Отдел. Тени. Глава 12.

– Нет.

– Почему?

– К задержанным только по приказу руководства.

– Ты знаешь, за что его задержали?

– Мне всё равно.

Кулаки Дмитрия сжались. Презрительная усмешка чернокожей женщины выводила. Она видела мужчину, отказавшего сильной женщине. Ведь Моника по-любому рассказала «подругам», как её отшили. Зря он тогда послушался Ассоль. Теперь вся женская часть силовой поддержки настроена к нему не самым лучшим образом.

Одна из наблюдавших за разговором с командиром что-то тихо сказала подругам, и по коридору разлетелся смех. Дмитрий скрипнул зубами, развернулся и пошёл к лифту. Он чувствовал на спине презрительные взгляды и с трудом сдерживался, чтобы не перейти на бег. Ну их к чёрту.

Зайдя в кабину, он посмотрел в глаза чернокожей. Как только лицо с усмешкой отсекли закрывшиеся двери, выдохнул. Не каждый день приходится ощущать себя таким беспомощным. Но времени на споры не осталось.

Пятнадцать минут, чтобы добраться до комнаты отдыха. Сообщение поступило, когда он уже полчаса старался прорваться через тюремщиков. Чёртовы бабы. Самое непонятное, почему Макс оказался за решёткой. Не мог же он Ассоль…

Дмитрий тряхнул головой. Нет, исключено. Но узнать, что случилось, не у кого. Азод не вернулся. С Обом никакого желания говорить нет. Да и мерзкий латыш старался лишний раз не появляться на людях. А руководство молчало. Либо к нему вообще не пускали, либо требовался запрос. На который так и не поступило ответа.

Остановившись перед дверью в комнату отдыха, он несколько раз глубоко вздохнул. Очистить голову от лишнего. Зайдя в помещение, огляделся, кивком приветствуя знакомых, и направился к своему отряду. Пожал руки бойцам отделения и спросил:

– Зачем мы тут?

– А то ты не знаешь, – Андрей усмехнулся и постарался изобразить голос полковника: – Информация подаётся по мере необходимости.

– Потише, – сказал Витан. – А то мало ли.

– Да ладно тебе. Или тут на своих постукивают?

– Конечно, нет. К нам же набирают только идеальных людей, спаянных одной целью, готовых прикрыть друг друга в любой ситуации.

– Ладно, понял.

– Вот и славно.

Дверь открылась, и раздался голос офицера:

– На инструктаж.

Четыре десятка бойцов направились в комнату брифинга. Дмитрия раздражала эта особенность: собрать людей в одном месте, отправить в другое, потом в третье, чтобы оказаться в четвёртом. Слишком много времени на беготню. Когда Максима выпустят, нужно попросить загрузить Тару работой. Пускай создаст голограмму, чтобы получать указания не выходя из комнаты.

Они расселись по местам, и вошёл полковник Дробан. Вместо сурового, волевого офицера перед ними оказался уставший человек. Под глазами залегли мешки недосыпа, лицо изрезано глубокими морщинами. В отросших не по уставу волосах под светом ламп блестела седина. Прежде чем начать, он налил в стакан воды. Бойцы с удивлением переглядывались, увидев, как трясётся рука полковника. Заметив обращенные на него взгляды, он поставил графин и отодвинул стакан.

Дмитрий покачал головой. Что же происходит на самом деле, если такой человек не выдерживает. Им ничего не говорят о потерях, но понятно, что без них не обошлось. Тем более он уже знает точно про один случай. А с учётом отсутствия людей в штабе, казалось, что их осталась всего горстка.

– Так, – Дробан собрался, и бойцы услышали тот же твёрдый голос. – От оперативного сотрудника поступил запрос силовой поддержки.

На экране за спиной полковника заработал экран. Они увидели лицо, напоминающее бульдожью морду. Обвисшие щёки, маленькие глаза, выступающая широкая нижняя челюсть, ёжик светлых волос на голове.

– Предполагаемая цель – Томас Вилсон. Подданный Британии, тридцать два года, шесть из которых провёл на ПЛОТу. Доп фактор – огонь. Имеет явно выраженное диссоциальное расстройство личности.

Из угла донеслось тихое:

– Блядь.

– Именно, – кивнул Дробан, и на экране сменилось изображение. Тот же Вилсон, что-то кричащий фотографу и демонстрирующий шарф с символикой команды. – Ярый фанат Сандерленда. Стал известен, когда из-за конфликта на футбольной почве сжёг паб, где отмечали победу болельщики команды соперника. Около двухсот жертв. После этого попытался уничтожить здание Футбольной ассоциации в Лондоне. В этот момент его и задержали.

Появился новый снимок. Судя по ракурсу, он делался со спутника. Огороженная территория внутри лесного массива с большим зданием в центре. Из-за отсутствия дыма из огромных труб становилось понятно, что строение простаивает в бездействии. С севера находилось ещё три постройки, напоминающие склады или ангары с провалившимися фрагментами металлической крыши. Несколько поменьше, непонятного предназначения. Появилось ещё изображение и заняло верхнюю правую четверть экрана. Забор из сетки Рабицы, вдоль которого груды мусора. И никаких признаков людей.

