6 глава. Рога и морковки

[На заметку: в этой главе встречаются примечания. Их расшифровку смотрите в конце главы]

Бурливые воды Брендидуина стремительно несли хоббитов на юг. Второй день погони за похитителями Эланор они целиком провели на лодках, сойдя на берег лишь вечером, когда сумерки уже начали опускаться на землю. Даже обедали они в лодках, прямо на ходу. Но, увы, преодолев в итоге около 55 миль, корабль Хвоща они догнать так и не смогли. Позади остались Сарнский Брод и Южная Четь, и дальше приятелям предстояло плыть по пустынным и почти необитаемым землям Кардолана и Минхириата. К сожаленью, по пути им не удалось где-либо пополнить съестные припасы, так что на ужин всем пришлось довольствоваться остатками вчерашнего хлеба и мяса.

Когда же окончательно стемнело, парни легли спать в небольшой рощице, соорудив себе импровизированные постели из вороха опавших листьев и своих подстилок. Хорошо, хоть дождь к вечеру стих, и промокшие насквозь бедолаги смогли наконец перед сном основательно просушиться и погреться у костра. Там же они обсудили и задерживающуюся подмогу из Заскочья.

— Может, всё-таки нам стоит дождаться своих? — закурив трубку, молвил Пиппин.

— И как это нам поможет догнать пиратов? — скептически покосился на него Мерри, сидя голой спиной к огню. — Только ещё больше отстанем от них.

— Зато нам привезут пищу, а то нашу мы только что доели. Завтра придётся натощак продолжать путь…

— Даже если ребята и вышли за нами следом, я сомневаюсь, что завтра они смогут достичь этих мест, а значит, мы целый день потеряем впустую. Нет, предлагаю никого не ждать и продолжать преследование по горячим следам.

— Но у нас же нет еды?! — воскликнул Пиппин. — А если не питаться, то можно и ножки протянуть! Я вот, к примеру, не слышал, чтобы на речках ставили таверны…

Мери тяжело вздохнул и демонстративно закатил глаза.

— Братец, ты, кажется, забыл, что мы сейчас сплавляемся по реке, где полным-полно разной съедобной живности. Не переживай, гарпун у нас есть, так что наловим мы тебе «еду».

— А если тебе этого будет мало, Пиппин, то, так и быть, можешь остаться здесь дожидаться подмоги, но чур без меня! — хмуро бросил Сэм. — Лично я намерен преследовать бандитов, пока у меня есть силы. У них моя дочь, и я пройду огонь и воду, лишь бы вернуть её!

— Э-э… ты неправильно меня понял, Сэм, — покривился Тук. — Я ведь не предлагаю вернуться назад и оставить твою кроху в лапах пиратов. Я только хочу донести мысль, что без пропитания нас надолго не хватит. Какая будет польза Эланор, если на полпути к ней мы испустим дух от голода? Так что правильнее всего — дождаться своих, а там уже вместе с ними, имея запас провизии, продолжать погоню.

— Мы услышали тебя, Пиппин, — качнул головой Мерри. — Ты рассуждаешь рационально, но без знания реалий. Мне известны нравы Заскочья лучше тебя, и я уверен, что кто бы оттуда ни вышел нам в помощь, он не станет следовать за нами бесконечно долго, потому как с каждым днём будет отставать всё больше. Вдобавок мы не оговаривали место встречи и не сообщали, куда конкретно движемся, ибо сами не ведаем. Кто угодно при таких условиях вскоре повернёт назад. Посему, полагаю, отныне нам нужно рассчитывать только на себя.

— Будут они так далеко следовать за нами или не будут — это уже вопрос второстепенный, — в свою очередь заметил Фолко. — Главное, самим не отстать от похитителей. Я согласен с Мерри и Сэмом и думаю, что нам нужно двигаться дальше в любом случае. И чем меньше мы будем делать остановок, тем лучше.

— Ну, как знаете, — пожал плечами Пиппин. — Только пеняйте потом на себя. Ниже нас ждут лишь дикие и почти незаселённые земли, выжить там без припасов будет крайне сложно. Вообще, считаю, устраивать погоню с бухты-барахты, без должной подготовки чревато большими сложностями. Эх, что-то мне подсказывает, что вся эта беготня так быстро не закончится…

Понять Перегрина, всегда тяготевшего к сытой и комфортной жизни, конечно, было можно. Однако он не подозревал, что вдогонку за ними отправили лишь верховой отряд, который значительно уступал им в скорости и к тому же довольно поздно покинул Заскочье. Кроме того, всадники обнаружили ночную стоянку Сэма и его друзей и поняли, что дальше те отправились по воде на лодках. Откуда у маленькой кампании вдруг взялись лодки, заскочцы, конечно, не знали. По их мнению, это могли быть как угнанные штормом рыбацкие челноки, так и лодки пиратов, неожиданно вернувшихся и напавших на спящих хоббитов. Впрочем, следов борьбы дружинники не обнаружили, что говорило в пользу первой версии. Поэтому они ещё несколько часов следовали вдоль берега на юг, в надежде догнать квартет храбрецов, но не преуспели в этом.

Забегая вперёд, скажу, что на третий день погони, благополучно переночевав у реки, конники ещё полдня ехали по дороге в южном направлении, а потом повернули назад. Неожиданное появление в Шире очередных разбойников не позволяло им надолго оставлять Заскочье без охраны.

Ну а для Сэма и его друзей утро этого дня выдалось прохладным, туманным и… голодным. Ведь последние припасы они доели ещё вчера. Во время ужина эта проблема не казалась такой уж страшной. Но когда с утра у всех вдруг засосало под ложечкой, хоббиты угрюмо переглянулись, хлебнули винца из своих фляг и с кислыми минами отправились дальше вниз по реке.

