песком. Тут из комнаты донесся шум – это уже, Валик, добрался до пульта и включил телевизор.
Когда спазмы ее слегка отпустили, начинающая ведьма смогла выпить несколько глотков воды. Тут желудок скрутило опять, хотя при этом стало немного легче. А когда позвонила Оксана, Ира уже могла стоять, и частично различать цвета. Вот только землистый цвет ее лица говорил о том, что с ней не все в порядке. Перед самым приходом тети, проголодавшийся малыш, все-таки раскричался, но мама так не успела покормить его.
-Привет!
Оксана выглядела взволнованной
-Ты как? Как тебя угораздило? Чем отравилась?
Вопросы от нее сыпались как из пулемета.
А ты скорую вызывала? Может лучше вызвать? А малой чего кричит? Испугался?
Когда Оксана нервничала, всегда задавала миллион вопросов, ответы на которые были не обязательны.
-Да он просто голодный – выдавила Ира, – покорми, пожалуйста, его, а я немножко полежу, и потом поговорим.
Оксана убежала возиться с Валиком, а Ира легла на кушетку, в соседней комнате. Она обхватила сумку, со спрятанным внутри мужем.
-Ну, ты как ты, маленькая?
Взволнованно спросил он.
-Наверное, так себя чувствуют, после того, как побывают в центрифуге. Меня до сих пор тошнит.
-Думаю, что это откат, мне ведьма говорила, что с колдовством надо аккуратно, и именно поэтому маги не всемогущи. А все-таки, что ты сделала?
-Одного ослепила, а вот второй думаю, задохнулся.
-Ты у меня, просто умничка!
Миша попытался подбодрить ее, но Ира была слишком измотана.
-Не знаю, Кот, мне катастрофически не хватает знаний, и я боюсь, что, если еще раз, попробую сделать как сегодня, меня это просто убьет.
-Мы с тобой, что-то придумаем. Не буду врать, пока…
Тут зашла Оксана с Валиком на руках, и разговор пришлось прекратить.
-Я его покормила, и он развеселился, а ты как?
-Уже получше, сестричка, сможешь погулять с ним? Я попробую поспать. Потом, когда вернетесь, выпьем чаю, поболтаем.
-Ладно, а ты точно не хочешь вызвать врача?
-Точно. Мне уже стало лучше.
-Ну, а если… – начала говорить Оксана…
-Етя, уда! – Прервал ее малыш, указывая на коляску и подводя тем самым черту в их разговоре.
Когда за Оксаной закрылась дверь, Ира расстегнула сумку, и Миша наконец-то выбрался наружу.
-Знаешь, – задумчиво произнесла она, – больше всего, я жалею, что ослепила его, а не просто убила.
Не обращая внимания на его изумленный взгляд, она продолжила:
-Я действовала по наитию, и не думаю, что могла убить его таким образом.
-Солнышко, ему и так досталось, не переживай.
-Просто, он кричал, что я виновата, в его слепоте. Само собой, для нашей доблестной полиции, его обвинения будут наркоманским бредом, но вот для тех, о ком говорил демон…, для тех, кто будет разбираться, что произошло с организацией Витольда… Вот для них – это бредом точно не покажется.
-Не думаю, что они так уж и всемогущи. Да и в любом случае, ты сделала, все, что могла.
После этих слов, Миша вдруг подошел к ней вплотную, и принялся взбираться по краю халата. Все-таки он окреп, за последние дни. Для него уже не составило особого труда, вскарабкаться вверх, и перелезть на ее бедро. Ира с интересом следила за манипуляциями мужа, и тот с явным удовольствием уселся на ее бедро:
-Эх, давно я не прикасался к твоим ногам. – Пожаловался он.
-Ты это, сильно не увлекайся, – Ира с трудом сдержала смех. – У меня, между прочим, тоже давно ничего такого не было, доиграешься, что заставлю отрабатывать.
Они посмеялись, и Миша вновь стал серьезным.
-Ира, раз уж мы заговорили о преследователях, то не ищи пока ничего для меня. Я про мини предметы. А если будешь искать, то используй “Tor”.
-Кого?
-Это браузер, он помогает сохранить анонимность. Я вот, тут подумал, демон ведь не смог добраться до хранилища. Значит, рукоять этого кинжала, осталась там. И те, кто найдут ее, будут знать, о крохотном человечке. А неожиданный интерес к предметам, подходящим для меня…
-Ты действительно параноик. Неужели думаешь, что кто-то сможет отследить такие запросы?
-Могут. Не думаю, что реально отследят, но может лучше перестраховаться?
-Ну ладно, тогда покажешь мне позже, что установить и, как им пользоваться. Что-то еще?
-Да вроде все.
Миша удобно улегся на ее бедре, положив руки под голову.
-А, как ты себя чувствуешь? Отпустило?
-Пока не знаю, просто немного страшно лишний раз пошевелиться.
-Мне Ксана говорила, про откаты, что если колдовать неосторожно, то будут последствия.
Они помолчали.
-Не знаю, как, не знаю, когда – Миша говорил, словно рассуждал вслух, – но я найду информацию для тебя, чтобы было легче.
-Спасибо дорогой, я пока прилягу, а то что-то опять голова кружиться. Ну а тебе, наверное, лучше сейчас сидеть на столе, как бы мне снова не пришлось бежать в туалет.
Ира легла, а Миша перебрался на стол, он уже неплохо лазил и по скрученным полотенцам, и по свисающим покрывалам. Когда жена уснула, он бесцельно лазил по сети, тестируя микрофон в новых наушниках. Несмотря на то, что он успокаивал Иру, по поводу ослепшего бандита, сам тоже переживал, что это может быть ниточка, по которой смогут добраться и до них, а они, так и не узнали, что случилось с незадачливым преступником.

***
Поняв, что зрение не спешит возвращаться, а проклятая сучка с коляской, успела убежать, бандит практически обезумел. Он орал, махал ножом перед собой, угрожал неведомо кому.
Вот, что сделает добропорядочный гражданин, когда услышит такой набор звуков, идущий из глухой части парка? Правильно, за редким исключением, как можно быстрее поспешит в другую сторону. Поэтому первыми, кто пришел проверить, что в парке происходит, оказались трое полицейских. Глазам их предстала такая картина: один мужчина, скорчившись, лежит на земле, без признаков жизни, а второй, ходит какими-то кругами, и рычит что-то невразумительное.
-Очень похоже, что это наркоманы с передозом – произнес один из полицейских, увидев эту картину. И тут ослепший понял, что рядом кто-то появился. Он с воплем кинулся на полицейского, и это было настолько неожиданно, что будь преступник зрячим, в этот день, в парке, появился бы еще один труп. Однако бритый слепой, промазал в своем выпаде, и его скрутили. В последний момент, когда на отморозка уже надевали наручники, он умудрился вцепиться зубами, в ногу одного из патрульных.
-Твою мать!
Заорал тот от боли, и попробовал освободиться, но куда там. Ослепший вцепился намертво, по всей видимости, мстя, за весь неудавшийся день. Оторвать его получилось, только после двух ударов, дубинкой по голове.
-И что, мне теперь, уколы от бешенства колоть?! Что это с ним?
-Да вроде дышит. А вот второй готов.
-Чего делать будем?
-Да вызывай труповозку, они явно от передозировки пострадали, один подох, у второго крышу сорвало.
-Слушай, так я его сильно приложил, если…
-Если что-то случиться, значит оба сдохли от наркоты. Не хватало еще за этот мусор нам переживать.
Через два дня, так и не приходя в сознание, второй бандит скончался в лазарете. Официальная причина – передозировка наркотическими веществами.

***
Вдруг в замке двери лязгнул ключ. Миша подскочил. Ира спала, а он и не подумал, что Оксана взяла ключи. Спускаться со стола было поздно, и он просто забежал за монитор, и уселся там на его подставку. Ира проснулась от звука захлопывающейся двери.
-Приветик, ты как? – Оксана была довольна прогулкой с племянником, но встревоженной здоровьем сестры.
-Мне уже лучше, сказала Ира и огляделась.
Не увидев мужа, она успокоилась, и позвала Оксану на кухню.
Пока сестры хлопотали на кухне, Миша вернулся мыслями на сторону снов… Эти три ночи, просто слились в одну сплошную, серую массу. Дрова, сортировка травы, прогулки по лесу, где алхимик показывал ему что-то… Обучение языку и попытки готовить еду на печи… Ведь даже, несмотря на мазь травника, ужасно болели ладони, и, несмотря на постоянную загрузку, проклятый испытывал беспросветную тоску. Он все чаще вспоминал песню «Агаты Кристи»: «Ни там, ни тут».
-Да, – пробормотал он, – я действительно не живу ни в этом мире, ни в том, ни во снах ни на яву….