– Германия. Ближайший город – Люнен. В данный момент Вилсон проявляет осторожность и скрывается на территории заброшенного производственного комплекса. Психологи считают, что это связано с долговременным пребывание в замкнутом пространстве. Теперь ему не комфортно в обществе. Как видно, территория не используется уже несколько лет. К сожалению, план местности и внутренних помещений только ориентировочный.

Один из сержантов поднял руку, и Дробан кивнул, разрешая задать вопрос.

– С чем связано отсутствие полной информации?

– Руководство завода оказалось замешано в нелегальных делах. Подчищая за собой, они уничтожали всю документацию без разбора.

Обведя взглядом бойцов, он продолжил:

– Поставленная задача – найти и обезвредить. Любым доступным способом.

Лукас пробормотал:

– Ракетой ёбните…

– Вопросы?

– Фактор оперативника? – тут же раздался голос.

Полковник тяжело вздохнул:

– Ветер.

– Пиздец, – не выдержал Горан. – Встряли.

Дмитрий кивнул. Судя по недовольному ворчанию, это понимали все. Их отправляли без поддержки. В закрытом помещении долбанный «веер» будет только мешать. А им нужно обезвредить ходячий сумасшедший огнемёт. Лучше не придумать.

– Местные?

– Ближайший населённый пункт в десяти километрах. Дороги и подступы оцепит местная полиция.

– Прикрытие?

– Контртеррористическая операция.

– Возможность подкрепления?

– Минимальна.

– Что производил завод?

– Удобрения.

Дробан в очередной раз оглядел помрачневшие лица. Вопросы иссякли.

– Задача понятна?

– Так точно.

– Получаете снаряжение, до отправки два часа. Разойтись.

Вяло переговариваясь, люди покинули комнату брифинга. В пустых коридорах толпа создавала удивительный эффект. Казалось, только в этой движущейся точке есть жизнь. Всё остальное пребывало в спячке и никак не реагировало.

Дмитрий зашёл в комнату и занялся стандартной процедурой. Туалет, переодевание, таблетки. Закончив, направился в оружейную. Раскрыл шкафчик и замер, в удивлении разглядывая снаряжение. Вместо штурмового бронежилета висел облегчённый вариант, а рядом комбинезон. Достав непонятную серебряную тряпку, он подошёл к стоящему на выдаче офицеру:

– Эт чё?

– Комбинезон.

– Я вижу. Зачем? И где нормальная броня?

– Вот ты дурной, – он покачал головой. – Тебе не пуль бояться надо, а огня. Надевай, тут специальная пропитка.

– И поможет?

– Может быть. Избежишь направленного потока, наверное, выживешь.

– Понятно.

Избегать пламени, и всё будет нормально. Всё просто. Дмитрий сдержал ругательство. «Огоньки» способны выжигать дыры в кирпичных стенах. Конечно, если будет достаточно «топлива». Но что-то подсказывает, Вилсон об этом позаботился.

Надев лёгкий бронежилет и комбинезон, Дмитрий поморщился. В отличие от тяжелого штурмового, эта накидка не внушала доверия. Вздохнув, он подошёл к офицеру. Стандартный набор гранат. Но в этот раз вместо пистолета-пулемёта на стойку легла штурмовая винтовка. Хорошо сочетается с открытыми пространствами завода. Да и подходить вплотную к пироманьяку никто не хотел. Словно понимая настрой бойцов, патронов для дробовика выдали меньше, сделав основной упор на дальность. Он готов поспорить, что кому-нибудь достались снайперские винтовки. Главное, чтобы нашлась удобная позиция для точного выстрела.

Рюкзак оказался легче и тоньше, чем в прошлый раз. Он заглянул внутрь и хмыкнул. Патроны, аптечка, сухпай. Прибор ночного видения с откидываемыми линзами. Руководство надеется на быстрое завершение операции. В том или ином ключе.

Он покинул оружейную и в одиночестве дошёл до комнаты распределения. Несколько бойцов, одетых в такие же комбинезоны, молча ждали остальных. В дальнем углу он заметил Витана и, махнув рукой, подошёл. Сержант поправил через комбинезон бронежилет и поморщился.

– Всё нормально?

– Типа того, – Дмитрий двумя пальцами оттянул серебряную ткань на груди. – Ещё бы дали что-нибудь посущественнее.

– Как старший по званию, приказываю отставить подобные мысли.

– А как адекватный человек?

– Поддерживаю.

Он усмехнулся.

– Думаешь, если что, спасёт?

– Чёрт его знает. В таком ещё не приходилось участвовать.

К ним подошёл Лукас:

– Как настроение?

– Угадай.

– Такая же хуйня, – хмыкнул чех. – Вот скажите мне, кто догадался послать «веерка», а не «водяного»?

– И чем тебе это информация поможет?

– В глаза хочу посмотреть этому индивиду.