Однако ближе к обеду компания в конце концов не выдержала и заставила Мерри исполнить данное Пиппину обещание. После Ивлинки Брендидуин стал шире и полноводней, а за прошедшую ночь его течение немного поутихло, так что бравый Брендискок вполне мог продемонстрировать некоторые свои полезные навыки. Впрочем, артачиться он не стал и с невозмутимым видом велел направить лодки к берегу, где вода текла относительно медленно и где можно было спокойно заняться рыбным промыслом.

Вооружившись там гарпуном, он недвижной статуей замер над водной гладью в ожидании. Рыбы в реке хватало, но Мерри пришлось изрядно помучиться, прежде чем ему удалось поймать хотя бы одну. Это оказался окунь, не очень большой, но и не маленький. Через полчаса за ним последовал второй, чуть поменьше, однако друзья радовались им, как дети. Разведя костёр, они быстро зажарили добычу и тут же приговорили её без остатка.

— Вкуснотища! — довольно пробормотал после обеда Пиппин. — Только… маловато…

— До вечера протянем, а там ещё наловим, — сказал Мерри. — Итак часа два здесь потеряли.

Тем не менее настроение у хоббитов немножко поднялось, и дальше они продолжали сплав уже несколько бодрее. Впрочем, грести им по-прежнему почти не приходилось, ибо стремнина всё ещё несла их лодки с приличной скоростью.

А вечером они были вынуждены сделать ещё одну незапланированную остановку. Солнце уже нависало над горизонтом, когда зоркий глаз Пиппина заметил на западном берегу какое-то едва различимое тёмное пятно среди зелёной травы.

— Глядите! — закричал он, указывая туда рукой. — Костёр! Только вроде потухший.

Сэм немедленно скомандовал править туда, и вскоре уже и все остальные отчётливо разглядели большое кострище почти у самой воды. Над ним не вилось дыма, а в золе виднелись остатки несгоревшего хвороста и рачьих панцирей. Выбравшись на сушу, хоббиты обратили внимание на примятую вокруг костра траву и множество чьих-то следов — маленьких босых и больших обутых.

— Интересно, кто это тут раками лакомился? — поинтересовался Пиппин, с завистью разглядывая разломанные панцири.

— Кто-кто… Наши пираты и лакомились, — уверенно заявил Мерри и указал на землю. — По следам это нетрудно понять.

— Отпечатки довольно свежие, — произнёс Фолко, внимательно всё осмотрев. — Похоже, разбойники были тут примерно в обед, — он присел у костра и поворошил его рукой. — Но зола уже остыла.

— Серьёзно отстаём от них… — угрюмо бросил Сэм.

— Ничего, догоним, — с беззаботным весельем посмотрел на него Пиппин. — А пока предлагаю последовать примеру наших таинственных недругов.

— Верно, я тоже думаю, что, раз ещё светит солнце, мы можем пару лишних часиков проплыть по реке, — кивнул Мерри.

— Да нет, я не о том, — отмахнулся от него Пиппин. — Предлагаю нам самим поискать здесь раков. Не думаю, что шайка Хвоща выбрала это место для костра просто так. Возможно, они уже знали, что раки тут водятся в изобилии. Вон, поглядите, как затоптали берег — сразу видно, что шастали вдоль него с определённым умыслом. Да и ты, Мерри, грозился вечером порыбачить. А по мне, так раки — это ещё лучше, чем рыба. Деликатес как-никак!

— Да их здесь и не осталось уже, поди! — сказал Фолко, критически оглядывая истоптанный берег. — Видал же, сколько разбойников было на том корабле.

— Не, чует моё сердце, всех они не выловили, — упрямо помотал головой Пиппин. — И нам на ужин хватит. Если они смогли тут что-то найти, то и мы сможем. У нас с Мерри в этом уже есть сноровка.

Друзья вопросительно посмотрели на Сэма. Но тот не стал долго раздумывать и согласно тряхнул волосами, ибо, как и все остальные, совершенно не наелся в обед.

— Сегодня остановимся здесь, — проговорил он. — А заодно все вместе поищем раков. Хотя нет. Ты, Фолко, займись костром.

Пиппин оказался прав, и через сорок минут блужданий в мелкой воде у берега им удалось выловить две пары взрослых членистоногих. Никакой посуды, кроме небольших кожаных фляжек с вином, у путников с собой, разумеется, не было, поэтому готовили раков голыми руками. Точнее, их просто бросили в огонь и ждали, пока они пропекутся. В общем, с горем пополам нашим героям поужинать-таки удалось, вот только мясо слегка подгорело. Но на голодный желудок и такая пища показалась им почти божественной. Даже отсутствие соли и специй не смогло испортить им аппетит.

К сожаленью, несколько раков — по одному на брата — не хватило, чтобы насытить четырёх в меру упитанных хоббитов в полном расцвете сил. Но и пускаться на поиски новой добычи они не стали. Утомлённые многочасовой болтанкой в лодках парни теперь мечтали только о том, чтобы поспать. Ещё в полдень они обратили внимание, что окружающее редколесье начало быстро сменяться обширными разнотравными лугами, поэтому грядущую ночь им предстояло провести на открытой всем ветрам равнине. Это, конечно, немного смущало приятелей. Но не потому, что они страшились пиратов. Как раз их они не опасались, ибо до самого горизонта на блестящей ленте реки не видно было никаких парусов. Большую озабоченность у них могло вызвать лишь появление волков, хотя за последние дни ни одна из этих зверюг ещё ни разу не попалась им на глаза. А подобраться незамеченными на открытом пространстве при свете солнца столь крупные животные вряд ли бы смогли.