***
-Из какой ячейки ты достал, вот это?
Спросил Свен, стараясь контролировать голос.
-Да из обычной, без всяких маркировок. Меня Ингрид предупредила, чтобы я туда в одиночку не лазил, хоть у меня и есть это.
Он помахал руками, в черных, украшенных серебряными нитями, перчатках.
-Раздолбаи, – процедил Свен, – даже такую малость не смогли сделать нормально.
-Славяне…, как я и говорил. А что, эта штука опасна?
-Да, она токсична.
Сказать помощнику, который оставил в Мюнхене молодую жену, что он, в общем-то, уже покойник, у Свена просто не поворачивался язык.
-Крис, положи его обратно, раз уж ты в перчатках, и закрой ячейку. Потом решим, что с этим делать.
Когда, молодой человек, выполнил это распоряжение, Свен еще раз ругнулся про себя, он в тайне надеялся, что лопухнулся именно стажер, а не он. Запретная ячейка, как ей и положено, должна быть маркирована знаком: “Не открывать ни при каких обстоятельствах”. Но на этой стальной двери нет никаких предупреждений.
-Кристофер, а ты разве, не знаешь, что это за артефакт ты держал?
-Ну, часть ритуального ножа, вроде “Носперамонуса” или как-то так. Я помню, об это название все мы язык ломали… Видел картинки, но детально про него нам никто не рассказывал.
Парень явно не понимал, почему шеф такой напряженный.
-Ясно, хорошо. Ты пока работай, но обязательно дождись Ингрид. Скажи ей, пусть тоже не снимает перчатки, раз уж у них, в обычных ящиках, хранятся опасные предметы.
-Так, мне ее ждать?
-Да, ты подожди, а я пойду, потороплю ее.
С Ингрид он столкнулся в коридоре.
-У нас проблемы, – мрачно начал Свен.
-Насколько серьезные? – Спросила девушка.
-Кристофер нашел использованную рукоять “Норспеерамонуса”, причем в обычной, немаркированной ячейке.
Ингрид со свистом выдохнула:
-Ну, вот какого?! Чем они тут вообще занимались?!!
-Честно? – Свен задумался.- Даже не знаю…, и боюсь, не оказались ли мы на пороге большой войны.

Продолжение следует.

Арет ©

  Обсудить на форуме

Путь проклятого. Глава 14

Путь проклятого

Глава 14. Гости

Солнце. Приятное летнее солнце, в лучах которого так хорошо загорать. Впрочем, насчет загара, Миша испытывал сильные сомнения. Редкие солнечные лучи, попадали на него, сквозь приоткрытую щель. Для нормального загара, этого было маловато. Полностью выбраться из Ириной сумки он не мог. Точнее мог, но не хотел. А еще точнее, пожалуй, хотел бы, но это было бы неблагоразумно. Прошло три дня, с того момента, как он покинул плато с запертой там ведьмой, и попал в новый мир. Сейчас, от нечего делать, мужчина вспоминал свой разговор, с незнакомцем с той стороны. Называть его сны – другим миром, Михаил почему-то не мог. Для него, это была – та сторона.

– Ты понимаешь меня?

Слова, как будто рождались прямо в мозгу. Было непривычно, потому что не ощущалось связи между тем, как собеседник открывает рот, и самими словами.

– Да, понимаю – немного неуверенно и запинаясь, ответил он.
– Хорошо. Меня зовут Балтон. Ты понимаешь мои слова, потому что мы пили “Сонку”, этот напиток, позволяет, временно понимать друг друга.

– Временно? – вопросов было миллион, но внимание уцепилось именно за этот факт.

– Как только один из нас уснет, мы перестанем понимать друг друга. Меченный, расскажи, как и откуда ты сюда попал? Рассказывай быстро, часто пить “Сонку” нельзя, можно потерять разум.

Миша немного помолчал, собираясь с мыслями, затем уточнил:

– А почему ты зовешь меня меченым?

– Из-за вот этого – жест в сторону татуировки.

– Просто, у нас, меня назвали проклятым. Как-то привык

– Это не проклятие, это метка, пока не знаю чья. Проклятие – хуже, но, все-таки, расскажи о себе.

– Мне сложно объяснить. Я живу в другом. Наверное, правильно сказать, в другом мире. Когда я засыпаю там, то оказываюсь здесь.

– Давно?

– Сегодня вторая ночь. Ну, или день.

И решившись, Миша начал рассказывать. О том, как жил, не верил в магию, точнее просто не задумывался о ее существовании. О встрече с ведьмой, изменившей его жизнь, странной болезни сына, и предложении незнакомца. О ритуальном кинжале, и том, как он убил ведьму. О тумане, в котором он плавал, и том, что сумел найти путь сюда. О разборках с организацией Витольда, демоне и Ксане – упоминать не стал.

– Я слышал о таких местах, как то, откуда ты родом. Там чародеи и маги не в чести, вынуждены действовать тайно, а то и вовсе изгои. Думал сказки.

Балтон встал, разлил по чашкам какой-то отвар. Запахло чем-то мясным, и Миша непроизвольно сглотнул слюну, вспомнив, как он хочет есть.

– Пей, – хозяин протянул ему чашку, – это притупит чувство голода. Пей маленькими глотками и слушай. Метка на твоей руке – это что-то вроде знака отличия. Моя – жест на рисунок на шее – означает, что я знахарь, алхимик и окончил такую-то школу. Твоя – с ней сложнее, она не была сделана людьми, и большинство, при виде нее, решат, что это демоническая метка.

При этих словах, Михаил, непроизвольно поморщился, вспомнив о демоне.

– А как видно, по каким признакам, что моя татуировка, ну или метка, не людских рук дело?

Балтон задумчиво пожевал губы, сделал глоток отвара:

– Сложно сказать. Во-первых, она словно светиться. Причем, если смотреть на нее, то с одной стороны, кажется, что светиться, а с другой, понимаешь, что ночью, ее все-равно не будет видно. А во-вторых цвета. Красный не используется людьми.

– Значит, я кто-то типа демона или их посланника?

– Не совсем. Ты просто меченый. Отношение к тебе будет настороженно опасливое. Я имею в виду обычных людей. Знаешь, трогать не будут, мало ли что, зачем на себя навлекать беду? Но и на порог, на всякий случай никто не пустят. Разве что, докажешь свою полезность.

От всех этих поворотов, голова пошла кругом.

– Полезность? – Переспросил он.

– Да, ты можешь обладать какими-то способностями, вот я, например, знахарь, местный целитель, и отношение ко мне соответственное. Но если бы я был плохим знахарем, то обходили бы десятой дорогой.

– Пацан, которого я встретил, схватился за нож, но увидев эту метку, передумал. Получается испугался

– И да, и нет. Если бы ты напал на него, не переживай, дрался бы он на совесть и попытался бы убить. Но раз ты был не агрессивен, то зачем испытывать судьбу, нападая самому?

За этим разговором, проклятый сам не заметил, как допил отвар, и только поставив пустую чашку на стол, понял, что совершенно не помнит вкуса. Но чувство голода, действительно притупилось.

– А почему ты со мной разговариваешь? И помогаешь мне?

– Я учился, жил в большом городе, и общался не только с людьми. Поэтому, смотрю на такие вещи спокойнее. Кроме того, с такой меткой, ты можешь быть весьма интересен.

– Кому?

– Для начала мне. Давай я пока расскажу тебе о месте, где ты оказался?

Алхимик явно переводил тему, но Мише выбирать было не из чего, и он, просто кивнул.

– Итак, Артания – это королевство. Довольно большое. Мы же находимся в небольшом поселке, Шаарне. Но сейчас, его обычно называют Шаар. Тут добывают железо, и не только. Сейчас в Артании, началась большая война, и цены выросли. Нам помогает довольно удачное расположение. Шаар, находится в тупике, с одной стороны, окружен скалами, через которые нет перевалов. Со второй – болота, тянущиеся на сотни километров. Из внешнего мира, сюда, ведет лишь одна дорога, и этот единственный вход в долину, зажат между скал. Он узок, и при попытке войти силой, любой агрессор понесет серьезные потери. – Тут Балтон слегка усмехнулся, – хотя серьезную армию там не остановят, но речь идет скорее о бандах мародеров, каковых обычно много в смутные времена.

Миша слушал, стараясь представить, где он оказался. Все это до боли напоминало компьютерную игру. Добываем металл и дерево, чистим территорию, тут надо башенку поставить, чтобы стрелять во врагов, а тут стенку. Играть в такое было интересно, лишь в качестве кукловода, с мышкой в руке, но отнюдь не крестьянина, являющегося мелкой разменной монетой. Балтон, тем временем продолжал рассказывать, и проклятый с трудом отвлекшись от аналогий, продолжил слушать. Несмотря на все, вышеперечисленное: как, изолированность от внешнего мира, отсутствие разбойников и прочее, места тут весьма опасные. С болот, периодически лезет всякая нечисть. Когда-то от нее тут вообще спасения не было, и места считались непригодными для оседлой жизни. Но потом, кто-то узнал, что для болотных монстров, серьезной преградой, является обычный, сухой песок. Вот тогда и создали полосу отчуждения, гигантскую насыпь, шириной около сорока метров, отделяющую болота от остальной территории.