– Удивлён твоим словарным запасом, – влез в разговор подошедший Андрей. – Но согласен. Надо обладать удивительным интеллектом, чтобы так обосраться.

– Не факт, что координатор знал, кого именно засекли, – сказал Витан. – Сами понимаете, что творится.

– Тогда почему отправляют только нас? Нельзя водяного прикрепить? – он посмотрел на Дмитрия. – У тебя же есть знакомый. Мож позовёшь?

Сержант покачал головой:

– Я смотрю, ты совсем не следишь за происходящим.

– В смысле?

– Слышал, что в Питере случилось?

– Видимо нет. Рассказывай.

– Там девчонку убили. Оперативницу. Так что его знакомый сейчас немного занят похоронами.

– Любовница?

– Дочь.

– Пиздец, служба, – он покачал головой. – А другие «водяные»?

– Далеко или заняты, – Витан посмотрел на часы. – Чёт мы рано. Ладно, пока отдыхайте.

Лукас огляделся:

– А Горан где?

– Тебе не пофиг? – усмехнулся Андрей. – Небось, опять просраться не может.

Они расселись на стульях. Винтовка между ног стволом вверх, рюкзак, мешающий откинуться на спинку, дробовик, пристроенный на живот. Не лучшая поза, но ничего другого не придумать.

Разговор не шёл. Пара общих фраз, неуместные шутки. Тихое ожидание. И каждый входящий в комнату ощущал повисшее напряжение. Все понимали, что предстоящее не сулит ничего хорошего. Перспектива сгореть плохо успокаивает. Да и отсутствие привычной тяжести штурмового бронежилета заставляло нервничать.

За пять минут до отправки появился Горан. Кивнув сослуживцам, он рухнул на стул. Остальные переглянулись, заметив хмурое лицо серба.

– Что случилось? – спросил Витан.

– Ничего.

– Ты лицо своё видел? – Дмитрий хмыкнул. – Рассказывай уже.

– Да говорю, ничего не случилось. Просто…

– Что?

– Предчувствие херовое.

Лукас кивнул на толпу:

– Так у всех.

– Да понятно, только… Ладно, не важно.

– Выдохни, – сержант посмотрел в глаза чеху. – Башкой почаще верти и всё будет нормально. Про прикрытие никто не забывает.

– Да понятно, – он тряхнул головой. – Когда уже отправка?

Дмитрий хлопнул его по плечу и кивнул на дверь:

– Сейчас.

В дверях появился офицер Сапин:

– На выход.

Люди поднялись и организованно направились к двери. Андрей огляделся и хмыкнул:

– Не хватает.

– Чего? – спросил Лукас.

– Противогазов.

– Зачем?

– И вылитые дератизаторы.

Витан нахмурился:

– Эт кто?

– Крыс уничтожают.

– Замечательное сравнение. Только не понятно, обосрал или похвалил.

Выйдя на парковку, они выстроились перед машинами. Автобус, способный вместить сразу всех, и пара джипов. Лукас кивнул на внедорожник:

– В одном мы поедем.

– С чего решил? – спросил Андрей.

Он кивнул на офицера:

– Французик поедет в автобусе, а славян он не очень.

– Тогда, чур я впереди.

– С чего вдруг?

– Укачивает.

– Давно?

– Постоянно, как только ваши рожи вижу.

Подошедший офицер удивлённо посмотрел на давящихся смехом бойцов. Краснолицый Витан сделал шаг вперёд, и Сапин проводил взглядом текущую по щеке слезу.

– Всё в порядке?

– Да, – сквозь зубы ответил сержант.

– Хорошо, – офицер неуверенно кивнул, ещё раз обвёл взглядом отряд и протянул ключи. – Замыкаете.

– Так точно.

Они побежали к машине. Витан бросил ключи Андрею и указал на место водителя. Как только двери закрылись, в салоне громыхнул смех. Плотину напряжения сломала глупая шутка.

– Дебил, – сержант вытер щёку. – Вернёмся, отправлю в наряд.

Андрей кивнул на руль:

– А это разве не?

– Надо ещё, – повеселел Горан. – До него с первого раза не дойдёт.

– Вот заведёшь себе бабу, я её два раза трахну. Чтобы точно дошло.

– Ну вот не жалко тебе человека? Она же при виде твоей голой тушки помрёт от смеха.

– С чего это?

– Ты свой член видел? Хотя бы под лупой?

Грянул новый взрыв смеха. Андрей с трудом выдавил:

– Да пошёл ты.

Через динамик рации в машине донёсся голос Сапина:

– Слушать внимательно. В навигаторы вбит маршрут. Следовать за ведущей машиной. Остановка для смены водителя каждые два часа. Еда в дороге. По прибытию отдых и начнём. Вопросы?

Тишина.

– Поехали.

Моторы взревели, и маленькая колонна покатила к воротам. Они выехали на дорогу, набрали скорость и двинулись по маршруту. Резкий смех раздавался в салонах, когда очередная попытка отчаянного водителя вклиниться между автомобилями заканчивалась провалом.

