Угрюмый. Часть 9.

Пока ехали к больнице беспрестанно курили. Аня рассказывала новые истории про Асмодея.
– …Представляете, Олег! Одно из названий распальцовки в виде «козы», которые так любят показывать любители тяжелого рока – «рога Асмодея»! Вы знали?
– Нет не знал…Хм. Надо же! – искренне изумился Угрюмый.
– Это все так интересно! Я имею в виду фигуры пальцами… Надо будет получше изучить вопрос. К примеру, почему в разных странах один и тот же жест пальцами, означает абсолютно разные вещи? Та же «коза». Где-то ее показывают от сглаза и нечистой силы, где-то данный жест показанный мужчине означает намек на измену жены – «рога», где-то он считается божественным, а где-то дьявольским… Короче, данный вопрос меня очень заинтересовал.

Они подъехали к территории больницы. Олег припарковался на площадке недалеко от ворот. Выйдя из машины, закурили по очередной сигарете. Оба заметно нервничали. Анна лихорадочно шарила рукой в своем рюкзаке, проверяя все ли на месте.
– А что там? – поинтересовался Угрюмый, кивком показав на рюкзак.
– Там? Одежда для обряда, амулет, мел, тексты и рисунки со знаками…короче все, что нужно для ритуала. Я просто еще раз проверяю, на всякий случай, чтобы не дай Бог, в самый неподходящий момент, под рукой чего-то не оказалось. Олег, Асмодей очень хитер и опасен! И любая оплошность может привести к большим неприятностям.
– Понятно. – он кивнул.

Докурив, они пошли на территорию больницы. Обогнув основное здание, свернули на тропинку ведущую к флигелю, силуэт которого чернел среди деревьев, метрах в ста в стороне.
Подойдя к двери, Угрюмый пошарил рукой по наличнику и достал ключ. Щелкнул замок, и дверь отворилась. В лицо пахнуло рыбой.
– Вот блин Тагир, мог бы хоть пакеты получше завязать. Рыбой все провоняло. – морщась проворчал он.
Олег включил свет. На полу посреди комнаты стояли два больших, полиэтиленовых пакета, а у печки лежала довольно приличная вязанка тонких веток, видимо тамариск.

– Вроде все на месте. – Олег отодвинулся в сторону, пропуская спутницу внутрь, следом вошел сам и закрыл за собой дверь.

Во флигеле практически ничего не изменилось. Только в углу у входной двери был сложен кое-какой хозяйственный инвентарь.

Опять вспомнилось то беззаботное время, когда был жив Валерка. Когда Веруня прибегала сюда, скрываясь от посторонних взглядов. Как они дурачились и смеялись. Казалось, что с того момента прошла вечность. Ком подступил к горлу. Угрюмый кашлянул и прогнал от себя воспоминания. Он взял с пола один из пакетов и вывалил рыбу в мойку.

– Олег, места очень мало! Давай вынесем отсюда все лишнее. – Анна деловито осматривалась.- Ты пока разделай рыбу, не забудь, нам нужны потроха и головы, а я буду вытаскивать вещи потихоньку. Потом надо будет вынести кухонный стол и холодильник, тут мне понадобиться твоя помощь.
– Угу. – кивнул Угрюмый.
Он достал нож и вспорол брюхо сомику.
К тому моменту, когда Олег закончил с рыбой, Аня вынесла из комнаты стулья, инвентарь, выволокла кресло и тумбочку. Затем они вдвоем вытащили кухонный стол и холодильник.
Рыбья требуха и головы лежали в мойке, а пакеты с тушками были вынесены на улицу вслед за мебелью.
Аня возилась у печки. Она ломала ветки тамариска и клала их в печь поверх газеты и щепы.
Отряхнула руки, встала и взяла рюкзак.
– План такой! Вызываем, разжигаем, как разгорится, закрываем заслонку.
– Хм. А мы раньше-то не задохнемся от дыма, Ань?
– Мда. Об этом я как-то не подумала… Надеюсь, что нет. В принципе, заклинание по изгнанию не такое уж длинное. Не должны! Единственное, что меня беспокоит, так это то, что печка стоит у стены напротив двери. А стоять мне придется именно у печи… Ладно, давай начинать, а дальше будет видно.

Она достала из рюкзака мел, несколько толстых черных восковых свечей, черный балахон с капюшоном и жестяную фляжку с бензином для зажигалок. Затем извлекла листы, исписанные какими-то символами и текстом, и положила их рядом с собой на топчан. Прошла в центр комнаты, осмотрелась кругом и присев, начала мелом чертить какие-то знаки на полу.