Тем не менее хоббиты не собирались терять бдительности, решив и в эту ночь караулить сон друг друга по очереди. Вытащив лодки подальше на берег, они соорудили себе из трав и соломы мягкие душистые постели и легли спать, когда на небе только-только зажглись первые звёзды. Погода в ближайшие дни обещала быть сухой, так что хотя бы на этот счёт они могли не напрягаться.

И действительно, утром небосвод оказался совершенно свободным от облаков, радуя глаз чистой лазурью. Но по этой же причине начало дня выдалось довольно зябким, а выпавшая перед рассветом роса и стелющийся над рекой туман лишь усилили прохладу. Впрочем, продрогшие за ночь хоббиты сразу по пробуждении немного согрелись с помощью энергичной зарядки, завершив сие полезное действо поглощением последних крох вина во фляжках. Наполнив затем опустевшие ёмкости чистейшей ледяной водой из родничка, впадавшего в Брендидуин неподалёку от их стоянки, они продолжили своё вынужденное плавание. Пойманных раков они съели ещё вчера, поэтому сегодня с утра им предстояло снова немного поголодать.

Шёл четвёртый день погони, выпавший на двадцать шестое сентября. С момента недавно прогремевшей бури река заметно успокоилась, и маленькая компания теперь уже без всякой опаски сплавлялась вниз по течению. Однако из-за этого же обстоятельства скорость их передвижения немного спала и грозила в дальнейшем замедлиться ещё больше.

Это всё очень удручало Сэма, который с момента нападения пиратов итак едва держал себя в руках от беспокойства за жену и похищенную дочь. А в последние сутки он и вовсе стал каким-то странным и отчуждённым и мог подолгу не отрывать задумчивого взгляда от горизонта на юге. Очнувшись затем от созерцания пустынной равнины, он порой сразу хватался за вёсла и принимался энергично грести, стремясь хотя бы ещё на чуть-чуть ускорить ход лодки. Помогало это не особо, отчего Сэм с весьма несчастным видом бросал вёсла и опять впадал в задумчивость. Всё это недвусмысленно говорило о том, что в сердце доброго садовника былая надежда постепенно начинала заменяться удушающим отчаянием…

Его друзья тоже переживали из-за всего происходящего и в душе жалели Сэма, изо всех сил пытаясь поддержать его нарочито бодрыми заявлениями. Но всё же намного сильнее они страдали от тягот похода, и в особенности от регулярного недоедания. Любящие комфорт и привыкшие питаться несколько раз в день, сейчас они ощущали очень большие неудобства. Однако, имея уже похожий опыт в не столь отдалённом прошлом, пытались стойко и с достоинством переносить эти лишения. Разумеется, Сэм чувствовал то же самое, да только душевные волнения несколько отвлекали его от телесных мук, и потому он чаще всего просто не замечал их.

Вот и на этот раз его приятели не выдержали первыми. Пропустив два завтрака и обед, ко времени полдника они дружно взбунтовались, видя, что Сэм снова впал в размышления, тогда как их животы уже рёвом ревели.

— Не, ну я так больше не могу! — воскликнул Пиппин. — Погоня погоней, но и питаться ведь тоже надо! Нам уже всё чаще приходится браться за вёсла, а без еды у нас скоро попросту не останется сил.

— И я не прочь подкрепиться, — признался Фолко, плывший сзади в одной лодке с Мерри. — Гребля требует недюжинных усилий, а я к ней к тому же совсем непривычен.

Мерри согласно промычал что-то неразборчивое, однако Сэм к тому моменту уже очнулся от своих дум.

— Извините меня, друзья… — сказал он немного смущённо. — Наша погоня затягивается, и это с каждым днём усиливает моё беспокойство. А как представлю, что Эланор там одна среди головорезов, которые то ли кормят её всякой гадостью, то ли, наоборот, морят голодом, так у меня и вовсе в голове начинается полный бедлам… Вы, конечно, тысячу раз правы. А потому, как любит говаривать мой старик, делу время, а обед по расписанию! Это значит, что пора и нам заняться добычей пропитания.

Сказать-то он сказал, да только день этот выдался какой-то уж чересчур несчастливый. Сначала Мерри часа два пытался подбить гарпуном хоть какую-то рыбёшку — из сил выбился, а так ничего не поймал. Тогда все принялись лазить вдоль западного берега в поисках раков, но, кроме подводных слизней, снова ничего выловить не смогли. В результате им пришлось попросту плюнуть на всю эту затею и продолжать преследование не только ещё более голодными и уставшими, но и крайне раздражёнными — ведь столько времени потеряли впустую.

Особенно злился по этому поводу Пиппин. Вслух он ничего не сказал, а только схватил вёсла и принялся бешено ими грести, чтобы хоть как-то выпустить пар. Правда, сил не рассчитал и по неосмотрительности направил свою лодку прямо на один из подводных камней. От удара лодка перевернулась, а её пассажиры — Сэм и Пиппин — моментально оказались в воде. Хорошо, рядом оказался берег, и незадачливые ездоки сумели благополучно добраться до него. Удалось спасти и лодку. Стукнувшись о камень, она не получила серьёзных повреждений и не затонула, а Мерри и Фолко ухитрились поймать её за фалинь и кое-как дотащить до берега.

Волей неволей пришлось хоббитам снова задержаться на берегу — чтобы Пиппин и Сэм смогли обсохнуть у огня. Но не тут-то было. Сразу выяснилось, что развести костёр просто нечем — все спички, которые они захватили с собой на пикник, как раз находились у Сэма и Пиппина, а ненароком искупавшись в реке, те заодно промочили и спички. Пришлось парням снова грузиться в свои лодки и сплавляться дальше как есть, в мокрой одежде. Благо солнце светило ярко, и до сумерек они надеялись хотя бы немного обсохнуть на нём, а заодно просушить спички.