Андрей посмотрел на сержанта и кивнул на радио. Витан покачал головой, демонстративно закатил глаза и включил. Итогом короткого голосования, закончившегося приказом сержанта, определились со станцией. За окном под музыкальный аккомпанемент проплывал город. Иногда раздавался призыв оценить идущих девушек, заканчивающийся рыком на отвлекающегося от дороги водителя. И подколами от сидящих на пассажирском сиденье.

Первая остановка, смена Андрея Лукасом. И монотонное движение вдоль пустой обочины. Очередная смена. Фермы, поля, леса. Перекус на ходу. Смена. Внезапный храп с заднего сиденья, звук пробуждающей затрещины, смех. И накатившее забытое чувство тревоги, когда на горизонте показался Люнен.

Ничем не примечательный городок. Дома вперемешку, от старых усадеб до современных бизнес центров. Быстро проехав город насквозь под удивлённые взгляды прохожих, съехали на пустующую дорогу, ведущую к лесу.

Десять минут – и колонна остановилась у полицейского оцепления. Четыре машины перекрыли дорогу. Пара машин с крестом на борту стояли чуть в стороне. Офицер вышел из автобуса и направился к ограждениям. Навстречу зашагал человек в гражданской одежде. Видимо, тот самый оперативник. Они поздоровались, что-то сказали друг другу, и в рации прозвучала команда:

– Сержанты, ко мне.

Витан вылез из джипа. Как только подошли все, офицер представил собеседника:

– Луис Гарсия. Именно он запросил поддержку.

Смуглый мужчина с пышными чёрными завитыми усами и удивительно рыжей шевелюрой кивнул:

– Можете задавать вопросы. Но не на все отвечу.

Начала Симона, единственная женщина-сержант:

– Он один?

– Насколько могу судить, да.

– Полной уверенности нет?

– Я наблюдаю за ним уже несколько дней. Больше на территорию никто не входил и не выходил.

– Что внутри? – спросил Глобус.

– Не знаю.

Сержант поморщился, и Гарсия усмехнулся:

– Проникновение на территорию, уже изученную противником, – достаточно опасная затея. Тем более для меня. Как понимаете, я не могу оказать достойное сопротивление.

– Но хоть что-то сообщить можешь?

– Вилсон обустроился в главном здании. Так что склады можете отбросить. Освещение он не использует, и через пятнадцать метров от входа уже темень.

– График известен?

Гарсия удивился:

– Какой?

– Вилсона, – вздохнул Сальный. – Когда ложится, встаёт, обедает, гадит?

– Не выяснял.

Сапин покачал головой:

– Выход ночью, в три. Ещё что-нибудь?

– Приготовились к худшему? – кивнул на машины скорой помощи Кос.

Оперативник покачал головой:

– Надеюсь, что перестраховался.

– Кстати, – Симона усмехнулась, – ты идёшь с нами?

– Если есть необходимость, – он посмотрел на часы. – За пять часов сработаемся и определимся с тактикой?

– Не стоит, – офицер бросил гневный взгляд на женщину. – Пойдём сами.

– Как хотите. Могу идти?

– Да, спасибо.

Гарсия удалился к полицейским. Сапин поморщился ему в след и повернулся к сержантам:

– Пока отдыхать.

Вернувшись к отряду, Витан пересказал разговор. На Дмитрия вновь накатило беспокойство. И не только на него. В итоге, никто из бойцов не смог нормально отдохнуть, думая о предстоящем заходе в логово пироманьяка. За час до намеченного времени прозвучала команда:

– Готовность.

Сержанты тут же повторили. Проверка оружия и снаряжения. Кто-то исполнял непонятные обряды, призывая удачу. Кто-то отошёл в сторону, чтобы помолиться. А кто-то просто молча стоял и ждал. Закончив с ритуалами, бойцы подходили и выстраивались вдоль обочины. Сапин прошёл вдоль людей и, удовлетворившись осмотром, кивнул:

– Выдвигаемся. Соль, на твоих дальняя поддержка. Выбери место и закрепитесь. Витан, Жаба, – северный вход. Глобус, Кас,- южный. Симона, Вид, – со мной на главный. Работаем с ПНВ. До контакта сохранять тишину. При обнаружении цели – огонь на поражение.

На лицах бойцов мелькнуло удивление.

– Если командованию он нужен живым, пусть самостоятельно хватает за ручку. Я не хочу заполнять похоронки. Идём по секторам. Карандашный план все помнят или кому-то нужно посмотреть на четыре линии?

Раздались смешки.

– Так держать. Сержанты, за мной.

Витан подошёл с офицером к машине. На капоте появилась карта территории вокруг завода. Получив маршрут, он вернулся к отряду:

– Двинули.

Отряд Жабы шагал рядом. Дмитрий не мог избавиться от мыслей, кто дал тому такое прозвище, почему, и остался ли шутник в живых. Приборы ночного видения окрасили лес в неестественно зелёный цвет. Но даже так им понадобилось двадцать минут, чтобы продраться к точке входа сквозь выступающие корни и стоящие близко друг к другу стволы деревьев. Двое бойцов достали кусачки и вырезали проход в сетке Рабица.