Что касается скал – с ними проще. Почти все дороги там, заканчиваются тупиками, пещер, во всяком случае, длинных, практически нет. Иногда, там появляются люди, типа Миши, или существа пострашнее, но это редкость. Остальная часть территории покрыта лесом. Поселенцы отвоевали у него некоторую часть, и сейчас там раскинулся поселок. Есть еще парочка поближе к горам, но большая часть все-таки не обжита. В лесу тоже не безопасно, хватает хищников.

***

От воспоминаний его отвлекла гигантская тень, закрывшая солнце. Над сумкой, склонилась Ира, протягивающая мужу бутерброд. Кусок хлеба, с мясом, смотрелся совершенно несерьезно, на ее исполинской ладони. Сегодня они выбрались на местный пляж. В будни тут было малолюдно, в основном вот такие мамы с колясками, иногда подростки, устраивали прыжки в воду, или играли в пляжный волейбол, присутствовали и пенсионеры. Но в целом, было весьма просторно.

– Хочешь погреться на солнышке? – Прошептала Ира. – Малой спит в коляске, мы тут за кустами в уединении. Тебя никто не увидит.

Миша задумался. Затем все-таки кивнул, и ухватился за ее указательный палец. Оказавшись на покрывале, он немного размялся, и осмотрелся.

– Вот я и попал на море, – усмехнулся он, смотря на речку. – На море с пресной водой, в которой опасно купаться, ибо аллигаторы и прочие морские монстры не дремлют, и ждут неосторожного проклятого.

– Кот, ложись, позагорай.

– Да, маленькая, с удовольствием.

Он растянулся на животе, и стоило расслабиться, как в голову снова полезли картинки с той стороны.

Рассказав кратко о местной географии, Балтон поведал гостю о жизненном укладе. Раньше тут жили исключительно рабочие и солдаты. Добывали железо, и били болотную нечисть. После того, как создали полосу отчуждения, тут стало поспокойнее, и сюда начали переселяться с семьями. Есть один большой поселок, примыкающий к горам, как раз в нем, они сейчас и находятся. Кроме него, тут есть две деревушки поменьше, башня чародея и гарнизон, караулящий вход в Шаар.

В этот момент, проклятый понял, что начинает терять нить рассказа. Видимо, к такому же выводу, пришел и его собеседник.

– Много информации, для первого раза. Скажи, ты сюда попал во сне. И это твой второй день?

– Да.

– Что произошло тут, когда ты проснулся там?

– Я думаю, что уснул или потерял сознание. Когда я пришел в себя, то лежал, тело затекло.

– Скорее всего, так будет и дальше. Значит, тебе придется распознавать моменты, когда ты будешь возвращаться обратно, и стараться быть в безопасном месте. Например, заснуть в нашем лесу – смерти подобно.

Миша, слушая Балтона, кивал головой, но думал о своем. И, в конце концов, решился задать мучивший его вопрос:

– Балтон, а какие у тебя планы на меня?

– Пока будешь моим помощником, дрова порубить, в лесу, помочь с травами.

– Я не разбираюсь в травах или зельях.

– Главное, что я разбираюсь.

– В нашем мире, я был специалистом в области, о которой тут, ничего не знают. Все мои навыки абсолютно бесполезны. И думаю любой двенадцатилетний пацан, будет намного лучшим помощником, чем я. Все-таки, зачем тебе возиться со мной?

– Из-за твоей метки. Она действительно поставлена кем-то, необычайно могущественным. И это, должно рано или поздно в чем-то проявиться.

– А если, так и не проявится?

– Я буду очень сильно удивлен. Но в любом случае, твоя смерть, во всяком случае, тут, крайне нежелательна. Может привести, к непредсказуемым последствиям. А оставшись один, ты пока обречен. Так что с завтрашнего дня, будешь моим помощником, и начнем учить язык. “Сонку” пить больше не станем, разве что при крайней необходимости.

– Да, Балтон – озарило Михаила, – а почему ты не испугался пить что-то, где есть моя кровь? Если ее так опасно пролить, то неужели пить можно?

– Дело в том, что ритуал “Сонки”, был подарен богами. И при его описании, особый упор, делается на то, что кровь, любая кровь, попавшая в него, теряет все свои связи, теряет все свои особенности, и используется лишь для понимания друг друга. А так да, пить, или использовать в другом ритуале кровь меченного, я бы не рискнул.

– А в вашем мире, боги вмешиваются в людскую жизнь?

– Раньше да, подарили ритуалы, некоторые заклятия и артефакты, но это было давно. Сейчас я о таких случаях ничего не слышал.

Миша задумался, хотелось что-то спросить, но что, он так и не успел понять. Вновь почувствовав головокружение, окружающий мир, как бы начал выцветать, и он догадался, что сейчас вернется на Землю. Проклятый успел только лишь пересесть со стула на пол, как все исчезло.

Солнце начало припекать, и Миша перевернулся на живот. От яркого света, прикрылся предплечьем правой руки. Все-равно приходилось жмуриться, и перед глазами плавали темные точки, как вдруг, проклятому показалось, что он вновь видит узор на своей руке. Ту саму метку, но на этот раз черного цвета. Он резко сел, и принялся рассматривать кожу, но она была чиста. Пожав плечами, Миша перестал рассматривать руку, и обратил внимание на жену. Ира сидела на краю подстилки, и он видел ее лишь со спины. Кинув взгляд на черные, узкие плавки, немного сползшие, и приоткрывшие не загорелые части тела, проклятый вновь вспомнил шуточки Ксаны: «ты сможешь всесторонне изучить тело своей жены».

-Интересно, как скоро, в серьез задумаюсь над ее словами? – Спросил он сам себя. – Как там говорил Робинзон Крузо? Не бывает некрасивых женщин?

– Что, Кот? – Полуобернулась Ира – ты меня звал?

– Нет, маленькая, болтаю сам с собой.

В этот момент проснулся Валик, и позвал маму. Та склонилась над коляской, а Миша, чтобы не пялиться на нее в таком, полубезумном состоянии, развернулся и замер. В паре метров от него стоял кот.

***

Самолет, следующий рейсом Мюнхен – Киев, приземлился в аэропорту “Борисполь”, точно по расписанию. Стихли сдержанные хлопки, часто сопровождающие удачную посадку, дисциплинированные пассажиры, дождавшись, пока потухнут надписи, предписывающие сидеть пристегнутыми, начали готовиться к выходу.

Четверка пасажиров, прибывших разбираться, что случилось, с их сотрудниками, ничем не отличались от прочих туристов. Никаких костюмов, да и зачем они, когда температура превышает тридцать в тени? Никаких киношных, темных очков, на которых кажется написано: “Я пересмотрел слишком много фильмов про шпионов”. Трое мужчин, и женщина.
Дама, в легкомысленном платье, из серии, покажу, больше чем спрячу. Мужчины одеты по-разному, но похожи скорее на беспечных туристов, чем на людей, с серьезным заданием. Один в шортах и цветастой гавайке, с расстегнутыми верхними пуговицами, на втором майка, с надписью “пьянки и потрахушки”. Третий одет поприличней, но по лицу видно, что вчера он серьезно расслаблялся. Чем-то крепким. Так оно и было, Свен работал на организацию свыше десяти лет и числился одним из лучших аналитиков, но вот свой страх перед полетами, одолеть так и не смог

Никаких проблем с прохождением паспортного контроля у “туристов” из Германии не возникло. Тут, как и в любом аэропорту, было довольно многолюдно. Прибывшие разными рейсами и толпа встречающих. У кого-то в руках таблички, но таких немного. Взгляд Ингрид – единственной женщины, зацепился за белый прямоугольник, с единственным словом – “Незримые”. Мужчина, державший эту табличку, не понимал, что на ней написано. И, по правде, ему было все равно. Несколько лет назад, удача улыбнулась ему, и Алексей, просто пользовался моментом. Он подрабатывал таксистом, и однажды, разговорился с пассажиром. В этом не было ничего необычного, и парень бы забыл об этом разговоре, но, уже выходя, пассажир, представившийся Петером, вдруг, дал свою визитку, предложив перезвонить, если будут нужны деньги.

Алексей колебался недолго, он всегда считал, что предложение стоит как минимум выслушать. Они встретились, и Петер предложил поработать на организацию. Ни названия, ни то чем, эта загадочная организация занимается, он говорить не стал. Смысл был в следующим: Алексей начинает получать 300 евро в месяц, за то, что он, грубо говоря, всегда доступен. Если понадобятся его услуги, то на номер, который теперь нельзя менять без предупреждения, придет смска, начинающаяся со слова “Незримые”, на немецком, русском или английском языке. Надо сказать, тут он напрягся, потому что понятие услуги – слишком уж размытое. Однако Петер успокоил его. Любая работа будет касаться только водительских услуг. Встретитьь кого-то, в аэропорту или на вокзале, возить по городу, или, если понадобиться в любой город, в пределах страны. Время за рулем будет оплачиваться отдельно, 300 евро, за то, чтобы он никуда не ездил, и был в суточной готовности. Вопрос об отпуске решился просто, один раз в год, он спокойно может ехать куда хочет, но не больше чем на две недели, и предупредить должен заранее, послав письмо на соответствующий электронный адрес. Деньги хорошие, Алексейй согласился. За три года, такую смс, он получал лишь четыре раза, и был реально уверен, что вытянул выигрышный билетик. Особенно в последние годы, когда обрушилась национальная валюта. Вчера, ему пришло задание. Встретить в Борисполе четверых, стоять с такой-то табличкой, и отвезти куда скажут.