Так и плыли они до вечера, прежде чем решились снова сделать остановку — чтобы порыбачить и половить раков. Но, увы, провозившись с этим почти дотемна, так ничего и не поймали. Страшно раздосадованные, хоббиты в итоге вылезли на сушу и в очередной раз попытались запалить костёр. И снова неудача — спички, которые они так тщательно сушили днём, похоже, испортились и либо сразу ломались, либо совершенно не хотели зажигаться. Истратив весь их запас без всякой пользы, хоббиты совсем приуныли.

— Ну что за день такой! — восклицал Пиппин, сидя на берегу и слушая голодное бурчанье в животе. — Сегодня всё решительно не так, всё против нас! Еды не добыли, — стал он загибать пальцы, — проплыли за день хорошо если миль двадцать-тридцать, при этом едва не утонули, а напоследок ещё и со спичками беда! Как мы будем продолжать погоню, если даже ночью нам теперь придётся обходиться без тепла и света?!

— Да уж, со спичками у нас откровенная невезуха, — вздохнул Мерри. — Нужно было хотя бы огниво захватить с собой. Теперь даже покурить не сможем!

— Да кто ж знал, что с нами случится такая история? — сказал Фолко. — Сходили на пикничок, называется…

— Это уже не пикничок, — задумчиво проронил Сэм. — Сдаётся мне, это уже настоящее Приключение, которое вновь свалилось на наши бедные головы. Ведь и ровно три года назад, когда Фродо продал Бэг-Энд Саквил-Бэггинсам и отправился жить в Кривражки, мы тоже пошли с ним, ещё совершенно не предполагая, чем всё в итоге закончится…

— И то правда, — согласился с ним Мерри. — Наш путь всё удлиняется, и уже совсем неясно, чего ждать в дальнейшем.

— Большое или небольшое приключение, а продолжать его без пропитания, тёплых вещей и без огня — это сущее мучение, — гнул свою линию Пиппин. — Даже завалящего фонаря у нас нет, чтобы мы могли сейчас приготовить себе постели. Придётся спать на сырой земле или вообще в лодках…

— Э-э-м… пожалуй, проблему освещения мы можем решить, — вдруг заявил Сэм.

— У тебя есть с собой фонарь? — обрадовался Пиппин. — Так чего ж ты его столько времени прятал?

— Это не фонарь, это кое-что получше… — загадочно молвил Сэм и зашарил рукой за пазухой. — И я его не прятал, просто особой нужды в нём не было до сих пор.

Ночи стояли нынче хоть и звёздные, но безлунные, поэтому в сгустившемся мраке друзья не видели, что он конкретно делает. Зато услышали, как он вдруг громко и торжественно произнёс весьма странные слова, похожие не то на призыв, не то на заклинание:

Галадриэль, Звезда Зари!
Услышь меня, ко мне приди!
Пошли нам свет души своей,
Что ярче всех земных огней!

Не успел Сэм договорить, как, к великому удивлению всех, в его руке неожиданно замерцала яркая белая искра. Однако её света оказалось всё равно недостаточно, чтобы бороться с окружающей мглой, и потому Сэм снова заговорил, но теперь уже на эльфийском языке:

А Элберет Гилтониэль
О менель-палан дириэль,
Ле нэллон си ди’нгурутос!
А тиро нин, Фануилос!

Возможно, слова и вправду были магическими, потому что хоббиты вдруг ощутили, как на них будто бы повеяло тёплым пахучим воздухом, в котором слышался тонкий аромат золотого эланора и белого нифредила, священных цветов Лориена. Одновременно с этим искра в руке садовника начала разгораться, а под конец от его ладони и вовсе брызнул ярчайший серебряный свет, на десятки ярдов озарив всё вокруг. Изумлённые Мерри, Пиппин и Фолко на мгновение ослепли от этой вспышки, но затем разглядели в руке Сэма сияющий хрустальный флакон весьма изящной работы.

— Что это?! — радостно вскричал Фолко. — Что за диво у тебя в руках, Сэм?

— Так, один очень дорогой подарок… — с ноткой печали улыбнулся тот.

— А я, кажется, догадываюсь, что это… — странным тоном произнёс Мерри.

— Да это же звёздный фиал Галадриэль! — узнал Пиппин. — Её прощальный подарок Фродо, когда мы уплывали из Золотого Леса[16].

— Откуда он у тебя?! — поинтересовался Мерри. — Я думал, Фродо увёз его с собой за Море.

— Я тогда тоже так считал, — ответил Сэм. — Пока не вернулся домой из Серебристой Гавани. Там меня ждала сумка с некоторыми вещами мистера Фродо и записка от него. В ней он мне сообщил буквально следующее… — Сэм на секунду задумался, а потом как бы прочёл по памяти: — «Я тут подумал, Сэм, и решил оставить тебе также и фиал Галадриэль. Там, куда я еду, света много, а вот тебе фиал может ещё пригодиться. Как пользоваться им, ты знаешь. Сохрани его в память о той, кого ты, возможно, уже никогда не увидишь…»

— Фродо как в воду глядел… — пробормотал Фолко.

— А что же он тогда увёз вместо него? — недоумённо наморщил лоб Мерри. — Я ведь отчётливо видел блеск фиала у него на груди, когда он уплывал на корабле с эльфами!

— А вот это и для меня загадка, — развёл руками Сэм.

— Можем спросить его, если он вдруг вернётся, — ухмыльнулся Пиппин.