– Вот чё не тепловизоры… – пробормотал Лукас.

– Тут столько бетона и стали, что не пробьют, – ответил Витан и указал на закрытую дверь. – Нам туда. Растянуться.

Вытянувшись в цепь и постоянно осматриваясь, они двинулись к зданию. Отряд Жабы двигался следом. Присутствие дополнительных сил на открытой территории немного успокаивало. Появлялся шанс, что они не сразу попадут под огонь. Встав по обеим сторонам входа, отряды замерли.

– На позиции, – доложил Сальный.

Тут же пришла команда от Сапина:

– Входим.

Дмитрий задержал дыхание. Ведущий группу медленно открыл дверь, стараясь, чтобы проржавевшие петли не скрипнули, и бойцы по одному просочились внутрь. Отряд Витана двинулся налево. Тихо, медленно. Переступая мусор, обходя залежи арматуры и серые блоки бетона, железные бочки. В надежде, что дыхание не настолько громкое, как кажется. Не выдавая себя. И стараясь заметить объект первыми.

– Блядь.

Услышав голос Коса в наушнике, Дмитрий едва сдержал дрожь. Тут же раздался голос Сапина:

– Что?

– Здесь проволока натянута.

– Растяжка?

– Нет. Судя по всему, сигнализация.

– Всем. Готовность. О нас знают.

Раздался тихий стон Горана. Дмитрий тут же вспомнил про его предчувствие. Бойцы напряглись. Теперь по зданию бродит психопат и ищет незваных гостей, которых следует поджарить. И в отличие от них, Вилсон изучил здесь каждый метр.

В очередной раз появился дискомфорт от осознания, что нет тяжёлого бронежилета. Лишь невнятная тряпка. А если он не настолько глуп и достал оружие? И не пистолет, а что-нибудь посерьёзней?

Отряд медленно шёл по коридору. Всматриваясь в каждую тень в зелёном свете. Напрягая глаза, чтобы не упустить момент. Пять минут. Десять.

– Движение, – раздался голос. – Три Б, второй.

– Приняли.

Витан сменил вектор движения отряда. Кто это: Глобус, Кас? Не понятно. Указанный сектор располагался на втором этаже, рядом с южным входом. Прикрывая друг друга, они перебегали от одного укрытия к другому. Остановившись у проёма, ведущего к открытому пространству, замерли. Ведущий пошёл, замер за укрытием, подал знак продолжать движение. Следующий. По очереди. Медленно, но верно.

Сверху раздался глухой взрыв. Под крышей пробежала вспышка огня. Донеслись похожие на щелчки звуки выстрелов. Отряд замер, оценивая расстояние. Далеко, придётся изменить маршрут и искать лестницу. Приняв решение, Витан указал рукой по направлению к стене. Вдруг повезёт, и подъём наверх окажется рядом.

– Кас. Двое погибших, – глухо раздалось в наушнике. – Один раненый.

– Гло. Один… погибший. – раздалось шипение втягиваемого в лёгкие воздуха. – Трое раненых.

– Цель?

– Ушёл. В бочках шрапнель.

– Приняли.

Витан огляделся:

– Блядь.

Дмитрий повторил движение. По спине пробежала струйка холодного пота. Настоящее минное поле. Вокруг множество стальных контейнеров, заряженных смертью. Не только они разделили местность на квадраты. Но Вилсон сделал их меньше, и расставил ловушки. Главное, чтобы он высоко ценил свою жизнь. Иначе на месте завода останется глубокая воронка. А тела просто развеет пламенем.

– К стене, – приказал Витан.

Отряд медленно преодолевал каждый метр. Смещаясь за безопасные укрытия, за которыми не достанет шрапнель. Или просто надеясь на это.

Дмитрий начал движение за Лукасом и Витаном, забежал за бетонную колонну. Дал сигнал продолжать. Андрей сделал первый шаг. Вспышка. Боль в скрытых за линзами глазах. Скинув ПНВ, Дмитрий зажмурился. С трудом открыв левый глаз, посмотрел назад. Затухающая огненная полоса. От почерневшего бетонного пола ударило волной жара. Несколько метров дальше – лежащий сослуживец.

Сержант высунулся из укрытия и в слепую выпустил несколько коротких очередей. Дмитрий накинул ПНВ на глаза, тут же выругался и снял. Небольшой пожар создавал блики на линзах. Потратил секунду, чтобы всмотреться в темноту. Ничего не заметив, рывком сместился вперёд. Вряд ли Вилсон ожидает что-то подобное. Оставалось надеяться, что Горан подумал так же.

Он оказался у места, где начался огненный поток. Никаких следов цели. Выстрелы стихли: бесполезная трата патронов. Обойдя дымящуюся полосу, Дмитрий медленно пошёл в сторону Горана. Витан и Лукас, оставшиеся позади, медленно двигались вперёд. К месту, где только что находилась цель. Не забывая постоянно оглядываться.