Ингрид махнула рукой, подзывая остальных. Лучше всех, на русском разговаривал, слегка страдающий от похмелья, Свен. После взаимных приветствий, немец показал Алексею бумажку с адресом, и попросил отвезти их, как можно быстрее. Багажа у гостей было крайне мало, всего один чемодан на четверых, и ручная кладь. Пока шли к машине, пока рассаживались, Алексей пытался как-то разговорить гостей, но те отмалчивались, и он, после пары бесплотных попыток, махнул на них рукой. Дождавшись, пока навигатор выстроит маршрут, он пообещал, что на месте они будут в течении полутора часов, и дальше не делал попыток заговорить.

Немцы также не спешили нарушать тишину. Обсуждать пока было нечего. План ближайших действий был прост. Первое – приехать, осмотреться, и на основании увиденного, строить дальнейшие действия. Второе, задействовать связи организации в силовых структурах, получить доступ к расследованию перестрелки, в которой погиб Кюизак. Все необходимые кнопки, нажмут те, кому это по чину, а аналитикам надо будет пообщаться на месте. Поэтому сейчас, каждый думал о чем-то своем.

Водитель не обманул, они действительно прибыли на место через час и двадцать одну минуту.

– Мне ждать, вы поедете еще куда-то? – Уточнил Алексей.

– Нет, – ответил Свен, остальные уже отправились к забору, окружающему старенькое здание. – Я позвоню Вам, когда ваши услуги понадобятся.

– Мне обещали – водитель немного помялся, – что поездки оплачиваются отдельно. – Свен устало вздохнул, ему не терпелось присоединиться к остальным, и этот разговор начинал утомлять.

– Все будет оплачено. В следующий раз, получите дополнительную плату. Перешлите в письме, на тот же адрес, на который присылаете уведомления об отъездах из города, ваш километраж. Только не приписывайте слишком много, могут проверить, и если поймут, что вы недобросовестны, контракт будет прерван в одностороннем порядке.

Алексей что-то буркнул в ответ, немец уже не слушал, он спешил к остальным.

Самым первым препятствием, как ни странно оказались ворота, закрытые изнутри на обычный навесной замок. У прилетевших разбираться, были с собой все электронные ключи, как для замков, так и для серверов. Почему на воротах оказался навесной, вопрос небезынтересный, и, пожалуй, достойный того, чтобы задать его кому-либо из местного руководства. Святослав, если бы он был жив, мог бы ответить на этот вопрос. Здание, на окраине города, окруженное забором, да еще и оборудование электронными замками, привлекло бы ненужное внимание. От внимания чиновников, и всяких проверяющих тут давно и надежно откупились, но незачем привлекать внимание всяких зевак. На самом деле, причина была проще – обычное раздолбайство. Когда закончили оборудовать здание, хранилище, электронные замки, и остались поверхностные доделки, все иностранные сотрудники уехали, оставив список необходимых доработок. Команда Святослава, честно выполнила все необходимое внутри здания, а вот потом, с оградой как-то сначала отложилось, а затем и вовсе забылось.

– Ингрид, посмотришь?

– Холодное железо, не мой конек, Кристофер справится.

Светловолосый парень в футболке с фривольной надписью, недовольно покосился на девушку, вздохнул, и полез в чемодан.

Славяне – пробурчал он, и из его уст, это слово прозвучало как ругательство. – Ничего не могут сделать как надо.

– Да, педантичности и ответственности им не хватает, сказал Свен глядя сквозь забор на здание, и ситуация ему не нравилась. Совсем не нравилась. – Зато тут, часто встречаются одни из самых сильных чародеев

– С учетом того, что с большинством колдунов мы играем за разные команды, тот факт, что у них тут логово, никак не добавляет мне любви к этим странам.

Ворча, Кристофер извлек из чемодана связку ключей. К счастью в зазоры между прутьями вполне можно было просунуть руку, и блондин принялся колдовать с замком. Через пару секунд раздался щелчок, и ворота распахнулись.

– Не нравится мне тут – нарушила молчание Ингрид. – Тут просто воняет смертью.

– Согласен, что-то тут не так – Свен огляделся, – но реальной опасности я не чувствую.

На стоянке, перед зданием стояло пять машин, разных марок. Ничего привлекающего внимание.

– Смотрите!

Голос принадлежал последнему из четверки гостей – рыжему, полноватому мужчине. Его внимание привлек еще один автомобиль, который не заметили сразу, так как тот, практически полностью заехал в густой кустарник. Приблизившись, Кристофер распахнул заднюю дверцу, и моментально зажал нос. В воздухе разнесся омерзительный трупный запах, и мужчина моментально захлопнул дверцу.

– Думаю внутри, нас не ждет ничего хорошего. – Свен посмотрел на закрытую дверь. – Раз уж даже с улицы трупы не убраны.

Ингрид, коснулась одного из своих колец, и согласно кивнула.

– Стоять тут все равно бессмысленно – резюмировал Ларс, или как его иногда называли – Рыжик, – пойдем что ли?

Свен приложил свой ключ-карточку к считывающему устройству, и лампочка приветливо подмигнула зеленым глазом. С тихим щелчком дверь распахнулась, и на этот раз отпрянули все. Запах был похож на тот, в машине, только послабее. В коридоре их встретил, уже начавший разлагаться труп. Пол был залит какой-то пеной, по всей видимости, работала система пожаротушения.

– Смотрите – Ларс указал, на сломанное считывающее устройство при выходе – кто-то тут хорошо постарался.

– Значит, все не заходим, – решил Свен, – если такое около всех выходов, придется потом прыгать через окна. Кристофер, останешься тут, подготовь биолокатор, и “уборщика”. – Тот молча кивнул.

Через пять шагов стало ясно – без респираторов тут не пройти.

– Ингрид, – прошипел Свен, которому сильнее всех хотелось расстаться с содержимым своего желудка, – ты долго будешь ворон ловить?

– Прости, сложновато сконцентрироваться.

Она вновь коснулась кольца, что-то пробормотала под нос, и сделала ладонью жест, перечеркнув воздух крест-накрест. Сразу стало легче, всем им, словно отключили обоняние, и приехавшие принялись методично обследовать здание. То встретило их противоестественной тишиной, и трупами. Они лежали в разных позах в коридорах и комнатах. В одном из помещений были видны следы пожара. Серверная разгромлена.

– Хорошо, они кому-то перешли дорогу – пробурчал Ларс. – Знать бы еще кому.

Убедившись, что наверху никого и ничего не осталось, гости спустились к хранилищу. Свен, подойдя к сканеру сетчатки, вставил карточку в едва заметную щель. Одна из панелей отъехала в сторону, обнажая ряды кнопок. Мужчина набрал восемнадцати значный код, и дверь, преграждающая путь, бесшумно отъехала в сторону.

– Ну, перешли они дорогу кому-то, кто оказался не в силах, приблизиться к руне “Страж” – усмехнулся Свен. – Хранилище, похоже не пострадало. Пойдем, проверим нашего Кристофера.

Блондин, отставленный на стреме, уже выполнил задание, и откровенно скучал.

– Что там? – Спросил он, стоило им выйти наружу.

– Похоже мертвы все. Сейчас считаем, кто они, сверим со списком сотрудников, если кого нет, будем искать. Трупы надо убрать, сколько у нас “EC-02”?

– Стандартная упаковка двенадцать штук. – Отрапортовал Кристофер.

– Мало. Тогда так, сначала уберем в машине и на пороге, но прежде, давайте ка определим, кто есть кто. Ингрид, отключи Кристоферу обоняние.

Девушка кивнула, повторив манипуляции, избавившие их от отвратительного смрада внутри здания. Блондин благодарно кивнул, и активировав биолокатор (внешне, тот выглядел как металлическая трубка, с утолщением в основании), приблизился к покойному, встретившему их около дверей. Любой сотрудник организации, при приеме на работу, проходил несколько обязательных процедур. В результате одной из них, в общей базе данных, оказывались их данные, позволяющие однозначно идентифицировать человека. Стоило прикоснуться биолокатором к человеку, неважно, живому или мертвому, и на небольшом экране высвечивалась информация.

– Личность не идентифицирована – с изумлением произнес блондин.

– Может это из нападавших? – Предложила Ингрид – пойдем, проверим в машине.

Трупы в автомобиле, также не подлежали идентификации.

– Сейчас пройдемся по зданию – решил Свен, – этих – жест в сторону водителя и пассажира – сфотографируй, и надо уничтожать. Местность тут не просматривается, но лучше все-таки перестраховаться.