— У-у, об этом даже не мечтай… — категорично заявил Мерри.

Как бы то ни было, но свет у маленького отряда теперь имелся. Тепла он, конечно, не давал, зато они смогли без лишних хлопот соорудить себе из тростника шалаши, а в них — тёплые постели из мягкого сена.

Ночь прошла без происшествий, и пришедшее ей на смену утро четверо приятелей встретили на реке — Мерри снова пытался загарпунить рыбу, а все остальные лазили у берега в поисках раков. Только для этого им пришлось предварительно спуститься на полмили вниз по течению. Увы, но и здесь их ждала неудача. Провозившись добрый час, оголодавшие вконец хоббиты вынуждены были продолжить путь, туго завязав пояса. Стоит ли говорить, что настроение у всех окончательно испортилось. Вдобавок наметилось ухудшение самочувствия, что лишь усугубляло проблему.

— Голова болит, — пожаловался как-то Сэму Пиппин. — У меня всегда голова болит, когда я мало ем…

— Тут я с тобой соглашусь, — вздохнул тот и невольно облизнул губы, жадно взирая на резвящуюся глубоко в воде рыбу. — Даже в Мордоре нам с Фродо не было так туго по части еды. Может, ты и прав, говоря, что нам следовало дождаться подмоги. Теперь мы всё больше тратим времени на поиски пропитания и всё меньше на погоню.

— Вот-вот! — торжествующе наставил на него палец Пиппин. — А вскоре мы настолько обессилеем, что и пошевелиться не сможем. Не послушали меня сразу, а теперь и мне из-за вас страдать приходится!

— Может, нам заняться охотой? — без особой надежды спросил Сэм.

— И каким же образом? С одними мечами многого не добудешь, разве что сама добыча встанет перед нами неподвижно и будет ждать, когда мы её прирежем. Да и нет среди нас охотников.

— Можно соорудить какую-нибудь ловушку, — не сдавался Сэм.

— Какую? — устало посмотрел на него Пиппин. — Даже элементарные силки не сможем сделать, потому что подходящей верёвки у нас нет. А если даже и придумаем что-нибудь, то представь, сколько времени мы проведём в засаде, поджидая дичь. Только я сильно сомневаюсь, что нам удастся даже это, потому что нам банально нечем приманить живность.

— Ну, мелкое зверьё мы действительно вряд ли заманим, а вот с птицами может получиться — достаточно лишь накопать червей.

— Прости, Сэм, но ты неисправимый мечтатель, — покачал головой Перегрин. — Единственное, что мы сможем сделать без особого труда, так это собрать кое-какие ягоды. Сейчас вроде бы как раз брусника созрела.

— Бруснику или ещё какие-то съедобные ягоды я поблизости что-то не заметил, — досадливо поморщился Сэм. — Впрочем, за эти дни я их вообще ни разу не видел возле реки. Зато здесь полно насекомых.

— А чем они нам помогут? — удивился Пиппин. — Извини, но я не лягушка, чтобы мухами и комарами питаться.

— А я и не заставляю, — слабо улыбнулся Сэм. — Помнится, в детстве мы с Фолко часто ловили кузнечиков и саранчу, которую потом нанизывали на прутики, жарили и ели — не деликатес, конечно, но вполне съедобно. А в этих лугах я заметил ещё и некоторые съедобные полевые грибы — можно кузнечиков зажарить вместе с ними, так я ещё не пробовал…

— А огонь мы как разведём? — ещё более удивлённо посмотрел на него Пиппин. — Молнию будем дожидаться?

— Зачем молнию?.. — недоумённо заморгал Сэм, а потом вдруг хлопнул себя по лбу. — Ах да, совсем забыл: у нас же спичек нет! Вот же мы встряли, хоть землю ешь…

— А я предупреждал! — не упустил момента вставить замечание Пиппин.

Масло в огонь их голодных мук добавило ещё и небольшое происшествие, случившееся поздним утром. Именно тогда Пиппин заметил на восточном берегу ещё один брошенный пиратами костёр. Он снова оказался давно потухшим, а в золе виднелись остатки рыбьих костей и рачьи панцири. Друзья тщательно перерыли эти объедки, но не нашли в них ни кусочка мяса. Впрочем, доедать за своими врагами они не собирались (во всяком случае, они так думали…).

— Издеваются! — в сердцах заявил Мерри и со злостью пнул ногой золу.

— С чего бы это? — возразил ему Фолко. — Откуда им знать, что мы до сих пор за ними гонимся? Корабль Хвоща уже давно не показывается в поле зрения, а значит, и видеть нас они никак не могут. Да и о количестве наших припасов мы никого не информировали. Я лично считаю, что просто у них тоже есть некоторые проблемы с пропитанием.

— Почему ты так решил? — посмотрел на него Пиппин.

— Потому что бандюганы, по всей видимости, уже давно здесь ошиваются, — ответил вместо Фолко Сэм. — Посуди сам. Почти три недели назад на меня было совершено первое нападение. А несколько дней назад ещё одно, причём снова теми же самыми лицами, судя по их маскам. Значит, в Шире или его окрестностях они объявились по меньшей мере три недели назад — ведь, прежде чем напасть, им требовалось собрать обо мне разные сведения и отследить мои передвижения. А если учесть, что корабль у Хвоща не самый большой, то и припасов на нём можно увезти не особенно много. При наличии такой здоровенной команды громил и хоббитов, что мы видели в день похищения Эланор, эти припасы будут и вовсе улетать, словно в трубу. Следовательно, они тоже должны периодически заниматься добычей пропитания, а в этих диких местах это можно сделать только самостоятельно. Но, в отличие от нас, у них наверняка имеются удочки и сети.