Пламя осталось за левым плечом, и он в очередной раз накинул ПНВ. Увидел Горана, старательно всматривающегося в тёмный провал в стене. Парень не заметил или забыл про бочку, оставшуюся за спиной. Дмитрий повёл головой и замер, увидев стоящего в нескольких метрах от товарища человека. Вилсон направил руку на заполненный шрапнелью заряд.

– На пол!

Вместо исполнения команды, серб завертел головой. В голове проскочил ворох мыслей, каждая безумнее предыдущей. И Дмитрий кинулся вперёд. Он врезался в Горана, подминая серба с перекошенным от страха лицом. Вспышка. Бросившийся навстречу пол. Невысокое укрытие из казавшегося хлипким бетона. Поджать руки и ноги. Сжаться. Удар боли по ушам. Он ощутил, как над головой пролетают осколки смерти. Тут же, не обращая внимания на бьющий по глазам свет, он выкатился из укрытия. И послал очередь в двигающуюся тень. Пляска огня или цель?

– Шесть Ц! – крикнул в рацию Витан и тут же бросил гранату в темноту. – Бойся!

Очередная вспышка боли в ушах. Дмитрий поднялся и сместился обратно за укрытие, не забыв оглянуться в поисках очередной ловушки. Быстро приложил пальцы к сонной артерии Горана. Тут же раздался стон. Неплохо он его приложил. Но нет времени приводить в чувство:  Вилсон где-то рядом.

Он посмотрел на сержанта. Витан жестом указал направление. Высматривая заряды и укрытия, они шли вперёд со скоростью черепахи,. Справа донеслись выстрелы. Далёкая вспышка, грохот. Отчаянно длинная очередь. Тишина.

– Цель ликвидирована, – с трудом узнаваемый голос Симоны. – Четыре Ц.

Витан забросил винтовку на плечо и крикнул Дмитрию:

– Горан?

– Жив.

– Поднимай. Мы за Андреем.

Он вернулся к сербу и помог встать:

– Ты как?

– Сейчас… в себя приду…

– Здесь! – крик сержанта.

– Помоги.

Дмитрий закинул руку Горана на плечо. Они медленно подошли к сержанту, сидящему на корточках перед лежащим на животе Андреем. Правая рука под телом, левая на виду. Обугленная кисть, расплавленные ботинки. Лукас сглотнул:

– Он…

– Тихо!

Раздался хрип.

– Переворачиваем.

Витан отшатнулся от ударившего в нос запаха палёного мяса. Сгоревшая до кости нижняя часть лица с пугающим оскалом. На глазах слой расплавленного пластика, спаявший голову с капюшоном. Шипение втягиваемого через обожжённое горло воздуха. Сержант достал рацию:

– У нас тяжёлый. Срочно.

– Тащите к машинам.

– Выносим, – он кивнул на Андрея. – Беритесь.

Забросив оружие на плечи, осторожно взялись за ткань комбинезона и подняли тело. Выйдя в продолжающуюся ночь, перешли на лёгкий бег. Полицейские с ужасом отпрянули, увидев раненного. Зато с медиками повезло. Судя по уверенным действиям и отсутствию брезгливости, ребята видали и похуже. Они затащили носилки в кузов, и Витан вызвал Сапина:

– Погрузили своего.

– Отпускай машину.

– Сопроводить?

– Нет.

– Почему?

– У них распоряжение стабилизировать и доставить к вертолётной площадке. Наше лечение на порядок лучше.

Сержант автоматически кивнул, поморщился и убрал рацию. Закрыв двери, стукнул по кузову, отпуская машину. Взвыли сирены, и скорая умчалась по дороге. Дмитрий указал за спину:

– А другие?

– Раненные?

– И мёртвые.

– Не знаю. Может, ещё пришлют, – Витан кивнул на оставшуюся машину. – Или эти курсировать будут. Но доставят к нам, это точно.

Из леса появлялись остальные. Одного несли так же, как Андрея. Последняя бригада медиков тут же зашевелилась. Достали носилки, уложили раненного. Судя по виду, ему досталось гораздо меньше, но в сознание не приходил. Ещё трое раненых передвигались самостоятельно. Хоть и морщились при каждом шаге. На одежде пары бойцов проступили кровавые разводы. Сапин отогнал решившего осмотреть раненых врача обратно к машине. Значит, ничего серьёзного.

Дальше выносили трупы. Всего лишь трое для такой операции. Допустимые потери. Можно сказать, повезло. Дмитрий поморщился от этой мысли. Последним вынесли тело Вилсона. Тут же появился Гарсия:

– Бросайте.

Труп тут же рухнул на землю. Подошёл Сапин:

– Когда повезёшь?

– Наши вперёд. Потом этот.

– Сопровождение?

– Успею, поеду с вами. Если нет, – он кивнул на полицейских, – договорюсь. Хоть и так себе вариант.

– Тогда ждём, – кивнул офицер и достал рацию. – Отдыхать.