Вдруг до них донеслись отдаленные крики. Они замерли, смотря, в недоумении, друг на друга.
Раздался звонок мобильного Олега. Он достал телефон. Звонил Мальцев.
– Алло!
– Олег ты где? – запыхавшимся голосом спросил Главврач.
– Тут, во флигеле, Иван Николаевич. А что случилось?
– Не знаю, что происходит! Пациенты мечутся как звери в клетках и воют! Внизу работают санитары, сейчас бегу проверить Веру. Олег, это даже хуже чем было в прошлый раз!!!
– Иван Николаевич, я сейчас поднимусь в палату к Вере!
Он не стал дальше слушать, что ему говорит Мальцев и положил трубку.
– Аня, мне надо срочно к Вере! Постараюсь вернуться быстро!
– Хорошо, Олег! Но постарайся быстрей, а то, боюсь, одна не справлюсь. – и продолжила быстро выводить какие-то буквы на полу.
– Я быстро!- сказал Угрюмый и выбежал из флигеля.
На ходу кивнув знакомому охраннику, он проскочил турникет при входе в больницу и бегом стал подниматься по лестнице. С нижних этажей неслись душераздирающие истеричные крики и вой. Вбежав на этаж, он увидел, как Мальцев потихоньку выходит из палаты Веры и закрывает дверь на ключ.
– Стойте! Не закрывайте! – крикнул Олег. Мальцев повернулся в его сторону, кивнул и приложил палец к губам.
Угрюмый подбежал к нему.
– Ну как она? – спросил он шепотом, часто дыша после бега.
– Спит… Видимо лекарства действуют. – также тихо ответил Мальцев.
– Я зайду на две минуты!
Главврач кивнул. И повернул ключ, открывая дверь.
– Олег, ключ я оставлю в двери с той стороны… Если что, звони. Я пошел вниз, к пациентам.
Угрюмый пожал ему руку и вошел в палату.

Он щелкнул выключателем. От картины, которая открылась его взгляду, сжалось сердце!
Вера лежала на спине, повернув голову влево. Лицо закрывали пряди слипшихся немытых волос. На тоненьких руках лежащих поверх одеяла, проступали вздутые вены. На запястьях, были ссадины и синяки от фиксирующих ремней. Раны были обработаны какой-то мазью и блестели от света лампы. Пальцы рук сжимали простынь. Вера часто-часто дышала. Даже через одеяло было видно, насколько она похудела. Она являла собой скелет обтянутый желтоватой кожей.
Угрюмый потихоньку, подошел к кровати, присел, взял ее руку, припал к ней губами и закрыл глаза. По его щекам текли слезы.
– Это из-за тебя! – вдруг тихо произнесла Вера – Зачем ты так со мной, Олег?
Угрюмый открыл глаза и отшатнулся. Она смотрела на него. На изборожденном отвратительными черно-синими венами лице с синими покусанными губами в струпьях, налитые кровью до черноты глаза без белков, смотрели сквозь слипшиеся пряди волос. Это была не Вера!
– Ты меня больше не любишь, да? – прогнусавило существо, театрально протягивая к нему руки. – Ты меня больше не хочешь, Олежек?
Угрюмый вскочил и стал пятиться к двери. Вдруг замигал, а потом погас свет. Олег замер, на некоторое время, затем очень медленно, стараясь не издавать звуков, продолжил двигаться к двери. Сердце бешено колотилось. Он не видел ничего вокруг первые несколько секунд. Постепенно глаза стали привыкать к темноте. Олег озирался по сторонам, таращясь, пытаясь хоть что-то разглядеть. Наконец он разглядел белые простынь и одеяло. В кровати никого не было, иначе на белом фоне белья силуэт был бы виден. Слева тоже никого. Он повернул голову и посмотрел направо. На тумбочке он разглядел скрючившуюся фигуру, сидевшую на корточках. Угрюмый продолжал двигаться к двери, не упуская фигуры из виду. Олег уже держал ручку двери, когда зажегся свет, и в тот же момент существо с диким визгом прыгнуло на него, сбило с ног и вцепилось когтями в лицо. Он схватил монстра за горло, уперся ногами в грудь и сильно толкнул. Существо отлетело обратно к тумбе. Угрюмый, вскочил и выбежал за дверь, в тот момент, когда оно снова кинулось на него. Резко захлопнув за собой тяжелую дверь, он два раза провернул ключ, оставленный Главврачем в замке.
Дрожащими руками извлек телефон и набрал Мальцеву.
– Иван Николаевич, срочно пришлите сюда санитаров! Вере нужна помощь! Срочно!
– Хорошо, сейчас!

За дверью, раздавалось рычание и вой, которому вторило эхо с нижних этажей. Существо билось о дверь.
Олег увидел на полу капли крови и потрогал свое лицо. Из ран на щеках и веках сочилась кровь.
Показались санитары. Они подбежали к нему.
– Вы в порядке? – спросил один из них.
– Да вроде..- ответил Угрюмый, потрогав кровоточащую рану на щеке.
За дверью все стихло.
– Так! Приготовились! – скомандовал один из санитаров – Раз! Два! Три! Пошли!
Резким рывком открыл дверь, и два здоровых парня ворвались внутрь, куда тут же проследовал третий. Олег вошел следом.