— А у нас лишь гарпун, — тоскливо заметил Мерри. — И мне кажется, ему пора снова поработать.

Друзья горячо поддержали его идею, и вскоре вся компания опять полезла в реку в поисках живой добычи. Но и в этот раз их постиг неуспех. Уровень воды в реке продолжал постепенно снижаться, поэтому вся рыба ушла на глубину, не оставив Мерри ни единого шанса к ней подобраться. Раков тоже не удалось найти. Однако это не остановило оголодавших хоббитов, и они решили потихоньку продолжать преследование, попутно пытаясь решить и проблему питания. Никаких съедобных ягод или растений возле русла Брендидуина по-прежнему не росло, да и вряд ли такая пища смогла бы серьёзно утолить их прямо-таки зверский голод. Так что бедолаги в основном сосредоточили свои усилия на реке, ибо еда в буквальном смысле плавала у них под ногами, и требовалось лишь до неё достать.

Увы, но их мечтам не суждено было осуществиться. Проплыв за день не более пятнадцати миль, наши удальцы в результате снова легли спать не солоно хлебавши, да к тому же ещё и совершенно обессилевшими.

Следующий день они встретили уже без особой надежды. Попив водички, друзья погрузились на лодки и стали дрейфовать по реке. По общему согласию, на греблю сегодня решили не тратить силы, поскольку, несмотря на полноценный сон, утомлённые организмы друзей уже который день не получали необходимое питание для возобновления физических ресурсов. Вот и сидели парни в челноках совершенно пассивно, лишь иногда вялым взмахом весла подправляя курс движения.

Вскоре вдоль русла Брендидуина снова потянулись высокие кусты и деревья, скрыв от взора простирающийся за ними унылый степной ландшафт. Поэтому поднимающуюся струйку дыма на восточном берегу чуть ниже по течению хоббиты заметили далеко не сразу. А заметив, поначалу не придали этому значения, решив, что это обман зрения или пылевое облако. Однако когда лодки миновали прибрежные заросли и вновь вышли на открытое пространство, все поняли, что глаза не лгут. Через короткое время уже можно было отчётливо рассмотреть поднимающийся из полей тонкий столб чёрного дыма.

— Это то, что я думаю? — с замиранием сердца спросил Пиппин у Сэма, напряжённо вглядываясь вдаль.

— Однозначно, там что-то горит, — сказал тот, также не сводя взора с загадочного дыма.

— Пираты? — подал голос с соседней лодки Мерри.

— Отсюда не видно, — признался Пиппин. — Да и далековато будет от берега.

Действительно, дымок поднимался на изрядном расстоянии от реки, что говорило не в пользу пиратской версии.

— В любом случае нужно проверить, — проговорил Фолко. — Нельзя упускать возможность разжиться хотя бы горящими углями.

— Боюсь, там мы разживёмся не столько углями, сколько неприятностями, — пробормотал Пиппин и указал рукой на пологий участок берега неподалёку. — Посмотрите лучше туда! Видите, там тростник поломан и трава сильно примята, будто кто-то ходил или высаживался с лодок…

Подплыв ближе к указанному месту, все увидели на влажной почве множество уже знакомых следов голых и обутых ног, а также отпечаток днища лодки, которую кто-то явно вытаскивал на сушу.

— Я всё-таки склоняюсь к мысли, что здесь побывали пираты, — молвил Мерри, внимательно изучив все следы. — И были здесь относительно недавно.

— Получается, мы их догоняем? — с надеждой спросил Пиппин.

— Похоже на то. Правда, пока не пойму, как это у нас получилось, ведь двигались мы всяко медленнее, чем они.

— Значит, что-то их задержало, — веско заметил Фолко. — И я даже догадываюсь, что именно…

— Поиски пропитания, — понятливо кивнул Мерри, не дав ему закончить.

— А в поля они тогда зачем полезли? — недоумённо спросил Пиппин и криво усмехнулся. — Тоже за рыбой и раками?

— Спроси что-нибудь полегче, — бросил Мерри. — А лучше посмотри, не прячется ли там кто-нибудь в траве…

Пиппин снова оглядел равнину на востоке, а потом помотал головой.

— Никого не вижу.

— Ну, тогда предлагаю наведаться к костру, — сказал Мериадок и указал в сторону дымка. — Туда как раз ведёт свежая тропа.

— Далековато, — поморщился Пиппин. — Около полумили до него будет. Страшно как-то оставлять здесь лодки — вдруг нас специально так далеко заманивают, чтобы их украсть? Нет лодок — нет шансов догнать похитителей Эланор.

— А кто их украдёт? — вскинул брови Мерри. — Ты же сам говорил, что кругом никого нет.

— Как раз этого я и не говорил, — возразил Пиппин. — Я сказал, что никого не заметил. Однако это не значит, что мы здесь совершенно одни. Подручные Хвоща настоящие мастера маскировки, сам ведь видел.

— Предлагаешь оставить кого-нибудь охранять лодки? — посмотрел на него Мерри.

— Нам нельзя разобщаться, — встрял тут в их спор Сэм. — Если пираты и вправду караулят где-то неподалёку, разделённые мы станем для них лёгкой добычей. Давайте лучше спрячем лодки, а к костру пойдём все вместе.

— Только придётся поторопиться — путь предстоит неблизкий, — заметил Фолко. — Если костёр давно брошен, то к нашему подходу он вполне может погаснуть.