Гарсия вернулся к полицейским. Либо договариваться об ускорении перевозки, либо о дополнительной машине. Кас махнул рукой, подзывая сержантов, и подошёл к Сапину.

– Не находишь ситуацию херовой?

– Естественно.

– Я не о потерях.

– А о чём?

– Нахер он здесь был нужен?

– Кто?

– Гарсия.

– Уже забыл? Вилсона именно он выследил.

– Так и брал бы сам.

– Каким образом?

– Таким, – Кас кивнул на мёртвых товарищей. – Теперь он доставит ублюдка в штаб и получит благодарность, отпуск и повышение. А мы? Умоемся и дальше?

– Выдохни. Да и с чего ты решил, что про нас забудут?

– А когда вспоминали, а? Или напомнить про Португалию?

Сапин замолчал и посмотрел в глаза сержанту. Витан недоумённо смотрел на нахмуренные лица. Доходили непонятные слухи о случившемся. Кто-то облажался и погибло много людей. В том числе и гражданских. Он попал в Отдел позже этих событий и довольствовался только обрывками разговоров да общей неприязнью силовиков к оперативникам.

– Помню, – кивнул офицер. – Мы поставленную задачу выполнили. Что будет дальше – посмотрим.

– Как знаешь, – пожал плечами Кас и, развернувшись, пошёл к выжившим из отряда.

Ожидание тянулось больше часа. Скорые курсировали между больницей и полицейским оцеплением. Наконец, тело Вилсона погрузили в машину. Гарсия махнул рукой Сапину. Офицер поморщился.

– Приготовиться к движению.

Несколько бойцов, решивших скоротать ожидание под луной, зашли в автобус. Отряд Витана подошёл к джипу, сержант занял место водителя. Аккуратный разворот, чтобы автобус не соскочил с дороги. И обратный путь. Сидящий на переднем сиденье Дмитрий хмыкнул, когда Витан пропустил в колонну скорую. Приказ замыкать не отменяли.

Всю дорогу в машине стояла тишина. Лишь звук работающего двигателя. Никаких шуток, радио. Только опустошённость после боя, сосредоточенность на движении и беспокойство. Что будет с Андреем? Сможет Марлен восстановить? Или его спишут?

Запланированные остановки, смена водителей, невнятный отдых. Сознание проваливалось в пустоту и тут же возвращалось. И облегчение, когда они въехали на территорию штаба. На парковке уже ждали. Пара людей подскочили к скорой и достали носилки с телом. Вышел Гарсия и повёл носильщиков к лифту.

Выйдя из автобуса, Сапин дождался, когда бойцы выстроятся и скомандовал:

– Предоставить рапорт в течение часа. Отдыхать будете после.

Симона тут же спросила:

– Снаряжение можно сдать?

– Если уложитесь. Выполнять.

Лукас кивнул на удаляющегося офицера:

– Чё эт он?

Витан пожал плечами:

– Кто его знает. Может, настроение кто испортил. Ладно, двинули.

Они спустились на лифте и зашли в комнату выдачи. Сдали оружие, рюкзаки, повесили комбинезоны в шкафчики. Махнув на прощание рукой, Дмитрий пошёл в комнату. В компьютеризированной бюрократии радовало только одно: не нужно переводить бумагу. Составить рапорт в электронном документе и отослать офицеру.

Не зажигая свет, он включил компьютер и сел. Хватило полчаса, чтобы описать произошедшее. Он старался не упустить ни одного момента. Отправив рапорт, почувствовал, что хочет есть. На обратном пути голод не донимал, сказывалась опустошённость. Теперь организм требовал дозаправки.

Вздохнув и тяжело поднявшись, он выключил компьютер и вышел. В одиночестве поднялся на лифте и зашёл в столовую. В помещении, где могло уместиться пара сотен людей, находилось всего с десяток. Проходя к выдаче, он кивнул паре ребят. Не только его выгнал в свет пустой желудок. Получил еду и направился к свободному столику. Хотелось побыть одному. Если бы не запрет на вынос еды, он бы вернулся в комнату.

Закончив, он отнёс посуду и взял большую чашку зелёного чая. Почему-то именно на зелёный тянуло по возвращению. Хотя в любой другой момент этот напиток казался отвратительным.

Над левым плечом вырос силуэт и прозвучал знакомый отвратительный голос:

– Свободно?

Дмитрий посмотрел на кучу пустых столиков:

– Нет.

– Хорошо, – Об сел напротив. – Что думаешь?

Он поморщился:

– У тебя со слухом проблемы?

Оперативник усмехнулся:

– Тебе не кажется, что не я должен раздражать?

– Здесь больше некому.

– Ага, ведь твой приятель сейчас заперт.

Дмитрий посмотрел на собеседника. Этот ублюдок знает, почему Макса заперли. Может, ещё кто-нибудь из оперативников и руководство. А остальным не нужно. Он вновь поморщился:

– Скоро выпустят.

– Конечно. Ты в курсе, что произошло?

– Откуда мне.

– А хочешь?

– С чего мне верить твоим словам?