Кристофер кивнул, и извлек из небольшого контейнера предмет, больше всего напоминающий паука, размером, примерно, с фалангу указательного пальца, взрослого человека. “EC-02” или по простому “уборщик”, являлся универсальным уничтожителем трупов. Стоило посадить такого жучка на любой оголенный участок мертвого тела, как тот начинал действовать. Для начала погружаясь в плоть, там он рассыпался на множество составляющих, которые начинали в ускоренном темпе разлагать мертвую плоть. При этом он каким-то образом, то ли по ДНК, то ли по иному принципу определял все то, что принадлежало мертвому и находилось в ближайшем радиусе, кровь, оторванные конечности, и прочее. И через три, максимум пять минут, и “уборщик” и тело, разлагались в пыль.

Покончив с бывшими охранниками, и трупом около дверей, трое направились вглубь помещения, на улице, на этот раз, остался Ларс. Через полчаса, трое гостей пришли к неутешительному выводу, ни одно тело, не подлежало идентификации.

– Не верю, что тут нет наших сотрудников – растеряно, произнес Кристофер

– Вот, Святослав, я видела его фотографию – ответила Ингрид, показывая на одно из тел.

– А значит, что кто-то, успешно разрушил все личностные аспекты. Защитились от любых попыток считать посмертную память – резюмировал Свен.- Пойдем на свежий воздух, у нас много работы. – Произнося эту фразу, Свен уже набирал номер водителя.

– Алексей, нам снова нужны ваши услуги, да, чем скорее, тем лучше, спасибо.

Выйдя на улицу, кивком подозвал скучающего рыжего, и начал:

– Итак, один из нас, ты Ларс, сейчас поедешь, встретишься с нашим человеком, в местной полиции.

– Он наш в смысле из…

– Нет – перебил Свен, – просто прикормленный. Он должен помочь, максимально информировать по делу Кюизака. Нужны все странности, несуразности и нестыковки, впрочем, не мне тебя учить. Вот адрес, контакты. Кристофер, Ингрид, вы в хранилище. Ин, ты его введи в курс дела, что можно, что нельзя, как маркируются опасные ячейки и все в таком духе. Может быть, найдете еще “уборщиков”. Да, и в любом случае используйте перчатки. Мало ли, что там хранится, за что именно их убили. А я пока свяжусь с начальством.

Получив указания, Ингрид с блондином, сразу же скрылись внутри здания, Свен с Ларсом покурили, и рыжий отправился к воротам, а начальник принялся колдовать около входной двери. Вместо развороченного демоном сканера, установил временное устройство, замкнув дверь на него. Затем извлек из кармана сотовый. Внешне невзрачный телефон, был совершенно бесполезен в чужих руках. Включался он лишь после скана Свеновской сетчатки глаза. На том конце ответили почти сразу. Свен был крайне лаконичен. STR – связь штука надежная, но рисковать не стоит.

– Мы на базе. Только трупы, тридцать человек. У всех полностью разрушен личностный аспект. Сервера также не поддаются восстановлению. Хранилище не пострадало. Ларс получит информацию о деле Кюизака, мы осмотрим все что уцелело, и я повторно позвоню.

Свен кивнул, слушая ответ, потом отключился. Немного поколебался – идти ли вниз, или выкурить сигарету, все-таки выбрал второе. Постепенно темнело, день оказался долгим и насыщенным. Идти вниз не хотелось, но работа, прежде всего. Отправив бычок в урну, он вздохнул и уже практически отправился в хранилище, но тут в дверях появилась Ингрид.

– Нашли что-то?

– Пока нет, стандартный набор. Оставила стажера, предупредила не лезть ни в какие маркированные ячейки. Там еще около двадцати безопасных, надеюсь, найдет “уборщиков”, надоело отключать запахи. – И она закурила.

– Ладно, Ин, пойду, посмотрю что там, и начнем искать тех, кто способен на такое.

Женщина молча затянулась, но Свен и не ждал ответа. В уже намного лучшем расположении духа, мужчина спустился к хранилищу, и войдя внутрь ощутил как сердце рывком ушло вниз, и затаилось где-то на уровне пяток. А на его месте, в груди, образовался ледяной ком. На столе, в абсолютном порядке, с истинно немецкой педантичностью лежали разнообразные предметы и артефакты, в том числе и контейнер с “ EC -02”. Но не это привлекло внимание Свена – мужчина, не мигая смотрел на абсолютно неожиданный предмет, ярко-желтую рукоять “Норспеерамонуса”.

Продолжение следует

Арет ©

  Обсудить на форуме

Путь проклятого. Глава 13

Глава 13. Из жизни попаданцев.

Проснувшись, Миша первым делом осмотрел правую руку. В коробке было темновато, но несмотря на это, он был уверен: никакой татуировки на руке нет. Вздохнув, мужчина прошептал:

– Интересно, а не схожу ли я с ума? – Но ему никто не ответил. Помня о том, что Валик начал его слышать, мужчина не рискнул сразу звать Иру. Некоторое время прислушивался, но ничего так и не услышал. Рискнул выбраться наружу. Оказалось, он остался во второй комнате, жена либо забыла перенести его, либо не посчитала нужным.

В квартире тишина. Тронув мышку, он разбудил уснувший ноутбук. 5-44. Рановато, жена и сын, наверняка спят. Миша еще раз осмотрел свою руку. Ни следа загадочного узора. Он сделал зарядку, ну как зарядку, скорее легкую разминку. Мысли путались, он не мог ни на чем сконцентрироваться, даже на разминочных упражнениях.

Идти будить жену? Мало ли какая у нее была ночь. Пусть спит. Поговорить они успеют. Лечь, постараться уснуть? Но мужчина хорошо знал себя. На данный момент, это совершенно бесполезно. Протестировать микрофон на старых наушниках? На предмет того, сможет ли он уловить его голос? Идея хорошая, но не своевременная. Те наушники, немного барахлили, тогда он их просто сунул в коробку, взял новые, но без микрофона. Это произошло буквально за пару дней, до встречи с ведьмой, потом уже стало не до наушников.

Тишина. Абсолютно нечем заняться, и мужчина решил побродить по квартире. Конечно, они договаривались с женой, что он не будет просто так лазить по полу, она еще не привыкла смотреть под ноги, да и Валик, случись что, может оказаться не в меру быстрым. Но сейчас, ему захотелось размяться.

Спустившись на пол, Миша решил прогуляться везде, куда сможет залезть без риска застрять. Без какой-либо особой цели. Просто для того, чтобы убить время. Под диваном было тесновато и пыльно, начихавшись, и осознав, что выпрямиться под ним он не сможет, мужчина решил, что там делать нечего. А вот за шкаф, забраться было вполне реально. Если бы кто-то спросил мужчину, а вот зачем он это вообще делает, ответа он бы не получил. Во всяком случае логичного. С другой стороны, скука зачастую бывает страшнее реальной опасности.

Протиснувшись между шкафом и стеной, мужчина пару раз чихнул. Темно и опять-таки пыльно. И никакого ощущения тайны, как это бывает в детстве. Когда стоишь, смотришь на шкаф, который, с твоей, детской точки зрения, всегда тут стоял, и думаешь:

– Какие же тайны скрываются за его задней стенкой? Может быть там живут гномики из сказки? – И стоило подумать про гномиков, мужчина усмехнулся. Теперь то точно живут. Во всяком случае один гномик тут есть.

Не желая возвращаться, он прошел вдоль стены, собрав пыль и найдя, невесть как попавшую сюда монетку, он выбрался, с другой стороны. О том, что будет, если он напорется на какой-либо торчащий, ржавый гвоздь, или застрянет намертво в незаметной обычному человеку трещине, он не думал. Оконные занавески, свисали до самого пола. И оказались очень удобными, чтобы вытереть пыль и грязь, которые он собрал в своем «зашкафном» путешествии.

– Хорошо, что Ира не видит, и не увидит – улыбнулся он, и отправился дальше.

Идя по ставшей такой большой, такой чуждой квартире, мужчина не переставал думать. Миша был из тех людей, чей внутренний диалог, практически никогда, не прекращался. Он мог, раз за разом, прокручивать в голове события прошлого дня, или какой-то сюжет, или, даже случаи из детства. Говорить с невидимым собеседником, стараться придумать, как надо было бы поступить в той или иной ситуации. Вот и сейчас, он думал, правильно ли поступил, оставив ведьму. Может стоило ее отпустить? Или наоборот, поиздеваться, подразнить и все равно оставить? Как бы там ни было, правильного ответа, на такие вопросы, просто не существовало. В какой-то момент, он начинал вспоминать, как они шутили, Ксана давала советы, что сделать его жене, чтобы все-таки добраться до демона, и что ему предложить. И тогда, мужчине казалось, что он слишком жестоко поступил с ведьмой. Но в этот же самый момент, перед глазами вставала девочка, которая никогда не отпразднует девятый день рождения. Валик, на которого, отныне придется смотреть тайком, и нельзя приблизиться. И Миша решал, что все верно сделал.