В его словах был резон, поэтому друзья затащили лодки в торчавший поблизости куст и дополнительно прикрыли их тростником. После этого все ещё раз подозрительно оглядели округу и быстрым шагом направились по недавно натоптанной траве на восток. Время близилось к полудню, и осеннее солнце ярко светило в чистом небе. Под его жаром утренний туман над рекой уже рассеялся, и озябшие за ночь хоббиты сейчас с удовольствием грелись в тёплых лучах. В воздухе всюду носились различные жуки и стрекозы, в траве прыгали и стрекотали кузнечики, самозабвенно звенели невидимые цикады, заливались трелями полевые птички — в общем, жизнь кругом била ключом. Да только одуревшие и ослабевшие от голода путешественники почти не обращали на это внимания, целиком сосредоточившись на одной единственной цели — на костре, ещё дымившем в отдалении.

Возглавлял маленький отряд Мерри, за ним ступал Пиппин, а замыкающим шёл Сэм, немного задержавшийся возле лодок по уважительной причине. Дело в том, что, когда он напоследок окинул окрестности взглядом, его взор привычно скользнул вдоль блестящей ленты реки почти до самого горизонта. Там, в нескольких лигах южнее, берега Брендидуина снова плотно облепляли деревья, и разглядеть среди них что-то ещё было крайне сложно. Однако именно в том самом районе глаз Сэма вдруг выхватил из жёлтой и красной гаммы растительности какой-то светлый лоскуток, пронзительной белизной сверкнувший в лучах солнца. Он показался буквально на миг, а затем снова исчез, заставив сердце садовника учащённо забиться. Сэму отчаянно хотелось верить, что это мелькнул парус судна, на котором увозили его дочь. И хотя он ничего не сказал своим товарищам, в его сердце вновь всколыхнулась надежда.

Путь до места, откуда поднимался дым, не занял много времени, и вскоре все четверо уже находились там. Никого живого поблизости не наблюдалось, а сам костёр располагался в небольшой каменистой ложбинке с обгоревшими краями. К сожаленью, он уже полностью прогорел, а источником дыма явилась сухая трава, росшая вокруг него. Было очевидно, что пираты, уходя, потушили костёр водой, но сделали это довольно небрежно, из-за чего некоторые тлеющие угли разлетелись, а от них потихоньку занялись и окружающие растения. Хорошо, что поверху ложбина оказалась голой, иначе из-за безалаберности бандитов сейчас бы уже полыхала вся равнина.

В самом же костре и возле него друзья нашли некоторое количество обглоданных костей и клочки заячьей шерсти. А в одном месте на камнях виднелись обильные следы крови.

— Ну, теперь ясно, зачем пираты сюда ходили, — сказал Фолко, осмотрев очередную косточку. — Они охотились. А потом часть добычи прямо здесь и съели.

— Без лука или арбалета поймать зайца нереально, — заметил Пиппин. — Если, конечно, нет в наличии каких-либо ловушек.

— Сомневаюсь, что похитители стали бы ловить зайцев с помощью ловушек, — возразил Фолко. — Это слишком долго и в условиях погони неосуществимо.

— Значит, у них есть стрелковое оружие, — подытожил Мерри. — И вот это уже не очень хорошая новость для нас.

— Если бы они хотели всех нас перестрелять, то сделали бы это ещё в день похищения, — проговорил Сэм. — По крайней мере теперь мы знаем, что стало причиной их задержки на пути. Если так всё и продолжится, не сегодня-завтра мы уже догоним их.

— А я бы на это не рассчитывал, — покачал головой Пиппин. — И чем мечтать, давайте лучше осмотрим тут всё хорошенько — вдруг мерзавцы что-нибудь забыли из своей добычи…

Но осмотр костра и ложбинки ничего нового не дал. Зато недалеко от неё хоббиты обнаружили ещё одну недавно протоптанную тропинку, которая вела на юго-запад в сторону реки.

— Хм, странно, — задумчиво поджал губы Фолко, изучая её. — По одной тропе они сюда пришли, а по другой ушли. Непонятно…

— Да что непонятного? — пожал плечами Пиппин. — Они просто разделились: часть пиратов ушла обратно к своим лодкам, а другая отправилась к реке новым путём.

— А зачем? — посмотрел на него Фолко. — Какая в этом логика?

— А я почём знаю? Мне они не докладывались. Но если так сделали, значит, был у них резон.

— А может, они нас просто запутывают? — предположил Сэм.

— Да кто ж их знает? — снова повёл плечами Пиппин. — Сейчас мы можем только гадать.

Впрочем, гадать им долго не пришлось, потому что в следующую минуту острый взгляд молодого Тука высмотрел в густой траве возле второй тропы какой-то чужеродный в этих диких местах предмет.

— О! А я что-то нашёл! — воскликнул он, бросаясь к своей находке.

Когда остальные подбежали туда следом за ним, то увидели в его руках небольшой кожаный мешочек, перевязанный верёвкой.

— Кажется, там что-то есть, — Пиппин слегка тряхнул мешком, и все услышали, как внутри что-то зашуршало.

— Аккуратно, не испорти! — предостерёг его Мерри. — Лучше давай посмотрим, что в нём.

Пиппин не стал спорить и потянул за верёвки, стягивающие мешок. К удовольствию друзей, внутри обнаружились четыре морковки и жменя небольших сухариков. Хотя кое-кто из хоббитов всё же был немного разочарован находкой.

— Могли б хотя бы жареного кролика потерять… — проворчал Пиппин, вороша рукой добычу. — Голод морковками особо не утолишь.

— Радоваться надо, что хоть это нам перепало, — укорил его Мерри.

— А если нам это специально подбросили? — с сомнением глядя на мешок, уронил Сэм. — Нас четверо и их четыре — какое-то странное совпадение. Вдруг они отравлены?..

— Если бы хотели подбросить, оставили бы мешок на видном месте у костра, а не в густой траве, — возразил Пиппин.