– А когда я врал? – он фыркнул. – Я не скрываю, что считаю большинство людей недоразвитыми. И чаще всего они это подтверждают. Но я никогда и никого не обманывал.

Он прав. Дмитрий вздохнул. За всё время общения с Обом – ни слова лжи. Оскорбления, пренебрежение, попытки запугать, но ни капли вранья.

– Рассказывай.

– Они нарвались на ликантропа.

– Что?

– Оборотня.

– Это он Ассоль…

На лицо оперативника легла тень. Тряхнув головой, он кивнул.

– И если Макса заперли… Его укусили?

– Нет. Хуже.

– Это как?

– Знаешь кто такие конвергенты?

– Нет.

– В общем, твоему приятелю не нужна такая формальность, как укус. Он может перевоплотиться в любой момент.

– Ты бредишь?

– Сделай запрос в базе по допам, узнаешь много интересного, – он усмехнулся. – Так что скоро он окажется на свободе.

– Ну, хоть какая-то хорошая новость от тебя.

– В курсе, как работает эта способность?

– Неинтересно.

– Зря. Это касается всех, – Об обвел рукой помещение. – Ему достаточно одного касания, чтобы получить чужие возможности.

– И что? – Дмитрий хмыкнул. – Боишься, что соберёт ваши? В любом случае, он не сможет заменить всех.

– А знаешь, что ещё он получает? – не обратил он внимания на фразу собеседника. – Память. Чужую.

Дмитрий нахмурился:

– Зачем?

– Это так работает. Хочешь что-то одно – получай и всё остальное. Так что он знает всё и про всех.

– И что с того?

– Ты ещё не понял? – он покачал головой. – Он знает про тебя, меня и всех остальных всё. И, в отличие от нас, может в любой момент посмотреть любой фрагмент памяти. Когда в первый раз подрочил. Обосрался на публике. Первый раз потрахался. Все наши секреты. Даже те, которые не должен знать никто.

Немного помолчав, Дмитрий ответил:

– Меня это не пугает.

– Замечательно. А его? – Об указал на человека за дальним столиком, потом на другого. – Или его? Как ты думаешь, бывают в нашей службе вещи, которые не стоит знать никому, кроме руководства? Или вообще никому?

– За себя боишься?

– За свои ошибки я ответил. Но представь, насколько ценен человек, который может узнать чужие секреты? Обычным касанием.

– Достаточно.

– И зная про тебя всё, он может беспрепятственно манипулировать. Давить на больное.

– Макс не будет.

– Уверен? Потому что в Питере он обосрался. Когда мы поняли, с чем столкнулись, то должны были отступить. Сообщить в штаб и дождаться подкрепления. Такие вещи очень серьёзны. А что сделал он?

– Что?

– Перевоплотился, – Об наклонился вперёд. – И устроил забег по городу. А когда загнал тварь в общежитие, кинулся следом. И мимоходом прибил несколько людей. Потому что хотел.

Парень скривился, решив не отвечать.

– Сомневаешься? – усмехнулся оперативник. – Зря. В таком состоянии он живёт чужими эмоциями. Так что люди являлись всего лишь кормом. Отсюда и столько жертв.

Дмитрий продолжал молчать. Теперь причина известна. И это ему не нравилось. Если Об прав…

– Так что скоро его будут холить и лелеять, сдувать пылинки, обеспечивать всем, что пожелает.

– С чего вдруг?

– Когда наверху посовещаются, то выдадут мальчику карт-бланш. Слишком ценный кадр.

– А зачем ты рассказываешь это мне?

– Хочу, чтобы донёс до остальных, простых людей.

– Зачем? – повторил Дмитрий.

– Почему о произошедшем не сообщили вам?

Он пожал плечами:

– Секретность.

– Чтобы не создавать волнений. Теперь его жизнь дороже, чем любого из нас. А от остальных нужна лишь маленькая частичка.

– Ты хотел сказать «нас», – указал на себя парень. – Ты же оперативник.

– Правда? А чем я такой уникальный? Суставами? Всего лишь могу ручками крутить во все стороны. Это так удивительно?

– Разве нет?

– Я в таком же положении, как и вы, – Об поморщился. – Чистый физик. Такой же расходный материал.

– Ну ты, может быть.

Оперативник усмехнулся:

– Правильно. Сомнения – ключ к правде. Слышал про операцию в Португалии?

– Нет.

– Сделай запрос, а лучше поспрашивай у тех, кто дольше на службе.

– Зачем?

– Узнаешь много удивительного про так называемую равноценность сотрудников.

Об резко встал:

– Скоро твой приятель сможет безнаказанно делать всё, что захочет. И его никто не посмеет остановить.

Дмитрий удивлённо смотрел в спину удаляющегося сотрудника. Что за бред? Ведь Макс не станет делать ничего такого. От пугающей мысли кожа покрылась мурашками. Что если он ими уже манипулирует? Не зря же сосед утаил, кто есть на самом деле. Или всё не так, и Дмитрий бредит?

  Обсудить на форуме