Вот за такими размышлениями, мужчина добрался до кухни.

Там было чистенько. Кафель на полу, приятно холодил босые ноги. Проклятый рассматривал кухню как в первый раз. Вот полотенце, скрученное в канат. Можно вскарабкаться на стол, но особо не зачем. Из-за летней жары, оставлять любую портящуюся еду без холодильника нельзя. А грызть печенье или сухарики, он не хотел.

Ходить пешком под стол. Как часто взрослые используют эту фразу в отношении детей, или старики любят сказать такое тому, кто помоложе. Миша, улыбнувшись, посмотрел на деревянного, огромного как небоскреб, монстра. А ведь когда-то, именно он собрал его, и поставил тут. Теперь это кажется немного нереальным. И появилась грустная мысль: «интересно, а когда я забуду, что вообще был нормальным человеком?». Но в это утро, горевать не хотелось, и Миша, вновь осмотрев стол, вдруг широко ухмыльнулся.

– Ходить пешком под стол, залезть под платье – проговорил он вслух, смакуя каждое слово, будто пробуя его на вкус. Как, все-таки расхожие фразы, иногда, могут поменять смысл. Вот так, думая о своем, он не заметил, как приблизился к стене.

Он не знал, что вчера, Ира, когда готовила себе чай с медом, уронила полную ложку на пол. Конечно, женщина убрала весь мед с пола, но не заметила, что часть попала на стенку. И сейчас, Миша, рассеянно бродящий по кухне, умудрился влезть бедром, в это липкое и сладкое пятно.

– Черт, – ругнулся он, инстинктивно схватившись рукой за ногу. – Дважды черт! – Теперь и нога, и ладонь стали липкими. Мужчина не являлся каким-то неженкой, или чистюлей. Не брезговал ни мыть малыша, ни стирать при необходимости пеленки. В детстве обожал ездить с отцом в гараж, пачкался и в масле, и в пыле, и никогда не переживал по этому поводу. Но вот липкую кожу – терпеть не мог. Он даже, обедая, иногда ходил, два-три раза мыл руки, если пачкал их в чем-то липком. И сейчас, с отвращением глядя на ногу и ладонь, лихорадочно соображал, как поступить.

Разбудить жену? Можно конечно, но при мыслях об этом, что-то внутри мужчины, просто переворачивалось. Ну точно, малыш зовет маму. “Мама, помой меня!” Вот не мог он так поступить.

Ждать? Пока сама проснется? С одной стороны – самое правильное решение, а с другой, вариант ничем не отличается от первого. Так же точно, принять помощь от жены. Тем временем, липкая ладонь не давала покоя, думая, как избавиться от этой дряни, он добрался до ванной. И улыбнулся, увидев, что из крана капает вода. А значит, есть шанс, все сделать самому. И именно это отличает его от младенца.

Кое-как обтерев руку о валяющуюся тряпку, он принялся лезть вверх, по свисающему полотенцу. Было сложнее чем обычно, каждый раз, правую руку приходилось отрывать, но сантиметр за сантиметром, он поднимался вверх.

Как известно, если какая-то неприятность должна случиться, она случиться. Миша не знал наизусть точной формулировки этого закона Мерфи (а может и не Мерфи), но вот его смысл, помнил хорошо. И само собой, та самая неприятность случилась, как раз в тот момент, когда проклятый был на половине пути. Старательно цепляясь ногами за полотенце-канат, он все-таки прикоснулся к нему, испачканной стороной ноги. И приклеился, как говориться намертво.

– Твою ж мать! – Выругался он, стараясь оторвать ногу. Полотенце тянулось за ней, не отпуская. Висеть тут было бессмысленно. И Миша решил, что сможет добраться до раковины, и уже там освободиться.

Подъем усложнился, полотенце тащилось за ним, становясь все тяжелее. Руки словно налились свинцом. Богатое воображение услужливо нарисовало его тело, лежащее на полу ванны, и некролог: “погиб, пытаясь добраться до раковины”. Славная кончина для убийцы ведьмы.

Через минуту, он сдался. Придется спускаться, если это еще возможно. Руки предательски подрагивали, все-таки мало внимания он уделял физическим нагрузкам. Возникло желание заорать, позвать на помощь, но мужчина подавил его. Может и глупо, но сейчас, в его состоянии, проклятый предпочел бы разбиться, чем позвать на помощь.

Спустившись до того места, где он прилип к полотенцу, Мига вновь попробовал оторвать ногу, и в этот момент, полотенце выскользнуло из рук. Сорвавшись, он перевернулся головой вниз, и конечно, в этот же самый момент, нога, которая казалось приклеилась намертво, благополучно оторвалась от полотенца. Миша часто слышал, что иногда, в минуты смертельной опасности, время начинает течь по-другому. Не знал, правда это или художественный вымысел. И сейчас, понял – правда. Словно в замедленной съемке, он видел, каждый узор, каждую ниточку на полотенце. Успел представить, что произойдет в тот момент, когда его голова соприкоснётся с кафелем, украшающим пол. Руками судорожно вцепился в ткань. Пальцы заныли, казалось сейчас они вылетят из суставов. Падение замедлилось, но его начало разворачивать. Потом, он так и не смог вспомнить, как успел обхватить этот канат ногами, как вцепился в него мертвой хваткой, и медленно, головой вниз, сползал на пол.

Полностью, проклятый пришел в себя, уже лежа на полу. Кафель холодил спину, ужасно болели руки, и кажется он содрал кожу на бедре. Мужчина, несколько раз сжал и разжал пальцы, и облегченно вздохнул. Слушаются, значит не сломаны. Однако о путешествиях по канатам, похоже на пару дней придется забыть.

– И зачем мне все-таки жить? – Спросил он у потолка. Потолок остался равнодушным, ему было плевать на людские проблемы. – Хотя, с другой стороны, я все-так спустился без посторонней помощи – продолжил он. Честно говоря, эта мысль не сильно успокаивала. Надо бы встать, но сил на это не осталось. Вот так он и лежал, пока на пороге ванны не появилась жена. Ира, широко зевая, сделала шаг, на пол она явно не смотрела.

– Доброе утро, маленькая! – Поприветствовал ее Миша, с удовольствием рассматривая стройные ноги.

– Ой! Что ты тут делаешь?? – Ира явно перепугалась. – Мы же договаривались!

– Лежу. Хотел помыться, да вот, не получилось. – Ира села на край ванны, и выдохнула:

– Кот, пожалуйста, если не планируешь довести меня до инфаркта, не делай так больше.

Все-таки ему пришлось принять ее помощь. И пока Миша, сидя в кружке, тщательно отмывался от меда, Ира покормила Валика, и заиграла его. Малыш листал книжку, и игрался с ее телефоном, а муж и жена, наконец-то смогли поговорить. Утренний инцидент, по молчаливому согласию, решили забыть, так словно его и не было.

– Что думаешь о словах демона? О переезде? – Миша помолчал, задумчиво ответил:

– Боюсь, что он прав. Повторюсь, такого не прощают, искать, те с кем был связан Витольд с дружками, будут тщательно и усердно.

– Тогда квартиру придется продать?

– Вероятно да. Получать аренду, это, случись что, дополнительный след. А так, переедем в деревню, будешь там настоящей сельской колдуньей.

– Ох, Миша, Миша. Сразу видно, что в деревне ты не жил, только шашлыки на природе.

– Это ты, о чем? – Удивляется он.

– В деревенском доме, очень много всякой живности, которая не часто бывает в городских квартирах. И это не насекомые, которые тоже весьма докучают, это мыши, и иногда крысы. Вот извини, Кот, но это правда, тебе ни с теми, ни с другими встречаться не стоит.

– Согласен, не подумал о них – он задумался. – Ладно, будем решать вопросы по мере поступления. Думаю, с вредителями, мы, точнее ты, что-то решишь.

– Как ведьма?

– Давай, мы будем говорить колдунья? – Это звучит как-то поприятнее.

– Ладно, но не уходи от ответа. Ты думаешь, я смогу научиться их отваживать?

– Такой вариант есть. Но не будем рассчитывать только на него. Уверен, что в мире хватает технологических новинок, типа того же ультразвука. Только поискать надо.

– Миша, демон говорил о том, что у нас есть время, до переезда. Давай поговорим об этом позже. Раз уж мы получили передышку, давай используем ее.

– Как именно? – Он был слегка сбит с толку.

– Мне не нравится, что у тебя нет ни одежды, ни нормальной возможности поесть, выпить кофе. Я хочу поискать мастеров по созданию миниатюрных предметов. Помнишь сенсации из серии, кто-то там создал модель чего-то там?

– Думаешь, это сейчас так важно?

– Да. И не перебивай. Я не закончила. – Он поднял руки ладонями вверх, мол слушаю тебя, жена моя. – Кроме этого, надо поискать нормальную няньку. Нельзя все время рассчитывать на Оксанку. А то она возьмет и выйдет замуж, и вообще никто не сможет помочь.

– Ну, нянька – это вариант, но нам нужна не нянька, а типа временная помощница. Раз в неделю, а то и реже. Не уверен, что такое сейчас практикуется.