Фолко же не стал спорить, а просто вытащил морковки на свет и тщательно их осмотрел.

— Выглядят вполне нормально, — констатировал он. — Помытые, не гнилые.

Сэм взял один из сухарей и, подозрительно понюхав его, брезгливо фыркнул.

— Плесенью пахнут — старые уже, причём изрядно.

— А у нас есть выбор, чтобы перебирать харчами? — вскинулся Пиппин.

— Ты ведь только что сам воротил нос и требовал подать тебе кроликов! — не замедлил подколоть его Мерри.

— В отсутствие жаркого, придётся довольствоваться и этим, — не моргнув глазом, выдал его кузен и нетерпеливо встряхнул мешок. — Так что — будем пробовать трофеи или продолжим любоваться ими?

Его друзья переглянулись.

— Боязно как-то… — неуверенно заметил Сэм.

— Ладно, — равнодушно пожал плечами Пиппин. — Не хотите — как хотите, а я скоро с ума от голода сойду. Тут на каждого по морковке и по два сухаря, — посчитал он, — так что свою долю я забираю.

Он подхватил одну морковку, отобрал пару сухариков, а полегчавший мешок протянул Мерри. Затем, не глядя на приятелей, Пиппин почистил морковку мечом и тут же смачно ею захрустел. Следом за ней пришла очередь сухариков, которые он запил водой из фляги, после чего довольно крякнул.

— Ну вот, теперь моё утробное чудовище хоть немного успокоится! — довольно заявил он, погладив живот. — А то от его воплей и днём и ночью покоя не было!

Видя, что с Пиппином ничего страшного не происходит, Мерри, Фолко и Сэм ещё раз неуверенно переглянулись, а затем поделили между собой оставшуюся пиратскую провизию. Схрумкав всё это, не сходя с места, они тоже заметно повеселели.

— Хм, вроде недурно, — молвил Мерри и заглянул в опустевший мешочек. — Жаль только, что так мало. Может, осмотримся здесь — вдруг ещё что-нибудь завалялось…

Его товарищам эта идея не показалась такой уж глупой, хотя все сильно сомневались, что им повезёт во второй раз. Так и случилось. Облазив всё вокруг на солидном расстоянии, больше ничего съестного им найти не удалось. Вернувшись в ложбинку, где недавно пировали похитители, они увидели, что тлевшая там трава уже прогорела и не источала ни единого дымка. Впрочем, сейчас их это совершенно не расстроило. Они немного утолили свой голод, и дальнейшее им не казалось таким уж безрадостным.

— Ну что ж, — проговорил Фолко. — Не всё так плохо, как мнилось ещё совсем недавно. Сами враги подкармливают нас, пусть и не специально. Зато теперь мы можем продолжать погоню с новыми силами. Возвращаемся к лодкам?

— Погоди, что-то я после еды совсем разомлел, — сказал Пиппин, садясь на камень у кострища. — Давайте немного тут отдохнём, прежде чем идти обратно.

Действительно, после долгожданной пищи на всех как-то внезапно накатила какая-то блаженная нега, и всем хоббитам захотелось просто немного посидеть на солнышке, прежде чем снова давать ногам работу. Рассевшись кто на камни, а кто на траву, они некоторое время сидели так, погрузившись в свои мысли. Однако в результате такого ничегонеделания парни непроизвольно расслабились, и, как это бывает в подобных случаях, на их тела вдруг навалилась предательская слабость, а разум охватила послеобеденная сонливость. Разморенные солнцем, они недолго сопротивлялись этому неожиданному натиску и вскоре уже лежали на зелёной травке, прикрыв лица капюшонами плащей.

— Ладно, полежим немножко… — сонно пробормотал Мерри. — Давно так хорошо не было…

— Угу… — глухо прогундосил рядом Сэм. — Только, чур, не спать…

Сказал и тут же первый закемарил. А следом за ним уснули и остальные…

Пробуждение у всех было внезапным и тяжёлым. Головы буквально раскалывались от пульсирующей боли, словно по ним били огромными молотками.

«Всё-таки уснули!» — с досадой подумал Сэм.

По соседству зашуршала трава, и кто-то тихонько застонал.

— Моя голова!.. — узнал Сэм голос Фолко.

— И не говори… — сдавленно пробурчал Пиппин. — Сейчас лопнет от боли…

— И у вас тоже?.. — удивился Мерри. — Что ещё за напасть?..

Одновременно приподнявшись, парни с огромным трудом распахнули неподъёмные веки и огляделись. Первое, что они увидели, это были ранние сумерки, уже опустившиеся на землю. А второе… Второе они не смогли лицезреть без крика.

— А-а-а!!! — разнёсся по округе их истошный вопль, после чего все разом лишились чувств.

Их психика просто не вынесла увиденного, потому как тела всех четверых кошмарно изменились. Точнее, изменились их головы, представляя собой нечто совершенно фантастическое. Так, глаза у всех оказались красными и до жути страшными, словно были налиты кровью. Кроме этого, у Сэма, к примеру, деформировался нос — он стал просто чудовищно длинным и толстым, свисая из-под капюшона, точно колбаса. У Мерри, к счастью, нос не трансформировался, зато преобразились его уши — они выросли в несколько раз и торчали из-под капюшона, формой напоминая уши мумака. Фолко отделался более легко — у него всего-навсего удлинились и заострились некоторые передние зубы, выступая из-под губ, как волчьи клыки. А вот Пиппину пришлось хуже всех — у него на голове красовались, прорвав капюшон, кустистые оленьи рожки с болтающимися на них маленькими морковками…

Примечания

[16] Ещё одно название Лориена.

  Обсудить на форуме