С большими усилиями, все вместе они скрутили существо, которое выло и ревело так, что дрожали стекла. Когда застегнули ремни на руках и ногах, монстр стих.
Подняв глаза на Угрюмого, он зашипел.
– Хочешь меня? Давааай! Трахни свою суку!…Видишь, я вся мокрая!
Сквозь больничную рубаху и на простыне, между ног растекалось мокрое пятно. Монстр растянул синие губы в ухмылке и засмеялся каким-то хриплым, странным смехом, как будто смеялось несколько существ одновременно.
Санитары суетились рядом, готовя укол.
– Трахни свою суку, лживая тварь! Трахнииии! Мы все уже ее трахнули! – визжа и роняя густую желтую слюну, вопило существо. – Ты во всем виноват! Тыыыы!…Хахахаха! Сейчас уже поздно! Поооздноооо! Хрррррррр…ааааааа!!!!
Санитары сделали укол. Монстр резко отключился, будто кто-то нажал невидимый выключатель. Голова Веры упала на грудь.
– Ребята, приглядите за ней, пожалуйста! – сказал Угрюмый, схватил висящее на спинке кровати белое полотенце, и быстро вышел из палаты. Он забежал в туалет, включил воду, намочил полотенце холодной водой, приложил к лицу и подержал так некоторое время. Затем вытер шею и руки, бросил полотенце на раковину и побежал во флигель.

***
Под завывания пациентов с нижних этажей, он бежал по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек. Миновал коридор, перепрыгнул через турникет, под вопросительный взгляд охранника, выбежал на улицу и устремился по больничной аллее. Через несколько секунд стал виден флигель. Олег свернул на тропинку, не сбавляя темпа.
Из окна флигеля бил яркий свет. Это не был свет от лампы. Было больше похоже, что внутри горел огонь.
Угрюмый споткнулся и плашмя с силой упал на тропинку. Дыхание перехватило. Он сел, потер разодранными ладонями грудную клетку, покачиваясь от боли. Смачно выругался. Поднялся и вновь побежал, слегка согнувшись.
Приблизившись к двери, он потянулся к ручке, как вдруг раздался сильный хлопок и дверь с силой распахнулась, отбросив Олега на пару метров.
Голова была, словно налита свинцом. Сквозь тело, как будто медленно тянули металлические тросы. Во рту вкус железа. Перед глазами черное пятно. Угрюмый сидел на земле и тряс головой. Пахло палеными волосами. Он шатаясь, поднялся, продолжая трясти головой и прижимая ладони к ушам. Несколько секунд ходил из стороны в сторону, потерянный в пространстве.
Постепенно возвращались зрение и слух. Олег вновь сильно потряс головой. Наконец, предметы стали приобретать очертания, сквозь плавающие красные круги, сменившие черноту.
Гул в ушах становился тише. Угрюмый поднял голову и посмотрел на флигель. Дверь была открыта настежь. Напротив нее на земле валялась куча тлеющего тряпья. Шатаясь, он пошел к двери. Приблизившись к куче тряпья, он обнаружил Анну, лежашую лицом на земле, накрытую тлеющим балахоном. В проеме двери были видны раскиданные по полу горящие угли, которые освещали нарисованную мелом пентаграмму с причудливыми знаками.
Олег присел рядом с Анной и перевернул ее лицом вверх. Подтянув, женщину к себе на колени, он слегка потряс ее за плечи. Голова Анны свесилась в сторону. Угрюмый потряс сильнее и похлопал ее по щекам. Она на мгновение очнулась.
– Прости, Олег!.. Я…- сказала женщина и вновь потеряла сознание.
Лишь спустя несколько минут, удалось привести ее в чувство. Она пришла в себя и улыбнулась.
– Получилось, Олег! У нас все получилось!
– Здорово! Здорово! Как ты?
– Да нормально, вроде. – она попыталась встать на ноги. Это удалось без проблем. Ощупав себя и убедившись, что нигде нет ран и ничего не сломано, Аня улыбнулась Угрюмому. Ее перемазанное сажей лицо с белозубой улыбкой смотрелось забавно.
– Мы смогли! Мы смогли! – она радостно запрыгала, обвила шею Олега и прижалась к нему.
Он обнял её и погладил по волосам. Олег улыбался. Чувство огромного облегчения, какого пожалуй Угрюмый не испытывал ни разу в жизни, казалось, отрывает от земли – чувство необычайной легкости.

– Пора сматываться, пока охранники не прибежали и не начали задавать вопросы! – он отодвинул ее за плечи. Аня кивнула.
– Сейчас, только заберу свой рюкзак.

  Обсудить на форуме