– Думаю можно найти. В крайнем случае будем платить больше.

– Или ты применишь чары – сострил он.

– Или применю. – В голосе жены не было и тени шутки, и Миша наконец-то проникся серьезностью разговора.

– Ладно, Ириша, попробую быть серьезным. Я вчера составил список покупок, с их помощью, попробую снова начать работать за компом. Ведьма говорила, что много всяких магических предметов, можно найти, в самых обычных местах. Не думаю, что это очень просто, но у меня будет хоть какое-то занятие.

– Хорошо, Кот.

– Это не все, ты заберешь себе ноутбук, а для меня соберешь компьютер. Придется тебе его скрутит, думаю проблем не возникнет. Думаю, пора мне переехать во вторую комнату на постоянной основе.

– Почему?

– Раз уж Валик начал меня слышать, лучше перестраховаться. – Да и тебя, практически голой буду реже видеть, но это он уже не стал произносить вслух.

– Хорошо, Миш, сделаю. И сегодня, пора тебе пойти гулять с нами.

– Ты придумала, место для своего мини-мужа? – Улыбнулся проклятый.

– Не называй себя так.

– Ира, ты же психолог. Сарказм как защита. Так что насчет места?

– В переднем кармане коляски. Он прикрыт мелкой сеткой, никто там тебя не увидит, а если и увидит, то решит, что померещилось. А ты хоть нормально воздухом подышишь. Да и…

– Ириш – он говорил нежно, с легкой улыбкой, – я все понимаю. Давай сходим вместе.

Все было не так. Мужчина развалился на мягких тряпках, наверное, они назывались как-то иначе, но для мужчины вся ткань, которая не одежда, или не полотенца, шла по разряду тряпок. Ему все время хотелось помочь жене: скатить коляску, придержать дверь. Очень сложно было ощущать себя чем-то вроде мебели.

Они гуляли, Ира болтала с Валиком, тот пытался ей отвечать. Потом к ним подошла соседка, поделиться новостями. Оказалось, что Зинаида свалилась с лестницы, и сломала шейку бедра. Очень и очень плохо в ее возрасте. Врачи говорят, что лечение продлиться очень долго, и скорее всего теперь ей придется ходить с палочкой. В голосе соседки, Миша так и не смог вспомнит ее имени, не было ни капли сочувствия. Вредная бабка, умудрилась достать всех.

Остаток дня прошел спокойно. Руки болели, Миша мазал их какой-то мазью, и разбирался с микрофоном. К сожалению, тот барахлил, а может чувствительности не хватало, но голосовое управление не срабатывало. Намучавшись с мышкой, и клавиатурой, мужчина создал себе табличку, куда решил записывать свои спортивные успехи. Не то чтобы она была ему очень нужна, но вся эта активность помогала справиться со скукой.

Стоило уснуть малышу, пришла Ира. Она принесла пиво, сейчас, женщина могла позволить себе немного. Они практически досмотрели вчерашний фильм, но под конец, как раз перед появлением Сигурни Уивер Миша уснул, сказался ранний подъем.

Снова горы. Стоило уснуть, мужчина оказался в том же месте. Спина ныла, шея затекла, похоже он лежал прямо на дороге. Странное дело, что не замерз. Самое обидное, что он по-прежнему был босиком. Иными словами, все выглядело так, словно он, провалялся без сознания тут, пока бодрствовал в реальном мире.

С того момента, когда Миша стал проклятым, его сны, подчинялись некой логике, и были последовательны. Взгляд назад, туда, откуда он предположительно появился, так и есть: куча камней никуда не делась.

Немного размявшись, и восстановив кровообращение в затекших конечностях, мужчина двинулся вниз. Туда, куда вела тропинка, зажатая между скалой и пропастью. Идти было не очень удобно, много мелких камешков кололи босые ступни. Это мелкое неудобство, грозило превратить прогулку в кошмар. Миша старался не обращать на это внимания, но нет-нет, болезненно морщился.

Тропинка, обогнув скалу, стремилась вдаль, скрываясь за следующим поворотом. Похоже на горный серпантин, и чтобы проверить свое допущение, Миша осторожно подошел к краю, заглянув в пропасть. Его взору открылась отвесная скала, уходящая вниз на сотни метров. Сплошной голый камень вверху, плавно переходящий в зеленое море, образованное скорее всего кронами каких-то деревьев. Вздохнув, проклятый отправился дальше. Дорога вела вниз, под очень маленьким уклоном, спускаться долго, зато удобно, не нужно никакого альпинистского снаряжения, а вот пара ботинок, оказалась бы весьма кстати.

Свернув в очередной раз, Миша услышал странный гул. Словно где-то недалеко находился источник высокого напряжения. Шум раздавался откуда-то спереди, и немного поколебавшись, мужчина медленно двинулся в сторону источника шума.

Облако. Не совсем точное определение, но лучшего Миша подобрать не смог. Тропинка вела мимо ниши, выдолбленной в каменной стене, и вся ниша была занята чем-то действительно похожим на облако. Оно было серого цвета, и странный гул исходил именно из недр этой аномалии.

– Будь это компьютерной игрой, я бы сохранился и проверил что там – пробормотал мужчина себе под нос. – А так, ну его нафиг, и он поспешил вниз, подальше от странного “облака”. Вскоре гул затих, и мужчина сбавил темп. Все-таки бежать в горах, особенно в незнакомой местности – гарантированное самоубийство.

Несколько часов, ничего не происходило. Тропинка петляла, иногда расширяясь, до размера хорошего шоссе, иногда сжимаясь в струнку, так что Мише приходилось идти “по стеночке”. В такие моменты было особенно жутко, но радовало то, что таких опасных мест было немного. Пару раз он слышал гул, похожий на издаваемый аномалией, но больше ничего похожего на облако не видел. Несколько раз, коварные камни, проворачивались под ногами, начинали скользить. Мужчина каждый раз успевал среагировать, и пока все обходилось, но такие сюрпризы грозили большими неприятностями. Богатое воображение рисовало, как он не успевает отскочить, и сначала раздается хруст, а потом щиколотка отзывается дикой болью. И его поход окончиться так и не начавшись. И вроде бы не так уж и страшно умирать во сне, да вот есть одна беда: происходящее с ним, не воспринимается как сон. Совсем.

Небо затянуто облаками, Солнца не видать. Ветер не сильный и не холодный. Вроде как идиллия, но мужчина все чаще ловил себя на мысли, что хочет пить. И желательно поесть, но пить больше. Услышав очередной шум, он привычно насторожился, но оказалось, что это не аномалия-облако, а горная речка. Скорее речечка, потому что шириной, эта преграда была метров десять. Не больше. Вода, небольшим водопадом стекала с практически отвесной скалы, пересекала тропинку, ведущую проклятого в неизвестном направлении, и таким же водопадом, рушилась вниз, куда-то в растущий внизу лес.

Пить хотелось неимоверно. В голове пронеслись мысли о болячках, появляющихся после питья сырой воды, тиф, холера. Или холера не от воды? Он не помнил. Но выбирая между потенциальной болезнью, и утолением реальной жажды, мужчина все-таки выбрал второе. Никакого сосуда у него не было. Пришлось черпать воду ладошками. Она, как и ожидалось, оказалась ледяной. Заломило зубы, руки почти онемели. Слегка напившись, мужчина еще раз осмотрел препятствие. Вода выдолбила в тропинке впадину, глубиной примерно сантиметров двадцать. Дно этой речушки было усеяно камнями, и проклятого передернуло от мысли, что может случиться с его ногами, если эти камни острые. Однако вариантов не много. По дороге сюда, он не видел никаких поворотов, кроме загадочного шумящего облака, и если выбирать между горной речкой и не пойми чем, он выберет воду. К тому же пробежать, надо метров десять, не больше.

После первых же шагов стало ясно: десять метров беговой дорожки, и десять метров этого ужаса, очень разные метры. От холода, сразу свело ступни, камни, как и ожидалось, оказались неимоверно скользкими, кажется Миша сразу укололся, и не слабо, но из-за потери чувствительности, не понял сильно или нет. Преодолев примерно половину водной преграды, не удержался на ногах. Упал на руки, и вот так на четвереньках, добрался до сухого места.

Сел, чтобы оценить ущерб. Замерзшие ступни по-прежнему не ощущались. С ладони стекала тонкая струйка крови, порезался. Скорее всего ноги тоже изрезаны. Проверил, так и есть. Левая стопа также кровоточит. С правой вроде порядок. Штаны мокрые, особенно на коленях, рукава курточки тоже.

– Еще пара таких препятствий, и игра окончена – пробормотал он, снимая штаны и куртку, надеясь хоть немного их высушить. Затем он растирал ноги, и как только к ним вернулась чувствительность, пришла и боль. Слегка морщась, проклятый поднялся, надо пройтись, погонять кровушку.

Повезло. Раны оказались не глубокими, кровотечение остановилось. А вот боль – никуда не делась. Миша с тоской посмотрел на тропинку, которая тянулась вдаль, и метров через триста исчезала за очередным поворотом.

До того, как родился Валик, мужчина много читал. Пожалуй, чтение – было его второй страстью, после компьютера. Читал много, и читал запоем. По большей части фантастику, фентези, иногда боевики, или, так называемые, космические оперы. Не обошел вниманием и популярный ныне жанр, связанный с попаданцами. В целом интересно, но, если задуматься, всем этим многочисленным мужчинам и женщинам, обычно очень сильно везло. Не всегда, но в большинстве случаев. Тогда, такое однобокое везение, вызывало у Миши некую досаду. Понятное дело, рассказ максимально приближенный к реальности, был бы весьма коротким. И напоминал бы сводку новостей: “Попаданец, был прирезан в кустах, первым же встречным разбойником. Точка”. Такое реалистичностью читателя не заинтересуешь. Но хотелось бы, так сказать чего-то среднего. Между джек-потом, и моментальной, бесславной кончиной. А вот сейчас, когда он и сам попал в описанную в книгах ситуацию, мужчина не отказался бы от везения, удачи, гостеприимных туземцев, и магических способностей.

– Вот мне и предстоит узнать, какова эта реальность. – Миша не заметил, как стал рассуждать вслух. Иногда, такой способ помогал собрать и упорядочить мысли. – Я конечно не могу считаться полноценным попаданцем, так как, похоже, нахожусь тут частично. Лишь, засыпая дома.

Сидеть и болтать с самим собой, дело приятное. Но с одним уточнением. Такой процесс должен происходить дома, в удобном кресле, когда рядом дымиться чашка свежеприготовленного кофе, а в холодильнике можно найти что-нибудь вкусное. А вот на пустынной тропинке, в незнакомых горах, босиком, с израненными ногами, и полным отсутствием еды и понимания того, что делать дальше, стоит заняться чем-нибудь более практичным. Например, взять ноги в руки, и пойти вперед.

Первые же шаги, показали проклятому, что ноги возражают против такой нещадной эксплуатации. Накопилась усталость, болели порезы, он начал замерзать. Но с упорством автомата шагал вперед. А что еще делать-то?

За очередным поворотом, местность наконец-то изменилась. Появилась первая растительность. Вдоль стены, росли невысокие кустики, усыпанные мелкими, красными ягодами. Похожими на поречку. Несмотря на голод, Миша еще не окончательно сошел с ума, чтобы есть незнакомые ягоды. Лотерея с водой, имела весьма приличные шансы на успех, но вот еда. И потом, не очень-то он любил ягоды.

Вот так, глотая слюну, он шел все вперед и вперед, пока не очутился на первой, с момента попадания сюда, развилке.

Когда не знаешь куда идти, иди на лево. Шутка шуткой, но почему бы и нет? Минут через двадцать, тридцать, когда проклятому стало казаться, что он вообще никуда и никогда не придет, он наконец-то увидел людей. Два паренька, лет пятнадцати, собирали те самые ягоды, в большие плетенные корзины. Видимо, Миша не умел передвигаться бесшумно, стоило ему приблизиться, как оба синхронно развернувшись, уставились на него. Тут проклятый понял, что один из парней – это девушка с короткой стрижкой. У обоих подростков, на поясе висели ножи, и парень моментально достал свой. Выражение его лица, не сулило гостю ничего хорошего.

– Вот похоже я и познакомился с настоящей реальностью попаданцев – пронеслось в его голове, когда парень двинулся в направлении проклятого. Миша непроизвольно поднял правую руку, и в тот же момент подросток замер, внимательно рассматривая татуировку. Через пару секунд, он скривился так, словно раскусил лимон, и спрятав нож, что-то сказал девушке. Язык оказался абсолютно незнакомым, хотя Миша и не верил, что тут разговаривают на русском или английском.

Девушка убежала, видимо за взрослыми, а парень настороженно смотрел на гостя, но не приближался. Тогда Миша решил пойти дальше, в любом случае о его появлении скоро будет известно, так зачем оттягивать знакомство.

Так и случилось, минут через десять, он повстречался с уже знакомой девчонкой, и тремя мужиками. Двое здоровяков, один с топором на плече, возможно лесоруб, второй с дубинкой на поясе. И невысокий крепыш, без оружия. Именно этот третий, привлек внимание проклятого. Причудливая татуировка, украшала его шею и часть щеки. Девушка, что-то сказала, и показала на его руку. Оба здоровяка скривились, как и тот парень, а вот крепыш посмотрел на него с искренним интересом, и что-то сказал сопровождающим. Те неохотно развернувшись, отправились вниз, а девушка, подарив Мише презрительный взгляд, вернулась собирать ягоды.

Оставшийся мужчина произнес непонятную фразу. Миша ответил, сначала на русском, потом на английском, но понимания не встретил. Тогда, незнакомец махнул рукой, мол, иди за мной, и Миша, понимая, что ничего другого не остается, принял это приглашение.

Остаток дороги, превратился в ад. Ужасно болели ноги, каждый шаг, отдавался болью во всем теле. Сопровождающий не спешил, видимо понял, что босоногий гость уже не способен идти быстро. Спустившись с горы, они вошли в лес. Удобная тропинка, привела мужчин к деревянному дому, укрывшемуся среди деревьев. Оказавшись внутри, Миша сел прямо на пол, и плевать как это выглядит со стороны.

Хозяин, быстро осмотрев его ступни, протянул горшочек, с какой-то пахучей мазью, и жестами показал, что ее надо втирать. Облегчение пришло практически сразу, мазь подействовала как заморозка, боль стихла, хотя и не прошла полностью. Тем временем, хозяин колдовал около печки. Он помешивал какое-то варево, что-то добавлял в небольшой горшок. Затем, сняв его, переставил на стол, и жестом приказал проклятому подойти и сесть на лавку. От горшка шел пар. Хозяин перелил часть варева в глиняную кружку, добавил щепотку порошка. Затем, взяв нож, уколол свой указательный палец, и подождал пока капля крови упадет в варево. Показал на Мишину руку. Давать свою кровь, на непонятно какие нужды не хотелось, но и ссориться с хозяином было не с руки. Миша послушался. Укол оказался практически безболезненным. Тогда хозяин отпил из кружки, и протянул ее проклятому. Стоило сделать глоток, как в голове зашумело, словно от ударной дозы алкоголя. Он поставил чашку, и тут мужчина заговорил:

– Приветствую тебя в Артании, меченный. Ты понимаешь меня?

В полутемном помещении один человек. Молодой парень, с конским хвостом, узкими очками, и банкой кока-колы. Он вальяжно развалился в кресле, лениво поглядывая на мониторы, показывающие странные переплетения цветных нитей, точек и прочей абракадабры. От задумчивой неги, парня отвлек писк, раздавшийся откуда-то справа. На одном из экранов, замигала красная лампочка.

В ту ночь, когда демон разгромил организацию Святослава, он действительно сделал все максимально хорошо. Не в его силах, было лишь несколько вещей. Уничтожить хранилище и отослать обязательный еженощный отчет. Это обязаны были сделать двое. Любые два человека, из пяти, сотрудников. Витольд, Святослав, Арсений, Игорь, или Петер. К тому времени, все они были мертвы, а использовать два тела демон не мог. В любом случае, большой проблемой это не было, тревогу бы данное действо, отсрочило всего лишь на один день.

Умная техника, записала первый промах, и стала ждать следующего отчетного периода. Когда и во вторую ночь, никакого ответа от филиала получено так и не было, система подала сигнал тревоги, предоставляя выбор решения и дальнейших действий, людям.

Молодой человек моментально подобрался, и щелкнув тумблером, произнес в микрофон:

– У нас проблема. Сектор SSFA, дважды не выходил на связь.

Через час, в офисе, расположенном на три этажа выше, собрались все те, кому по инструкциям было необходимо отреагировать в данной ситуации.

– Когда, последний раз, пробовали связаться с кем-либо из киевского руководства? – Вопрос принадлежал, высокому, худощавому мужчине, лет сорока.

– Сразу после получения сигнала тревоги. Никто из пяти недоступен – ответил парень, дежуривший в эту ночь.

– Что Кюизак? Он тоже молчит?

– Да, ни один его контакт…

– Боюсь, я нашел Кюизака – вмешался третий участник, мужчина лет тридцати, единственный среди присутствующих, одетый в темный костюм, с галстуком. Все лица повернулись нему. Тот развернул к остальным свой ноутбук. Новостная статья – “В ходе перестрелки, в ночном клубе, убито двадцать два человека”. И несколько фото. Мужчина максимально увеличил картинку, показывая лицо, одного из лежащих на полу.

– Кюизак?! – Удивленно выдохнул худощавый. – Так нелепо погиб?

– Именно. И одновременно с тем, как замолчали наши сотрудники. Кто-то верит в такие совпадения?

– Хорошо, – резюмировал высокий мужчина, видимо он тут был за главного, – придется готовиться к командировке. Когда там ближайший рейс на Киев?

Продолжение следует

  Обсудить на форуме